Чтение онлайн

Сглазила-таки! Тапир шарахнулся, приседая, и Варвара, выпустив из рук согревшееся, мелко вибрирующее ложе, упала на вздыбленную гриву и, с трудом удерживая за шею своего иноходца, остановила его и замерла, поглаживая по хоботу и нашептывая что-то ласковое и бессмысленное. Тапир стоял, широко расставив ноги и опустив голову, словно прислушиваясь к чему-то, доносящемуся из-под земли; Варвара уже примеривалась повернуть его обратно, чтобы хотя бы достать оставленный в "иллюминаторе" десинтор, как вдруг почувствовала толчок, точно животное подпрыгнуло на всех четырех ногах разом, - тапир издал трубный звук и, не дожидаясь очередной встряски, кинулся куда глаза глядят, запрокидывая голову с напрягшимся хоботом назад, словно хотел достать прижавшуюся к его спине девушку. Панический ужас, который наводит землетрясение на все живое, гнал его к далекому выходу из долины, а уходящая из-под ног почва заставляла его совершать конвульсивные, непредсказуемые движения, так что удержаться на нем без седла не смог бы и самый опытный наездник. Варвара слетела где-то на полпути к "Дункану", и тапир, кажется, даже не заметил. Она поднялась и побежала, тоже во власти животного страха перед колеблющейся землей, и в голове стучало единственное: "Не может быть, этого просто не может быть, потому что лабиринт не построили бы в сейсмической зоне, поэтому не может быть..." Но понемногу стыд перед этим страхом становился все сильнее, да и чего, собственно, было бояться под ногами едва-едва подрагивало, и уж в первую очередь надо было думать не о лабиринте, а о кораблях, которые могли рухнуть, несмотря на превосходные амортизаторы; и не о тапире, обалдевшем от ужаса, а о Вуковуде, который, наверное, места себе не находил, потому что в его положении единственным разумным выходом было стартовать, спасая не корабль, а измученных спящих людей - автомат вывел бы их на орбиту. Но Варвара ни минуты не сомневалась, что именно этого он и не сделает. Она поняла это и побежала быстрее, еще быстрее, упруго отталкиваясь от уже неподвижной гулкой почвы, и звук собственных шагов рождал какие-то далекие, милые воспоминания...

А, ведь так бежал в тумане Петрушка, целую вечность тому назад... Она влетела в люк "Дункана" и чуть не сбила с ног Вуковуда, спешившего ей навстречу.

– Что?
– выдохнула она, обрывая застежки скафандра.
– Что у вас?.. . Никаких перемен к лучшему, - проговорил он удивительно ровным тоном, и только тут она поняла, какая же тревога, наверное, прячется за этим кажущимся безразличием и таким спокойным, измученным лицом. Так неужели за этой тревогой он не заметил даже землетрясения?

– Вас что, не тряхнуло разок-другой?

– Нет, иначе сейсмодатчик включил бы сирену. И то верно. Но не показалось же ей, да и тапиру в придачу? Недаром же первая мысль была: не строят лабиринтов в сейсмозоне...

– Я дала сигнал SOS, - сказала она, выбираясь из скафандра.
– Вместо красных ракет - красный луч...

Золотистый балахончик остался наконец на полу, и девушка побежала к медотсеку, перескакивая через кибов, валяющихся как отдыхающие осьминоги. Да, все по-прежнему, два зеленых табло и одно - красное. Правда, и это еще не самое страшное, непоправимое начнется тогда, когда на пурпурное поле наползет черный треугольник: "непосредственная угроза для жизни". Тогда нужно будет бросать все и стартовать в ту же секунду, А пока...

– Вуковуд, мы продержимся еще один час? Если связь у них с вертолетом не нарушена, то они уже мчатся со всех ног обратно, а если Гриша не может с ними связаться, то он обязательно поднимет машину и долетит хотя бы до этих башен - в зоне прямой видимости мы уж как-нибудь контакт установим. В крайнем случае, спустится на секундочку. А?..

Вуковуд облокотился на край саркофага и некоторое время смотрел, как упругие кулачки массажеров ритмично растирают серую, покрытую какой-то жирной смазкой кожу. Как будто там и не человек, а тюлень.

– Один час, я думаю, у насесть,-сказал он и едва заметно улыбнулся лиловыми, как у Лероя, губами.

"Если он и сейчас меня ни о чем не спросит, - неожиданно для себя подумала Варвара, - я его поцелую!"

Вуковуд молчал. Зато Чары, подрыгивая ногами, окольцованными браслетами датчиков, все время торопливо чмокал и помыкивал, сбивая ингаляторную полумасочку.

Варвара прокашлялась и вдруг поняла, что ей хочется отступить и прижаться спиной к косяку. Ну, а раз хочется, то так она и поступила.

– Отсюда сигналить десинтором было бесполезно, - начала она зачем-то объяснять.
– Луч под слишком большим углом уходил вверх, из нижней долины его через толщу облаков и не заметили бы. Пришлось прошить лабиринт.

Вуковуд молчал.

– Насквозь.

Вуковуд молчал. Да что он, не понимает, что никаким десинтором такую толщу не проткнешь!

– Когда я там металась от одного коридора к другому, мне показалось, что эти круглые дырки, "иллюминаторы", все ориентированы...

Красный прямоугольник дрогнул и погас. Но не успело сердце уйти в пятки, как вместо красного зажегся теплый желтый свет. С чего бы это? Или Вуковуд тут без нее чего-то наколдовал? Она обернулась и вопросительно поглядела на него.

– Умница вы усатенькая, - проговорил он с бесконечной нежностью.
– И все-то вы делаете правильно, даже когда ничего не делаете. Я терпеть не могу вопросов. Что надо, человек сам скажет. Это я старый прапрадедовский способ применил: живую кровь. Люди не верят в гравифобию, а компьютеры - в живую кровь: в них ведь заложено, что консервированная совершенно индентична свежей. Только это улучшение ненадолго...

– А моя...
– начала было Варвара, но тут из раскрытой двери послышался крик Вафеля.

– Связь! Связь с вертолетом!
– Можно подумать, что и он ее ждал, как человек.

А из рубки нарастало сливающееся в одно слово: "Отвечайтеотвечайтеотвечайте..."

– Сусанин!
– крикнула Варвара еще с порога.
– Евгений, у вас все живы?

– Естественно, - донеслось в ответ.
– Что там с тобой?

– Со мной все хорошо... С Рамболтом плохо. Гравифобия. Надо срочно взлетать.

– Ага!..
– двухсекундная пауза показала, что он усваивает информацию как произнесенную вслух, так и подразумевающуюся.
– Состояние красное или с черным?

Ничего себе медикокосмический жаргон!

– Желтое, но это ненадолго.

– Тогда успеем, мы уже на траверзе восточной башни. Остальные-то ходячие?

Варвара невольно оглянулась на Вуковуда - у того распахнутые во всю космическую черноту глазища полыхнули волчьим заревом - улыбнулся, называется. Значит, двое нас, ведьмаков.

– Вы уж извините его, Джон, он у нас изысканностью манер не отличается.
– Это настолько отчетливо, что на Другом конце должно было прозвучать на весь вертолет.

– Разговорчики на вахте!
– рявкнул Сусанин, и Варвара почувствовала; что у них не все благополучно.
– Твоего скоча подобрать, который тут на всю окрестность иллюминацию устроил?

– Нет там никакого скоча, десинтор с нашей стороны. Сейчас разрядится, так что не теряй времени. И садись поближе к "Дункану".

– Я смотрю, ты там отоспалась и раскомандовалась...

– Вот именно. Ну, я пошла вас встречать.

Стоя плечом к плечу на пороге шлюзовой камеры - мало ли что, вдруг придется коридор защиты наводить, - Варвара с Вуковудом глядели, как на фоне кучерявого облачка все яснее проступает жужеличное брюшко вертолета, подсвеченное изнутри. Девушка перегнулась, заглядывая под опоры: тапиров не было, так и канули во тьму. Тем лучше, меньше расспросов. Замигали малиновые посадочные огни.