Чтение онлайн

Умер пролетарский беллетрист П. Бессалько…

Умерли пролетарские поэты С. Владимирова, Р. Глушицкий, А. Гуцевич, С. Заревой и А. Зарницын.

Все — талантливые и сильные духом товарищи…

Вечная память вам, сгоревшим в ярком пламени Революции…

Пролетариат, помня вас, пришлет в наши ряды новые кадры творцов грядущего Пролетарского Искусства…

Секция Пролетарских Писателей при Лито Наркомпроса.

На 10 мая в Москве созывается Первый Всероссийский С'езд пролетарских писателей.

Разбросанные по городам и глухим углам Советской Республики, отдающие свои силы, помимо литературы, — культурно-просветительным и политическим работам страны, рассеивая словом художника тысячелетнюю тьму народную, зажигая огни нового пролетарского творчества и винтовкой красноармейца в то же время отражая нападения белогвардейцев, пролетарские писатели не имели времени, места и сил подумать о своей неорганизованности, об улучшении своего жизненного положения, о выявлении своего взгляда на искусство прошлого и настоящего.

С переходом страны на мирное строительство, — Первый Всероссийский С'езд пролетарских писателей будет первым организационным начинанием писателей-рабочих.

Работающее в настоящее время организационное бюро по созыву съезда в составе: председателя бюро, тов. В. Кириллова, секретаря С. Обрадовича и членов тт. Самобытника, Герасимова, Сивачева, Волкова, Санникова, Казина и Александровского к предстоящему С'езду наметило следующие вопросы, разрешение которых имеет первостепенное значение:

1. Текущий момент и задачи пролетарской литературы.

2. Пролетарская литература и ее отношение к прошлым и современным течениям в искусстве.

3. Пути пролетарской литературы.

4. Отношение к Пролеткультам.

5. Издательское дело, и

6. Образование Союза пролетарских писателей.

Много и других организационных вопросов, давно назревших на местах, встанут остро на съезде и потребуют по укладу современной революционной жизни немедленного разрешения.

На Первый Всероссийский С'езд пролетарских писателей с совещательным голосом приглашаются по одному представителю от литературно-творческих групп Пролеткультов и других рабочих литературных организаций, а также по одному представителю: Пролеткультов Московского, Петроградского, Ц. И. К. Всероссийского Пролеткульта, Наркомпроса, Ц. И. К. Российск. Коммунистич. партии, Ц. И. К. Советов, Ц. И. К. Проф. союзов, Союза Советских Журналистов, Роста, Московского Совдепа, Лит. Отдела Наркомпроса, Дома Печати, и прессы.

Персонально, с решающим голосом, приглашаются товарищи: А. В. Луначарский, М. Горький и Н. Ленин (почетными членами), В. Кириллов, М. Герасимов, В. Александровский, М. Сивачев, С. Родов, С. Обрадович, В. Казин, М. Волков, Самобытник (Маширов), П. Орешин, И. Филипченко, Я. Бердников, М. Праскунин, Демьян Бедный, С. Фомин (Кречетов, Моск. Пролеткульт), И. Шувалов, Е. Е. Нечаев, Гр. Санников, Н. Н. Ляшко, С. Ганьшин, Ф. Шкулев, И. Ерошин, Соколов (Сокол Красный), И. Устинов, (Член Сурик. кружка), Г. Устинов, Н. Полетаев, Ф. Киселев, А. Динин, Н. Тихомиров, П. Арский, Кузнецов, А. Крайский, Садофьев, Н. Рыбацкий-Мазин, Власов-Окский, Грошик, Малашкин, Царев-Торский, И. Ионов, А. Чапыгин, М. Артамонов, Чумбаров-Лучинский, Леонтий Котомка, Н. Дегтярев, И. Кубиков, В. Плетнев, Оков (Казань), И. Ильин, В. Кузьмин, С. Фахторович, И. Шершнев, Поморский, И. Логинов, К. Лоптин, Ермаков, И. Назаров, Степан Брусков, Заводский, Н. Отсоли, В. Попов, Изгнанник.

За всеми справками Организационное бюро по созыву с'езда просит обращаться по адресу: Москва, Никитский бульвар, д. N 8 Дом Печати, Мандатная комиссия.

Не даром в старое время называли поэтов пророками. Поэзия всегда шла впереди жизни. Еще лет десять тому назад, до войны и до революции, когда жизнь еще катилась мирно и гладко и на первый взгляд не было еще и признаков грядущих потрясений, в поэзии уже тогда появилось сильное недовольство прежними формами, а следовательно и содержанием. Очень нашумели тогда футуристы, отвергавшие всю прежнюю поэзию, начиная с ее формы и кончая содержанием, но своего нового, ценного почти не давшие, ибо они все-таки не изменили содержания поэзии, а только усложнили форму, где изуродовав ее, а где и обновив.

Наиболее же провидящие и наиболее искренние представители поэзии, как напр., Андрей Белый, стали прямо заявлять, что слово изжило само себя, что оно недостаточно для выражения теперешнего содержания жизни, что наступил «кризис слова».

В настоящее время представляется необходимым поставить на очередь дня этот большой, сложный и крайне важный для самой жизни вопрос: действительно ли слово изжило себя, как утверждает Андрей Белый, или же кризис заключается в том, что изжило себя многое в содержании прежней поэзии, и многого чего-то недостает.

Говорю: изжило себя многое в содержании, а не само содержание поэзии, ибо таковое вечно и неисчерпаемо, как природа и как человек; но обновление этого содержания, но перемещение некоторых центров необходимо.

В этой небольшой статейке вовсе не беру на себя обязанности всесторонне осветить этот большой вопрос, а только ставлю его, повторяю, на очередь дня.

И только одно несоответствие является для меня совершенно несомненным и, думается, крайне важным:

Почему в прежней поэзии такое важное значение придавалось половой любви человека, и такое по сравнению малое значение — труду, творчеству человека, между тем как в жизни миллионов людей, крестьян и рабочих, труд имеет огромное значение.

Думаю: никто не усомнится в том, что в труде, в самом обычном простом труде, ну хотя бы в труде дворника, подметающего мостовую после дождя, не меньше поэзии, чем в отношениях между полами, а знаете ли вы хотя одно стихотворение, посвященное этому действию человека, между тем у всякого разболится голова, если он вздумает перечитать все стихи, содержание коих определяется в такой формуле:

Кроме того мы знаем массу имен писателей, посвятивших себя воспеванию даже не простой любви человеческой, как она есть, а исключительно отклонениям в этой любви, ее извращениям.

Почему такое странное несоответствие?

Очевидно потому, что люди близкие к труду, рабочие, были очень далеки от поэзии и как производители ее и как потребители.

Недавно в разговоре со мной, один из лучших знатоков поэзии в России, Андрей Белый, сказал мне:

— Знаете что? В ваших стихах, в стихах Казина, Герасимова, Александровского, есть что-то новое…

Я переспросил:

— Может быть, так что-нибудь?

— Нет, знаете, все новое, ритм особый, но что такое это новое, я не знаю.