Чтение онлайн

— Мы уходим, — завопил я, вытаскивая Эли из зала.

— Ччччччто это было?!

— Ты же сам спросил какая энергия главная у меня? Вот она! Я всех обольщаю!

— Возьмешь меня в ученики? — сразу же выпалил я.

— А то! Только попозже. Когда повзрослеешь.

— Я так и не понял, а почему мне нельзя развиваться?

— Эх, — вздохнул Эли, — если бы мы делали как доченька говорит, ты бы сейчас в скафандре из моей энергии не ходил.

— Почему? — не понял я.

— По двум причинам. Потому что, если бы ты развивался сам, то это было бы намного медленнее. Соответственно сейчас более слабой энергией влиял бы. А во-вторых, контроль был бы тоже намного лучше.

— А Мика и Ника тебя потом не убьют, ну когда отойдут?

— Да не, они толком то и помнить не будут, что тут плели. Только то, что перевозбудились смотря на меня. Но я то тут причем? Меня не обвинишь. Я по своей природе секс-бомба.

— Удобно! А расскажешь как взрослел?

— Конечно!

И мы долго болтали о приключениях Эли в детстве.

***

В последнее время я заметил, что Джин был особенно серьезен. Наконец он пришел ко мне:

— Глава, — необычно серьезно начал Джин, — до нас начали доходить слухи, что Казама, Санада и Акияма подумывают сговориться и пойти на нас войной. Это неприемлемо.

Я задумался, что же делать. И придумал.

— Джин, сделай что угодно, но так чтобы все три армии пришли на поле Асига.

— Ты хочешь дать бой им всем сразу?

— Именно. Потерь не будет, обещаю, — и подумал про себя, если не выйдет мой план, натравлю на них Эли. Тогда им Ода еще цветочками покажется.

И Джин все устроил. Хитро притом. Послал им письма с оскорблениями. Притом не от меня.

От Казамы написал Санаде: «Ваши воины — трусливые зайцы, а ваш полководец — старый козел, который не может отличить меч от палки!»

От Санады Акияме: «Ваши солдаты — грязные свиньи, а ваши знамена — тряпки, которые годятся только для вытирания пола!»

От Акиямы к Казаме: «Ваши воины — жалкие ничтожества, а ваш полководец — глупый хвастун, который боится собственной тени!»

Вот интриган! Не ожидал от него такого. В общем, они собрались на поле Асига. Я тоже пришел и вызвал их всех на дуэль. Ну как, дуэль. Если трое на одного можно считать дуэлью.

Я, стоя на возвышении перед собравшимися воинами трех кланов, поднял руку, чтобы привлечь внимание.

— Санада, Казама, Акияма… Вы трое слабы поодиночке. Выходите сразу. Я раздавлю вас, как жалких щенков, чтобы вы наконец поняли, кто здесь настоящий хищник.

Эти слова, резкие и уничижительные, повисли в воздухе, словно вызов, брошенный прямо в лицо. Они не оставили места для сомнений — это был не просто вызов, это было оскорбление, которое нельзя было проигнорировать.

Казама, известный своей гордостью и горячим нравом, первым выходит вперед. Его лицо красное от гнева, а глаза сверкают, как раскаленные угли.

— Ты что, совсем с ума сошел, Саката?! — кричит он, сжимая кулаки. — Ты думаешь, что можешь справиться с нами тремя сразу? Ты ни во что не ставишь нас, своих соперников? Это не вызов, это оскорбление!

Санада, всегда сдержанный и расчетливый, на этот раз не может скрыть своего возмущения:

— Саката, ты переоцениваешь свои силы. Вызвать нас всех сразу — это не храбрость, это глупость. Ты хочешь показать, что мы для тебя — просто мухи, которых можно раздавить одной рукой? Ты жестоко ошибаешься.

Акияма, самый молодой из глав, но не менее гордый, смеется, но в его смехе слышится злость.

— Ты действительно думаешь, что сможешь победить нас троих одновременно? — говорит он, подходя ближе. — Или ты просто хочешь устроить шоу для своих воинов? В любом случае, ты пожалеешь об этом вызове.

Ловушка захлопнулась, — подумал радостно я.

Солдаты Санады начинают громко возмущаться, бряцая оружием. Они кричат:

— Он смеет оскорблять нашего господина! Пусть получит по заслугам!

— Саката, ты недооцениваешь нас! Мы покажем тебе, что значит бросать вызов клану Санада!

Воины Казамы, более дисциплинированные, но не менее разгневанные, стоят в строю, но их лица выражают ярость. Они перешептываются:

— Он думает, что может унизить нас? Пусть попробует.

— Наш господин покажет ему, что такое настоящая сила.

Солдаты Акияма, самые эмоциональные, начинают кричать и размахивать оружием. Их голоса сливаются в громкий ропот:

— Он вызвал сразу троих! Кто он такой, чтобы так поступать?

— Пусть наш господин разберется с ним! Он пожалеет о своей наглости!

Я спокойно смотрю на своих противников. Уверенным голосом, не терпящим возражений, я продекламировал:

— Я вызвал вас всех, потому что знаю: я сильнее. Если вы считаете, что я недооцениваю вас, докажите это. Сразитесь со мной, и докажите, что достойны победы.

Главы кланов переглядываются, понимая, что отступать теперь нельзя. Они принимают вызов.

Солдаты трех кланов отступают, образуя круг, чтобы наблюдать за битвой. Главы кланов — Санада, Казама и Акияма — занимают позиции вокруг меня. Их оружие блестит на солнце, а лица выражают решимость. Я, стоя в центре, с улыбкой готовлюсь к бою, зная, что этот момент войдет в историю.

Вы спросите меня, а какой у меня план? А я вам расскажу — простой, но гениальный.

План был такой: чтобы они трое подошли ко мне. Я сбрасываю скафандр Эли. Моя подавляющая энергия вырывается. Они падают замертво. Их армии всё это видят, естественно боятся меня и признают меня. Япония объединена, можно пир закатывать.

Что же могло пойти не так?

А то, что я не узнал у Эли, как черт подери, снимать скафандр. Я пытаюсь снять и ни-фи-га. А главы кланов уже подошли ко мне и все разом замахнулись на меня своими мечами.

Чёрт.

Я стою, окруженный тремя главами кланов. Выбраться уже нереально, всё-таки они профессиональные вояки. Пока я думал, они трое одновременно ударили по мне своими мечами.

Но у них ничего не вышло, потому что энергию Эли пробить было нереально. Я, заржав, продолжил свой спектакль:

— Ну что? Я же говорил — слабаки. Мне даже не надо с вами в бой вступать! Вы не сможете нанести мне ни капли урона. Пыжьтесь, пыжьтесь, когда выдохнитесь, падете ниц передо мной! ХА-ХА-ХА!