Чтение онлайн

– Боюсь, он сделал это, чтобы я смог попасть в «Фивы» в первый раз, – помрачнел Арк-Ми.

– Я не позволю тебе закладывать свое тело, покупая ключ игрока в «Голоде», – заупрямилась Наб-Ил.

– Это единственный шанс помочь Саломее. К тому же пока я в игре, никто не убьет меня за долг отца.

– А если мы вызовем хранителей, и ты расскажешь им обо всем? Бывший муж Саломеи часто появляется здесь. Уверена, его заинтересует информация о дочери.

– Если он найдет Аришу, то превратит в нейропата.

– Но это лучше, чем умереть за долги отца.

– Лучше для меня, но не для девочки.

– Быть нейропатом не так уж и плохо.

– Может быть и не плохо, но только когда ты сам выбираешь это, а не отец решает за тебя.

– Так девочка не хочет быть нейропатом?

– Саломея говорит, что Ариша боится отца как огня.

– Тогда ты прав, – помрачнела Наб-Ил. – Девочку выдавать нельзя, но…

– Нужно попытаться еще раз, – сказал Арк-Ми, и Наб-Ил, тяжело вздохнув, кивнула.

Они расстались на полуслове. Пневмолифт лихо нырнул вниз. Арк-Ми почему-то подумал, что будет забавно, если именно сейчас адепты решат забрать его жизнь или выжечь жидкий чип, как случилось с родителями Саломеи. Но его не тронули. Просто следили и ждали, что будет дальше.

Девушка в незаконном терминале «Голода», куда пришел Арк-Ми, долго изучала его социальный статус, несколько раз недоверчиво перепроверив чудовищную сумму долга.

– Первый раз вижу живого человека, который должен адептам так много, – призналась девушка и долго отказывалась принимать такое безнадежное тело в качестве залога. – Никто не станет покупать оболочку, если за ней числится такой долг, – она говорила так, словно Арк-Ми уже провалил свой игровой процесс и потерял тело.

– Я могу обратиться в другой терминал, – потерял терпение Арк-Ми.

Девушка прикусила язык и начала оформлять договор.

– И к кому мне обращаться в случае нарушения ваших обязательств? – неловко пошутил Арк-Ми, на что девушка серьезно заявила, что кроме хранителей в мире за соблюдением порядка отвечают адепты.

Арк-Ми не стал спорить. Старая грязная капсула терминала ждала его. Ионизаторы для дезинфекции не работали. Пахло чем-то до тошноты кислым, но Арк-Ми цеплялся за эти ощущения, понимая, что если допустит ошибку в «Голоде», то никогда не сможет вернуться в свое тело. Он заставил себя закрыть глаза, хаотично вспоминая все, что Саломея рассказывала о «Голоде». Мелочей быть не может. Важна каждая деталь, каждый нюанс. Ничего грандиозного. Лишь бы уцелеть, заработать немного и спешно выйти из игры, продав клона другому игроку. Если повезет, то все получится и удастся вернуться в «Фивы».

Извлеченное из тела сознание Арк-Ми перенаправили в терминал Подпространства, где, почти не давая прийти в сознание, посредством Кубов Переносов перенаправили в терминал комплекса Isistius longirostris. Процедура была недолгой, но какой-то липкой и мерзкой до неприличия. В официальной версии терминалов «Голода» перенос через Квазар в центр, где находилась игровая площадка, происходил быстрее и качественнее. Игроки закрывали глаза в капсуле игрового терминала, восприятие сознания сводилось к нулю, не прописывая основные протоколы точки сборки. Затем система активировала купленное тело клона, подготавливало в соответствии с оплаченным ключом, и игрок пробуждался в новом персонаже…

– Эй, какого черта ты там делаешь? – услышал Арк-Ми женский голос, заставляя себя открыть глаза.

Игровой процесс начался в пневмотоннеле. Толстая женщина отчаянно жестикулировала, указывая на приближающуюся капсулу общественного транспорта. Арк-Ми едва успел выбраться из тоннеля. Капсула остановилась у перрона: пустая, залитая кровью. Арк-Ми растерянно уставился на оторванную кисть клона на пассажирском кресле, оставленную утилизационными системами во время грубой очистки капсулы.

– Здесь всегда так? – растерянно спросил Арк-Ми женщину, спасшую ему жизнь.

– Только когда начинаются бунты.

– В игре начались бунты?

– Пока нет, но все идет к тому, что скоро на улицы комплекса лучше будет не выходить, – взгляд женщины устремился к залитой кровью капсуле. – Я здесь уже шестой год и пережила три бунта. Поверь, все именно так и начинается – неконтролируемый рост преступности, недовольство масс, криминальные разборки. Силовики говорят, что ситуация под контролем, но это ложь. Взять хотя бы утилизационные системы. Посмотри, сколько грязи оставили – не справляются.

Арк-Ми смотрел на женщину и представлял на ее месте Саломею, которая может так же застрять в «Фивах». Конечно, у всех свои причины, но…

– Ты ведь обменял свое тело на ключ игрока? – спросила женщина.

– Как вы догадались?

– Нормальные игроманы не появляются черт знает где. А эти незаконные терминалы… Они только и ждут, когда ты протянешь ноги… Я сама появилась в игре в обстоятельствах не лучше, чем были у тебя. Только вместо тоннеля была заброшенная строительная площадка. До сих пор не пойму, как они смогли установить там свой незаконный терминал. Три дня не могла спуститься, пока силовики не нашли, приняв за вора. Хорошо, что девушка в терминале сдержала слово, и смогла прописать новую личность в иерархию средних ярусов. Думаю, благодаря этому я и продержалась так долго. Впрочем, в последние годы в незаконных терминалах, по-видимому, все изменилось. Условия не те. Шансов уцелеть почти нет. Особенно любят набирать должников во время бунтов. Новенькому не выжить. Нет ни жилья, ни друзей, ни специального оборудования. Новички думают, что достаточно изучить игровой процесс и все получится, но это заблуждение.

– Мне никто не говорил, что в «Голоде» начинаются бунты.

– А я о чем толкую? – устало вздохнула женщина. – Сейчас в незаконных терминалах думают только о том, как подставить игрока, заложившего тело в обмен на ключ, и продать его оболочку. И ладно бы все ограничивалось тем, что игровые процессы начинаются черт знает где, так они и с интеграцией в систему начали хитрить. Вот ты, например. Какая у тебя легенда?

– Легенда?

– История твоего персонажа, интегрированная в жидкий чип клона. Базисы обучения. Если будешь придерживаться установленных правил, то в первые дни с тобой ничего не случится. Это специально сделано, чтобы игрок мог оглядеться, привыкнуть. Легенда действует совместно с общей системой «Голода», помогая выживать в первые дни игры, – женщина покачала головой, закатала рукав и показала переливающийся прямоугольник под кожей чуть выше кисти. – Нужно лишь посмотреть на легенду. Этого достаточно, чтобы активировать нейронный интерфейс, – сказала женщина, подавая пример.

Набор образов вспыхнул в воздухе чередой событий, карт, заданий и предупреждений. Все двигалось, искрилось.

– Разработчики уверяют, что придумали такой способ активации легенды, чтобы избежать случайных или шпионских включений. Хотя некоторые игроки со стажем уверяют, что эта технология придумана в помощь главным системам корректировки игрового процесса. Так что не удивляйся, если встретишь тех, кто удалил себе легенду. А теперь давай, покажи, что у тебя есть.

– У меня? – Арк-Ми недоверчиво закатал рукав.

Женщина увидела светящийся прямоугольник под кожей и разочарованно вздохнула.

– Жаль, а я уж решила, что терминалы стали присылать голых клонов – новость достойная того, чтобы ее продать, – в глазах женщины заблестело любопытство. – А может твоя легенда пуста? Давай, попробуй активировать ее.

Арк-Ми послушно поднял руку и посмотрел на светящийся прямоугольник под кожей. Серия нейронных образов окружила его, показывая неприметный бар под названием «Гамбит» и девушку с татуировкой банды «Двухголовых драконов» по имени Анакс. «Когда основные образы закладываются в точку сборки, как в «Фивах», то все намного проще», – подумал Арк-Ми.