Чтение онлайн

–  Прости меня, Рэй, я должен был попытаться, но...

–  Нет, это ты прости меня, я же все видел. Ты прав. Я бы побежал к ней, попытался бы спасти ее, - тихо произнес я, закрывая воду, рыдания прекратились, я лишь продолжал тихо всхлипывать, как маленький ребенок.

–  Из-за нашей разорванной связи я теперь не могу блокировать твои воспоминания, твою боль. Тебе придется многое вспомнить, - сказал Алан, когда я вернулся на кровать.

–  Разорванной связи?

–  Именно, - он кивнул.
–  Я должен был перенестись сюда вместе с тобой утром сегодняшнего дня. Но... Из-за того, что случилось в твоем мире, и из-за того, что меня тогда не было рядом, ты попал сюда сам, а наша связь оборвалась, - я все еще плохо понимал, о чем он говорит.
–  Понимаешь, Стражи чувствуют своих подопечных, как и вы нас, мы едины, связаны навсегда узами, которые мне трудно тебе описать. Когда ты попал в аварию, меня насильно перенесло в твой мир и я успел спасти тебя. Это как, - он задумчиво посмотрел на меня, - любовь. Я чувствовал, что самый близкий мне человек нуждается во мне, зовет меня.

–  Но как ты услышал 'зов' из своего мира?
–  спросил я, окончательно успокоившись.

–  Для нас с тобой нету таких понятий, как другие миры, измерения и тому подобное. Нас нельзя разделять друг с другом, иначе мы погибнем. Для меня самого является загадкой, по каким критериям я стал твоим Стражем, если мы никогда не виделись.

–  А как это вообще происходит?
–  я глянул в сторону, за окном было все еще темно, слишком сильно я вчера устал после встречи с ректором: по пришествию в комнату, видимо, сразу вырубился без сил.

–  Как влюбленность, - в его голосе было веселье, - ты смотришь на человека, а человек на тебя. Между вами устанавливается связь, будто невидимая нить, которая рано или поздно приведет вас друг к другу. Обычно это происходит в раннем детстве.

–  То есть, если мы с тобой не виделись до той аварии, то...

–  Это было бы невозможно. Хотя, кто знает, ты же человек-исключение, - улыбающийся волк - жуткое зрелище, скажу я вам.

–  А у тебя есть семья, Алан? Ректор говорил, что ты был вожаком стаи перед исчезновением, - я пожалел о своем вопросе, так как волк слегка заскулил: эта тему была ему не очень приятна.

После долгого молчания он все же ответил:

–  Да, Рэй, у меня были два сына и жена. Стая, правление которой я унаследовал от своего отца, была для меня всей жизнью. Но ты должен понять: связь с тобой - это что-то в разы большее, чем любовь к сыну. Я не могу сопротивляться этому, - каждое слово ему давалось с трудом, и я его прекрасно понимал.

–  Я думаю, мы найдем твою семью, - вдруг сказал я и улыбнулся.

–  Их не видели уже очень давно, возможно, что они все погибли.

–  Я так не думаю, и ты, кстати, тоже. Ты ведь чувствуешь, что они живы, - мои глаза сияли как два сапфира.

–  Возможно и так, но тебе сейчас лучше думать об обучении. Ты ведь все еще хочешь быть как Гарри Поттер?
–  Алан рычаще рассмеялся.

–  Да ну тебя, с твоими шутками, - я засмеялся и толкнул его в бок.

Утро выдалось на редкость спокойным. Пока я блаженствовал в стране грез, Лирман успел принести мне сменный комплект формы и ванных принадлежностей, пару обычных джинсов и два пуловера, а также несколько футболок. Так что из душа я выходил уже с чувством выполненного долга. Облачившись в форму, я мельком глянул на себя в зеркало и выпал в осадок.

–  Матерь божья, да мной только детей пугать!
–  ужаснулся я, глядя на ещё более тёмные круги под глазами, чем вчера, каштановые волосы стояли торчком, визуально усиливая бледность на моем лице.

–  Здесь время идёт немного иначе, чем в твоем мире, твоё тело и ты просто ещё не привыкли, - с умным видом выдал сидящий все это время в кресле волк.

–  Насколько иначе?
–  заинтересованно спросил, поправляя завязки плаща.

–  Здесь время идёт медленнее. Скажем, два года в этом мире равны примерно пяти годам в твоем, - глубокомысленно изрек Алан. А мой желудок вдруг начал 'петь' песни беременного кита.
–  Тебе не мешало бы поесть, да и мне тоже. Вот заболею и умру, будешь знать, как Стража не кормить, - заворчал волк, спрыгивая с кресла.

–  Ты знаешь, где тут столовая?
–  с надеждой посмотрел я в черные глаза.

–  Я чую, - фыркнул он. Все такой же ворчун.

Мы вышли из комнаты, направляясь к знакомой мне лестнице. Спустившись, свернули направо и пошли вдоль коридора. В конце была одна единственная дверь, из которой доносился умопомрачительный запах тушеной картошки с мясом.

–  Еда, - простонал я и ускорился, Алан величественно шагал рядом.
–  Стоп, тебе же нельзя ходить со мной, - я вопросительно посмотрел на волка.

–  Ничего не знаю, я помню только про запрет ходить с тобой на занятия, - ей-богу, он всем своим видом показывал невинность. Если бы мог, я думаю, он бы даже засвистел.

Я кивнул и наконец толкнул черную резную дверь, она с глухим скрипом распахнулась, открывая моему взору огромную залу. Я обомлел: высокий белый потолок с золотыми узорами, три огромные люстры освещали мягким теплым светом помещение, позволяя насладиться его великолепием. На правой стороне четыре огромных окна, сквозь открытые белые шторы пропускающие лучи утреннего солнца. Пол, поражающий своей, на первый взгляд, хрупкостью, будто из стекла под которым россыпью блестели тысячи ярких цветных камней. А правую стену украшал искусно сделанный рисунок из мелких разноцветных плиточек. На нем была изображена красивая женщина с длинными чёрными волосами, которая, прикрыв глаза, протягивала руки к присутствующим, даря им свое благословение и тепло.

–  Кармэлия, - завороженно произнёс Алан, - богиня воды и покоя.

В зале было шумно, но как только студенты заметили бледного меня и голодно смотрящего на них волчару, повисла гнетущая тишина. Здесь были пара десятков студентов разных возрастов, кто-то, как я, с животными, даже самыми невероятными, кто-то без. Все они вылупились на меня во все глаза.

–  Новенький, тот самый?

–  Вальерийский волк!

–  Смотрите, он с факультета Боевых!

Приглушенный шёпот доносился до меня, а я, вздернув голову, гордо прошествовал к линии раздачи. Пристальные взгляды будто преследовали меня, кто-то смотрел с недоверием, кто-то - со страхом, удивлением и радостью.

–  Можно мне...
–  договорить я не успел, мне протянули большой поднос, заставленный яствами. Тут была и моя картошечка с мясом, и салатик, лишь отдаленно напоминающий салат из помидоров и огурцов, и большая тарелка сочных кусков сырого мяса. А также стакан непонятной бледно-розовой жидкости, похожей на кисель.