Чтение онлайн

12 февраля 1785 г. эмир Абу Шахра, шейх Наср, проследовал по суше в Кунган, место сбора союзных войск. 21 февраля туда же подтянулись флотилии из Абу Шахра и Бендер-Рига. Через несколько дней к ним присоединились шейхи Ормуза и Рас-эль-Хаймы, а также небольшой конный отряд, отправленный из Персии шахом Али. И надо же случиться так, что когда все участники долго готовившейся экспедиции собрались, наконец, вместе, пришло известие о кончине Али Мурад-хана, владыки Персии (правил 1781–1785), и экспедицию свернули [193] .

При эмире ‘Абд Аллахе I Кувейт поднялся и утвердил себя в качестве одного из центров коммерции бассейна Персидского залива. Историки рассказывают, что когда соседние с Кувейтом земли поражали беды и несчастья, сотрясали нашествия врагов, либо же подтачивали эпидемии чумы и холеры, то торговцы, как правило, перебирались из тех мест в Кувейт. Чрезвычайно плотным в такие времена становился график работы Кувейтского порта, что положительно отражалось на объемах собираемых таможенных пошлин и доходах Кувейта.

Так, набег племени бану ка’б на Эль-Катиф, учиненный в 1774 г., сразу же после смерти шейха ‘Урай’ира, вождя племени бану халид, обернулся для жителей этого города переселением из него в Кувейт крупных торговых кланов. Эпидемия же чумы, поразившая Эль-Катиф годом раньше, надолго приостановила работу тамошнего порта. До этого от чумы пострадали Багдад и Басра (апрель-май 1774). Рынки в Басре позакрывали, улицы опустели, город обезлюдил, сообщают хронисты. Поток беженцев устремился из Басры в Эль-Катиф и Кувейт, Зубару и Доху (Катар), на Бахрейн и Мухаррак. Число умерших от чумы составило 2 млн. человек. В одной только Басре и близлежащих к ней селах чума унесла из жизни около 200 000 человек. В сутки в Басре умирало от 3 до 7 тыс. человек. Когда чума, наконец, покинула Басру (25 мая 1773 г.), то жителей в городе почти не осталось [194] .

Товары, шедшие прежде в Южную Месопотамию через Басру, начали поступать туда через другие порты, в том числе через Кувейт и Зубару. Спрос на услуги уделов бану ‘утуб в плане морских перевозок существенно возрос. Суда их широко использовала и Английская Ост-Индская компания для доставки товаров в порты Персидского залива и в Маскат.

Перенос англичанами центра своей торговой деятельности в бассейне Персидского залива из Абу Шахра в Басру (после 1763 г.), сделал ее богатейшим городом края. И тогда Керим-хан, шах Персии, «решил отобрать Басру у турок». Мутасаллим Басры, получив от агентов сведения о военных приготовлениях шаха, активно занялся вопросами обеспечения обороны города. Провел встречи с шейхами проживавших в окрестностях Басры племен и с резидентами иностранных торговых компаний. Укрепил военно-сторожевые дозоры. Поставил на боевое дежурство в Шатт-эль-Арабе два небольших двухмачтовых корабля, с 14 орудиями на каждом. Суда эти, заказанные турками у Английской Ост-Индской компании, пришли в Басру из Индии в начале 1774 г.

16 марта 1775 г. персидское войско, численностью 50 тыс. чел., во главе с Садик-ханом, братом шаха, осадило Басру. Подвластные персам арабские племена приняли в ней активное участие. Арабы племен бану ка’б предоставили персам суда; арабы Абу Шахра – продовольствие и амуницию; шейх Бендер-Рига – кавалерию, задействованную в наземных операциях [195] . Племена кавасим из Ра’с-эль-Хаймы, вовлеченные в то время в конфликт с султаном Маската, в походе на Басру не участвовали.

Начав военную кампанию против Басры, шах Персии заявил, что это – его ответ туркам на их поборы пилигримов-шиитов, отправляющихся из Персии в паломничество в Кербелу; и что достойной наградой и лучшим трофеем для него в походе на владения турок в Месопотамии стала бы голова паши Багдада.

На стороне турок решительно выступили племена мунтафиков во главе с шейхами Самиром и ‘Абд Аллахом, а также племя бану халид. Во время осады Басры именно их скоординированные действия помогали туркам обеспечивать своевременный подвоз в город продовольствия и боеприпасов [196] . Большую помощь оказал Басре отряд боевых кораблей Маската. По просьбе мутасаллима Басры он вошел в русло Шатт-эль-Араба (октябрь 1775 г.), продвинулся к Басре и на какое-то время сковал осадные действия персов.

Приняли участие в защите Басры и находившиеся в то время в Шатт-эль-Арабе три английских корабля Бомбейского флота: фрегат «Реванш», с 28 артиллерийскими орудиями на борту; и два двухмачтовых судна – «Орел», вооруженный 16 пушками, и «Успех», оснащенный 14 орудиями [197] .

Англичане и оманцы сражались с турками до конца, до тех пор, пока османы не оставили город и не ушли из Басры, сдав ее персам.

События, связанные с осадой Басры, ярко описал в своих заметках датский путешественник Абрахам Парсонс. В конце 1774 г. он прошел с караваном из Алеппо в Басру. Оказавшись там, стал очевидцем блокады, а затем и захвата города персами (1775).

Хроники тех лет повествуют, что Кувейт, тесно связанный с Басрой торговыми отношениями, принял у себя достаточно много покинувших Басру накануне ее блокады торговцев с их семьями и простых горожан. С другой стороны, шейх Кувейта, не будучи, по словам арабских историков, абсолютно уверенным в победе той или другой из противоборствующих сторон, и желая ублажить и турок, и персов, сделал реверанс и в сторону шаха – выделил в помощь Садик-хану, в ответ на его соответствующее обращение, 200 кувейтских матросов.

Для Кувейта осада и захват Басры (1775–1779) обернулись последствиями больше положительными, чем отрицательными. Во-первых, переход Басры в руки персов активизировал отношения Кувейта с Английской Ост-Индской компанией. Во вторых, стимулировал караванную торговлю с Алеппо. В течение всего этого времени Кувейт выступал в качестве центрального депо, обеспечивавшего транспортировку грузов через пустыню из бассейна Персидского залива в Средиземноморье. Индийские товары, завозившиеся ранее Английской Ост-Индской компанией в Басру для их последующей доставки в Багдад и Алеппо, стали попадать туда через Кувейт и Зубару, что способствовало их экономическому росту. Английский консул в Алеппо, рассказывает в своем исследовании, посвященном истории Восточной Аравии, Абу Хакима, доносил, что грузы из Сурата и Бенгалии (в наше время принадлежат Индии и Бангладеш соответственно) поступали тогда в Сирию в основном через Кувейт [198] .

Дж. Лоример сообщает, что вследствие захвата персами Басры (1775), а потом и Зубары (1778) через Кувейт в Багдад и Алеппо пошли не только грузы Английской Ост-Индской компании, но и почта англичан [199] . Дело в том, что французский флот, активно действовавший в зоне Персидского залива, начал перехватывать британские почтовые суда. Тогда Английская Ост-Индская компания в целях безопасной доставки почты стала использовать суда Кувейта. Все это, конечно же, положительно отразилось на реноме Кувейта как самого безопасного торгового порта региона.

Внимание на Кувейт обратили в ту пору не только англичане, но и действовавшие в бассейне Персидского залива французские агенты. В 1778 г. в Кувейт для ознакомления с его портом и торговлей прибыл офицер-разведчик маркиз де Калерн (Marquise de Calern). Выполнив задание в Кувейте, он намеревался побывать в тех же целях в Зубаре и Маскате [200]

Тогда же Кувейт посетило и британское судно «Орел», принадлежавшее Английской Ост-Индской компании. Цель визита – исследование Кувейтской бухты и подготовка расширенного информационно-справочного материала о Кувейте. Английские специалисты нашли бухту «большой и удобной, пригодной для всех типов судов». Сам же город, обнесенный крепостной стеной, характеризовали местом для морской и караванной торговли – «удачно расположенным», а главное – «свободным от всяческих поборов, в том числе таможенных и портовых» [201] .