Чтение онлайн

Шлюпка оказалась крошечной, но в этом была своя прелесть, вернее, неоспоримое удобство, потому что система планетарного контроля разрешила им посадку прямо на крышу монументального здания, в котором размещался Йяфтеанский филиал Первого Имперского Заемного банка. Услужливые рабы – цойшч, закутанные от своих звериных лап до омерзительных рыл в темные тяжелые хламиды, встретили их у трапа и проводили до фойе семнадцатого этажа, где передали на попечение мелкого банковского клерка – твора, который, в свою очередь, привел их к вратам большого клиентского зала. Здесь эстафету принял клерк-распорядитель, естественно, имперский гражданин, который и провел их в зал, и далее к индивидуальному боксу на двоих. Тяжелая плита из непрозрачного алого стекла задвинулась, отсекая их от любопытных взглядов, и они остались одни перед услужливо вспыхнувшим экраном банковского вычислителя. Вычислитель дождался, пока они усядутся в кресла, выдвинул из стены широкую панель управления и, поприветствовав их на трех принятых в провинции языках, осведомился ровным мужским голосом, чем Первый Имперский Заемный банк может быть полезен светлым господам.

Ё медленно взглянул на Нор и кивнул:

– Прошу вас, дорогая.

Нор чуть надула губы и после короткой паузы объявила:

– Требую высшей степени конфиденциальности!

Свет в боксе сменился с голубоватого на насыщенный желтый, прозвучал короткий зуммер, и вычислитель объявил, что требование клиента выполнено.

– Я графиня Ай Гель Нор, алмазный круг, нефритовые двери: девяносто восемь – корона – лоно – восемьдесят один – меч – девяносто девять – серп – кувшин, – сказала Нор и протянула к пульту правую руку.

Широкий раструб принял ее ладонь. Она почувствовала, как захват датчиков контроля охватил ее запястье, а под пальцами возникла клавиатура. Не торопясь и не отвлекаясь, она набрала первую серию кодов доступа, и экран перед ней замигал красными буквами:

«ДОСТУП ОТКРЫТ, ДОСТУП ОТКРЫТ, ДОСТУП ОТКРЫТ…»

Она набрала вторую серию, и надпись на экране сменилась:

«ИДЕНТИФИКАЦИЯ ПОЛОЖИТЕЛЬНАЯ».

Тогда она, не отвлекаясь на посторонние мысли, набрала третью серию кодов и ввела один за другим все пять личных ключей.

С потолка ей на голову опустился шлем, полностью скрывший ее голову, и перед глазами возник другой экран, а голос вычислителя могла теперь слышать только одна Нор, точно так же, как и ее голос мог слышать теперь один только вычислитель.

– Ваши счета, нефритовая дама, – объявил вычислитель, и перед ней раскрылись отчетные ведомости счетов Ай Гель Нор.

Нор просмотрела отчет, осталась им довольна и распорядилась:

– Приказываю перевести средства из первого раздела в категорию свободного доступа.

– Выполнено, – откликнулся вычислитель.

– Прошу открыть кредит на полтора миллиарда пледов[68] под акции Кетшерской Корпоративной Рудной Компании.

– Разрешение получено. Кредит открыт, – сообщил после минутной паузы вычислитель.

– Пин[69]! – потребовала она и положила на пульт левую руку. Через секунду Нор почувствовала, как машина надевает на мизинец ее левой руки тонкое колечко Пина.

– Четыре дочерних Пина без ограничений по суммам платежей и три с ограничением на тысячу, две тысячи и три тысячи пледов, – потребовала Нор и через несколько секунд почувствовала, как в ладонь ее левой руки ложится круглый футляр с Пинами и поясной замшевый кошелечек.

– Получено, – сообщила она. – Наведите справки о моей яхте.

Теперь пришлось ждать не менее трех минут, в течение которых она могла наблюдать наиболее живописные виды планеты Йяфт и слушать прославленную в веках музыку Цзойжза – по удачной для Йяфта случайности, местного уроженца.

– Ваша яхта, графиня, находится на сто семнадцатой площадке долговременной консервации, – наконец сообщил вычислитель.

– Отлично, – сказала она. – Передать приказ в управление порта, произвести расконсервацию, перевести яхту в стартовую зону и подготовить к полету. Все расходы в обычном режиме. Особая оплата за срочность. О готовности сообщить мне лично. Мой код… – И Нор впечатала в свое требование код связи.

– Все, – объявила она и почувствовала, как освобождается ее правая рука. Одновременно шлем поднялся, освобождая ее голову.

Нор взглянула на своего Ё и улыбнулась:

– Все в порядке, мой светлый господин. Ваша очередь.

Ё улыбнулся и начал процедуру доступа.

«У него улыбка Сцая[70]», – подумала, глядя на него, Нор.

Шлем на голове Ё оставался почти четверть часа. Когда шлем исчез в потолке бокса, Ё выглядел так же невозмутимо, как и перед началом операции.

– Итак? – спросила Нор.

– Как и следовало ожидать, мои счета и имущество перешли к наследникам. Я это решение, естественно, опротестовал и подал жалобу в Наблюдательный совет, в Министерство двора и в прокуратуру, – сказал Ё, вставая.

– И что теперь? – спросила Нор, вслед за Ё выходя из бокса.

– Я полагаю, что кто-нибудь из моих родственников попытается меня убить. – Рука Ё выполнила жест примирения с судьбой. – А мы пока можем пообедать. На обед у меня денег хватит.

– Вам не о чем беспокоиться, мой светлый господин, – улыбнулась Нор, доставая из пристегнутого к серебряному пояску кошелька тонкое колечко. – Здесь три миллиарда. На первое время нам хватит.

Ё поцеловал дающую руку, надел кольцо на мизинец левой руки, рядом с личным кольцом, и они пошли к выходу из клиентского зала.

Впрочем, обедать они не стали. Оба были сыты, да и время для обеда было еще раннее. Поэтому они лишь выпили по кружке превосходного ягодного вина, оказавшегося, к их удивлению, местным, и, взяв напрокат флаер, отправились на Беличий Холм – в район дорогих магазинов и мастерских лучших столичных ремесленников. По пути Макс связался с капитаном контейнеровоза 7523, выполнявшего на орбите срочные ремонтные работы, и сообщил, что он и графиня Ай Гель Нор останутся на планете до окончания всех запланированных капитаном работ. Он предложил также вызвать не нужную им более шлюпку, которая в данный момент находится в верхней парковочной зоне главного здания Первого Имперского Заемного банка. Пока ее Ё вел эти скучные переговоры, Нор через городскую информационную сеть выяснила, что Союз Ноблей Империи рекомендует платежеспособным патрициям, посещающим столицу провинции Йяфт, останавливаться или в Зимнем Саду, или на Озерах принцессы Сцлафш.

– Вы бывали на Йяфте раньше, мой смарагд? – спросила Нор.

– Да, моя радость. Кажется, пару раз я здесь бывал.

– Тогда выбор за вами, мой Ё. Нам предлагают Зимний Сад или Озера принцессы Сцлафш.

– Я бы сказал, что Озера предпочтительнее. Во всяком случае, когда я был там в последний раз, – Ё сделал многозначительную паузу, – это было очень приятное место.

– Значит, Озера, – согласилась Нор, и не откладывая, связалась с директором-распорядителем «гостиницы» и заказала апартаменты.

Конец разговора с директором-распорядителем совпал с прибытием на место. Беличий Холм представлял собой обширный парк, вдоль аллей и дорожек которого располагались многочисленные изящные павильоны бутиков, мастерских, ресторанов и других уместных в таком окружении заведений. Оставив флаер на стоянке, они вошли под сень деревьев, и Нор с удовольствием вдохнула чистый, разве что излишне теплый воздух, насыщенный запахами хвои и поздних цветов. Дорожка, по которой они шли, была выложена изразцами в коричнево-золотистых тонах. Старые деревья подступали почти вплотную к краю тропы, запуская свои мощные корни под нее и прикрывая своими ветвями сверху. В ветвях перекликались птицы, и откуда-то прилетала тихая, но уместная музыка. Тропа вывела их к широкой аллее, мощенной серебристыми с льдистыми вкраплениями плитами, а первый павильон, который встретился им на пути, оказался веселым домом. Впрочем, уже через несколько минут они попали в царство изысканности, роскоши и высокой моды. Крошечные лавочки, основные помещения которых были скрыты глубоко под землей, и офисы модных дизайнеров окружили их со всех сторон, втянув в приятное, хоть и утомительное путешествие среди разнообразных чудес и диковин. В какой-то момент Нор, увлекшаяся было всем этим роскошным разнообразием, даже подумала, не утомляют ли все эти дамские «глупости» ее жемчужного Ё, но великолепный господин Ё был, как всегда, невозмутим и любезен.