Чтение онлайн

С тех пор жизнь Николаса можно было описать коротко: не сахар. Однако, как говорится: беда не приходит одна. По возвращении домой Николас приболел и пролежал в горячке около недели. Даже Зенир не смог помочь и лишь поддерживал силы мальчика, не давая угаснуть. Родители переполошились и вызвали самую известную в Латриэле целительницу. Силиния фон Люмъер являлась представительницей мистических пустынных эльфов. От светлых собратьев с белой кожей и темных с иссини-фиолетовой пустынники отличались своим бронзовым загаром. О пустынниках ходили только слухи и частенько в них просто не верили. Но вот одна из них, во плоти. Силиния жила в Алькире и была придворной целительницей и единственной представительницей своего клана, не смотря на произошедший инцидент - её в кратчайшие сроки доставили в столицу Альтимира - Митус. Она долго осматривала Николаса и под конец выдала не утешительные новости по неизвестной прежде болезни - Николас потерял все свои магические силы. Мана в теле присутствовала, но в количестве еле достаточном лишь для того, чтобы не умереть.

Здесь нужно сделать отступление и пояснить, что телесная мана или духовные силы или чакра или рейяцу и т.д. вырабатывается самостоятельно душой человека и не покидает границ тела за исключением ауры, которая является как бы отблеском души и обволакивает тело снаружи. Обычные люди, не знающие магических практик, не могут использовать магию по двум причинам: во-первых, просто не знают как, во-вторых - запас маны в организме необходимо развивать с детства, т.е. чем чаще человек пользуется магией и опустошает запасы маны, что не рекомендуется доводить до нуля, ибо бывает смертельно, тем больше её он может хранить и быстрее вырабатывать. В знатных родах способности к магии, тренеруемые поколениями, со временем начали передоваться потомкам и детишки получали не хилое преимущество в сравнении с простолюдинами. А простой люд особо магией и не занимался их быт требовал совсем иных умений. Таким образом к отделению крьстьян от знати добавилась и магическая черта. Стало несколько неловко происходить из знатного рода и не уметь пользоваться магией. Потому родители старались пристроить свих отпрысков если не в институт, то хотя бы в школу с магическим уклоном.

Начинающие маги прошлого тысячелетия испытывали гигантские трудности в освоении этой науки. Знаний почти не было, сил тоже. Именно в те времена стали появляться дегенераты, что использовали человеческие жертвы, дабы напитать силой свой ритуал. Только гораздо позже разработали система ступенчатых тренировок. Первые два-три года из которых походили на маянье дурью в виде физических упражнений и медитаций, ведь сначало необходимо развить способность хранить как можно больше маны, а уже потом начинать развиваться как маг. И далеко не всем удавалось выдержать это чисто морально, ведь теоритическая часть изучалась параллельно с самого начала, а практика была строго настрого запрещена до третьего курса. К тому же у многих не было успехов даже в течении десятилетия - стандартного срока обучения. Тем не менее дело шло медленно, но верно.

Магические знания, накапливаемые за прошедшее тысячелетие, позволяли совершенствовать и практики, появились различные стихийные и общие школы, самые успешные переквалифицировались в институты. И хотя научить магии в принципе было возможно любого, на практике оказалось, что действительно серьёзные силы обретали не многие. В большинстве своем использовалось сочетание магического плетения и зачарованного оружия. Например напитать меч с атрибутом огня - огненной силой, т.е. плетением с маной, и получалось пробить броню, которую обычным оружием не возьмёшь, к слову такой маг-середнячок без артефакта мог разве что оставить серьёзный ожег, а если ему дать пяток лишних секунд, вот уже тогда мог и убить. Сила плетения и скорость его построения были основными атрибутами магии. И уже настоящие маги могли мановением руки испепелить и распотрошить врага, вот только за этим шли десятилетия тренировок и бесчисленные множества повторений основных магических плетений. Чем чаще его используешь - тем легче и быстрее оно начинает получаться, вполне обычная закономерность. Попробуйте выстроить в голове трехмерный объект из множества узлов положение которых должно быть строго соблюдено и линий, длина которых должна быть точно выверена - это стандартное трехмерное плетение. Простенькую двухмерную его версию называют печатями и используют как раз для легких зачарований, ну или вдруг прикурить понадобится. А вот их комбинация, когда вместо узлов плетения стоят печати, даёт поистине ужасающий результат. "Бойтесь архимагов, у них в головах твориться такое, и они спасают мир только тем, что не позволяют своим мыслям покинуть пределы разума" - говаривали философы.

И вот наш Николас схлопотал болезнь, которая разрушила все его стремления, а проблема заключалась в истоке силы. Пострадал именно он и уровень маны в организме стал ничтожно мал. Сначала он расстался с магией, а когда отец попытался сделать из него воина, парень потерял сознание на целый месяц. Оказалось, что тело так привыкшее к мане уже не может перенапрягаться без её участия, а текущего количества сильно не хватало даже на простое усиление, и парнишка провалился в бездну отчаянья.

Эдриан готовился к воинской службе и был постоянно занят, хотя и старался уделять время брату. Книжки по магии вызывали только горечь у Николоса, оставались лишь рассказы о приключениях, в которых бедный мальчик, призираемый всем миром, находил своё утешение. Родители пребывали на грани отчаянья. К четырнадцати годам, веселый и жизнерадостный Николас превратился в угрюмого призрака. Соглашение о поступлении в магический институт отменили ещё три года назад, у парня не было ни дара, ни сил. Но отец, убежденый, что если парень будет проводить всё время в библиотеке или своей комнате, то он просто стлеет и телом и душой, таки нашел место, где его сына приняли, на платной основе, но всё же. Вот только школа стала местом сродни аду, а бедного паренька за два года обучения не шугали разве что кухарки, да и то потому, что они не виделись лицом к лицу.

Вот такого несчастного и озлобленного на мир мальчишку увидел в своих воспоминаниях сопливый паренек на полянке в эльфийском лесу.

Наступило утро следующего дня, капельки инея скользили по гладким листочкам и травинкам стремясь упасть на землю. Некоторые из них попадали на лицо паренька, который почти сумел выползти из своей "берлоги". Вот очередная капля закончила свой полет на его щеке, и юнец открыл глаза. Сначала непонимание, затем удивление и страх проскользнули в его взгляде:

– Стража!
– завопил Николас на весь лес, - Гиреон, кто-нибудь, где вы!? Что происходит!? Если это глупая шутка я весь ваш отряд прикажу разжаловать и сослать на каторгу пожизненно. Гиреон я не шучу, я прикажу тебя...
– монолог постепенно затихал.

Николас, сидя на верхушке своей берлоги, огляделся, поёжился, затем призадумался. Страх стал отступать, желание бежать куда-угодно, но подальше от странных неприятностей, тоже отпускало напряженное тело. Паника в мыслях потихоньку улеглась и стали проступать обрывочные образы последних воспоминаний: остановка по нужде, непонятная суета и жжение по всему телу, а дальше яркая белая пустота, от которой при сосредоточении начинала кружиться и болеть голова. Затем похмелье. Николас с братом утайкой пробовали различные напитки и один раз по утру это дало о себе знать так, что заставило переключиться на соки и всё что без алкоголя.

*- Построение очередности проблем...
– * - промелькнуло в глубине разума что-то неосязаемое, ни мысль ни даже ощущение, просто мимолетный отголосок шороха из островка тишины посреди бодрствующего и шумного сознания...

– Что? А, да, точно, как я оказался на этом валежнике, берлоге, что это вообще? Так, да я же сюда запрыгнул, когда перепугался спросони... Ну метра два тут есть. Я молодец. Берите меня в сборную... Что такое "сборная"? ... много людей, сильных людей, сильнейших из людей, и они все прыгают через палки... Значит меня не просто напоили, а скорее накормили грибами и скинули сюда? Зачем, кто осмелился, Гир? Вырубили со спины, затолкали галлюциногенов и закинули в лес?

Внутри у Николаса кольнуло и потянуло в глубины не приятных, но уже привычных мыслей.

– Не ужели от бесполезного меня решили наконец просто избавиться? Но ведь мама меня любит? Ведь любит?
– вопрошал он пустоту, - но я ведь даже смог закончить второй курс, ну почти, всего-то одна задолженность по алхимии ну и экзамен потом или же это предательство?

В этот момент волна тоски и самобичевания будто немного отступила.

– Ах да, где же я? Это рай? Не, меня до сих пор тошнит и эйфорией здесь не пахнет. Пахнет лесом, попахивает от меня и ещё, это же озон?

Следующая партия воспоминаний показала первое его пробуждение в берлоге. Взгляд, тем временем, блуждал вокруг и наткнулся на пару кустиков с характерным узором на листьях, память, слегка поскрипев, выдала лекцию по ботанике и похожие растения, на которых растет кислая, но съедобная ягода. А растут эти кусты строго в западной части Великого леса, т.е. в Алькире.

– Нда, странно всё это, как-то...
– Николос взглянул в сторону и немного вверх, его разум будто тянуло туда, требуя обратить внимание. Там на толстой ветке уцелевшего дерева на него направил свой пристальный взгляд, - кошко-медведь, медвед, медве-кошк...
– поток глупостей оборвался и пришло осознание что эти желтые глаза нацелены на добычу, а почти пол тонны мощных мышц и прочных костей с когтями и клыками, обтянутые в непробиваемую даже для средне-зачарованного оружия шкуру, уже подготовлены к прыжку. В следующий миг хищник дернулся, мысли парня испарились, а тело, получившее команду "валить", совершило мощный прыжок. Глаза медина, так зовут этого хищника в бестиарии Латриэля, в прыжке приобрели немного удивленное выражение, т.к. слабая добыча, от которой разило паникой и страхом на десятки метров - прыгнула прямо навстречу, рука человека занырнула прямо в открытую пасть, а из макушки хищника показался кончик ветки, окруженный алым свечением, как у зачарованного оружия. Оба тела столкнувшись в воздухе рухнули на бывшую берлогу Николаса, хищник всё же был потяжелее и его уже мертвая тушка сбила парня назад.