Кузнецов в стране аниме
Шрифт:
Потом появились детали. Её кожа была гладкой, словно шёлк, с лёгким перламутровым отливом. Руки — изящные, с тонкими пальцами, они казались созданными для того, чтобы касаться только самого прекрасного. Но больше всего поражало её лицо. Оно было… идеальным.
Красивые скулы, мягко очерченный подбородок, губы казались одновременно нежными и чувственными. Её нос был прямым. А глаза… Боже, её глаза. Они были тёмно-синими, как глубина океана, и в них можно было утонуть. Длинные ресницы отбрасывали тень на её щёки, а взгляд… её взгляд был таким, что невозможно сохранить хладнокровие.
— Это бабуля, это бабуля, — продолжал проговаривать я, как мантру.
Её волосы начали появляться последними — длинные, тёмно-синие пряди, которые падали и струились по её плечам и спине, словно живая вода. Они переливались, как ночное небо, и казалось, что каждый локон был создан отдельно, чтобы подчеркнуть её красоту.
Я не мог отвести взгляд. Я видел не просто тело — это было произведение искусства. Каждая деталь, каждый изгиб, каждый штрих — всё было настолько совершенным, что казалось нереальным.
— Это бабуля, это бабуля. — продолжал успокаивать себя я.
— Простите! Вы не могли бы одеться? — пискнул Тоджиро, краснея до корней волос, но не отворачиваясь, на это ему бы не хватило сили воли.
Лигея вздохнула, слегка наклонив голову, как будто её просили спрятать самое прекрасное.
— Эх. Только красоту скрывать, — произнесла она, но всё же создала себе одежду. Правда, это была тёмная, изысканная ткань, которая лишь подчёркивала её совершенные формы. К тому же она была абсолютно прозрачной.
Элиниор поймал Лигею на руки, унося её в свою комнату, сказал:
— Ну мы пошли.
Я думал, что Лигея будет полной противоположностью Элиниора — сдержанной, логичной, серьезной, может, даже иногда холодной. Похожей на Энн. Как же я ошибался. Она была его точной копией, только женского пола. От неё исходила такая аура сексуальности, что, даже стоя далеко от нее, любой разум начинает терять ясность.
Все парни вокруг, включая меня, начали сходить с ума. И это было не преувеличение. Стоило Лигеи появиться, как они буквально теряли способность мыслить. Она даже не делала ничего особенного — просто стояла, улыбалась, иногда бросала взгляд в чью-то сторону, и этого было достаточно, чтобы мужчины начинали запинаться, краснеть и терять дар речи.
Я не выдержал и спросил Элиниора:
— А почему от тебя девушки с ума сходят только когда тебе это надо, а от Лигеи парни постоянно без ума?
Сначала Элиниор начал рассказывать с таким видом, будто это было очевидно:
— Это не удивительно, ведь Лигея — самая прекрасная женщина на свете. Её красота не просто физическая, она… — он замолчал на мгновение, как будто пытаясь подобрать слова, — она как магнит. Её энергия притягивает всех, кто её видит.
Правда потом он добавил:
— Ну, и ещё… моя любимая немного косит. Она отправляет энергию сразу на всех мужчин без разбора, не полностью вычленяя меня, — он улыбнулся, — ведь она просто никого, кроме меня, не замечает.
Я посмотрел на Лигею, которая в этот момент что-то шептала Элиниору на ухо, и понял, что Эли был прав. Она действительно не замечала никого вокруг. Но это не мешало всем остальным сходить с ума от её присутствия.
И, честно говоря, я не мог их винить. Лигея была той, кого невозможно игнорировать. Даже если бы она стояла в другом конце комнаты, её энергия всё равно бы заполняла пространство, заставляя всех вокруг чувствовать себя немного… беззащитными.
Элиниор, конечно, был счастлив. Он смотрел на неё так, будто она была центром его вселенной. И, вероятно, так оно и было.
А я? Я просто старался не смотреть в её сторону слишком часто. Потому что, честно говоря, даже я начал сомневаться в своей способности сохранять хладнокровие. А она все-таки бабуля.
После прибытия Лигеи, вырвать Эли из спальни стало еще сложнее. Они выходили из неё только для того, чтобы поесть. И то не всегда.
Однажды, пообедав Лигея и Эли не сразу пошли обратно в спальню, а решили поболтать со мной. Лигея села рядом и положила мне руку на голову. Потом засмеялась:
— Ты запал на Эни? Хочешь подскажу как ее покорить?
Я хотел. Даже очень.
— Любимая, не надо, не рассказывай, что-нибудь пойдет не так, и доченька будет не довольна, — сказал Элиниор.
— Да что может пойти не так? Это же совсем просто. Он же не совсем дурак, — ответила Лигея и обратилась ко мне. — Слушай, тебе просто надо пересечь 38 поток с 9-м и 6-й с 35-м. А потом просто пыхни на нее энергией. Она в восторге будет. Но запомни главное: это можно делать только тогда, когда вылезешь из дурацкого физического тела. Раньше не в коем случае так не делай. Все понял, внучок?
Я активно закивал.
Прошло две недели с приезда Лигеи. Был обед, парни страдали. Лигея как и всегда сводила с ума своим присутствием. Весь воздух прямо искрил от сексуального напряжения. К концу обеда Тоджиро не выдержал и убежал к себе по понятной каждому парню причине.
— Любимая, я думаю, все-таки настройку придется поправить, — сказал Элиниор.
— Ну так лень же. По-моему, все и так не плохо, — ответила Лигея.
Эли начал что-то быстро шептать ей на ухо. Красавица вздохнула и сказала:
— Ну, ладно. Уговорил.
Лигея села прямо, закрыла глаза и буквально через секунду напряжение в воздухе пропало.
— Всё, готово, — сказал Лигея. Она по-прежнему была безумно привлекательной, но больше не подавляла своей сексуальностью.
Джин медленно встал, подошел к Лигее. Состроил рожу кирпичом, крепко задумался, а потом спросил:
— Почему мои мозги перестали закручиваться в узел, когда я тебя вижу?
Лигея вздохнула и начала объяснять:
— Я просто поправила направление энергии. Теперь вся моя любовь воспринимается только Эли.
— То есть я правильно понимаю? — спросил я. — Мы две недели мучались от того, что можно было исправить за секунду?
— Это так утомительно поправлять. Такую мелочь к тому же, — произнесла Лигея.
Я сразу вспомнил как Элиниор кучу времени ходил с неудобным огромным телом, обил нам все косяки, но тело себе поправил только тогда, когда все равно пришлось. Их лени есть граница? Они и вправду друг друга стоят.
— Я часто кошу с размерами, а Лигея с настройкой потоков, — ответил Элиниор на мои размышления. — Ты и не представляешь как утомительно это поправлять.