Лабиринт тьмы
Шрифт:
Марк заглянул в глаза филину.
— Друг, — прошептала его душа, — но он боится за вас.
— Глэн, ты с нами? — улыбнувшись филину, спросил Марк.
— Куда же я от вас. Лечу, — проскрипел филин.
Искатели углубились в парк. Следов было великое множество: звериных, человеческих, всё перепутано и переплетено.
— По следам мы их не найдём, — вскоре заключил Азер.
— Будем искать другим путём, но мне нужна абсолютная тишина, — задумчиво сказала Медина.
Встав в центре поляны, она закрыла глаза, погружаясь в ауру леса.
— Вот пробежал ёжик, там слышно дыхание белки, прыгнул заяц, шмыгнула мышь, завозился бобёр… Здесь их нет! Идём дальше.
Так они продвигались всё дальше и дальше, исследуя по квадратам парк. Они так увлеклись поисками, что не заметили, что парк становится гуще, деревья выше, чаще стали попадаться буреломы.
В очередной раз, выйдя на поляну, Медина замерла.
— Тихо, не шевелитесь, я чувствую ауру детей, но очень-очень слабую. Такое чувство, что или они спят, или в бессознательном состоянии.
Медина начала очень медленно поворачиваться.
— Азер, Алексей, Марк, изучите следы возле коряги у поваленного дуба.
— Здесь только следы медведя, — внимательно оглядывая место около коряги, ответил Алексей.
— Странно! Попробуйте приподнять дуб, передвинуть корягу.
Все начали осматривать завал.
— Есть! — воскликнул Азер, — разбрасывая завал из веток за дубом, к нему присоединились Марк и Алексей.
— Такое чувство, что их специально здесь набросали, — задумчиво произнёс Алексей.
Под кустами боярышника оказался вход в нору.
— Ух, ух, — предупреждающе заухал филин.
— Самые худые у нас Алексей и Яромира, — сказала Медина.
— Полезу я, — сказал Алексей и начал протискиваться в дыру. Непроглядная темень поглотила его. Выставив одну руку, пытался ползти. Остановка, ощупывание стены слева, справа.
— Пока везёт, нет разветвлений, — думал он, — дышать становится труднее. В следующую остановку рука слева схватила пустоту, справа упиралась в землю. Подняв руки, не ощутив землю Алексей понял, что находиться в норе. замер, впереди кто-то тяжело дышал. На одних локтях он стал продвигаться вперёд. Вскоре его руки нащупали двоих лисят и волчонка. Перевернувшись, положив их за пазуху, Алексей стал двигаться обратно на спине.
— Благо, нора земляная и нет камней, — подумал он. Стало легче дышать.
— Вот и выход, — прошептал Алексей, высовывая голову и замер, уже стемнело.
— Нашёл? — услышал он шёпот Медины.
— Да! Но дети, — запнулся Алексей, — зверята еле дышат.
— Давай по одному, — сказал Марк.
— Принимайте.
Алексей подал сначала лисят, а потом волчонка. Медина, не раздумывая, начала нащупывать свой эликсир жизни.
— Мне нужно хотя бы немного света, — попросила она.
— Ух, ух, — заухал, подлетая филин, — я хорошо вижу в темноте.
— Мне нужно капнуть всего одну каплю, желательно в воду, — сказала Медина.
— Понятно! — проскрипел филин.
Глэн отлетел в сторону и начал громко ухать. Вскоре прилетело множество светлячков, развеяв темноту около искателей. Через время искателей окружили звери. Вперёд выполз крокодил, открывая свою огромную пасть. Яромира в страхе зажмурилась. Марк вышел вперёд, глядя крокодилу в глаза. Наклонившись, он засунул руки крокодилу в открытую пасть, вынул их, держа в ладонях воду, развернувшись, подошёл к Медине. Филин сидел на плече у Азера и смотрел на Медину. Та, открыв бутылочку, капнула одну каплю. Марк поднёс ладони к мордочке рыжего лисёнка, которого держала Яромира.
— Не пьёт, — чуть не плача, промолвила она.
— Держи его, я попытаюсь расцепить ему зубы, — сказал Алексей.
Лисёнку, по капле вливали воду в рот. Наконец, он глотнул воду сам.
— Пьёт, пьёт! — радостно воскликнула Яромира.
Расталкивая людей, к Яромире приблизилась рыжая лиса. Лисёнок раскрыл глаза, мать протянула лапы и нежно взяла детёныша. Лисёнок обвил руками шею матери.
— Совсем как человеческое дитя, — подумал Марк.
Второй порцией воды оживляли чёрно-бурого лисёнка. Медину и Марка окружила целая семья чёрно-бурых лис. Они стояли, боясь дышать, пока Марк с Алексеем пытались напоить малышку. Наконец-то, у них получилось. Марк с облегчением вздохнул и побежал за последней порцией воды.
К Алексею, тем временем, подошёл чёрно-бурый лис и начал что-то тявкать.
— Он благодарят тебя и говорит, что вы можете на них рассчитывать, — проскрипел Глэн.
Медина, капнув каплю в воду, которую держал Марк, подняла голову, почувствовав чей-то взгляд: недалеко на дереве сидел ворон, глядя на Медину, прокаркал три раза ворон.
Азер, держа в руках волчонка, поглаживал его и ласково тормошил. Постепенно и около Азера собралась стая волков, с горящими глазами, посматривая на него. Вперёд вышел огромный серый волк, пристально наблюдая за действиями татарина.
Подошли Медина с Марком, который держал воду в ладонях. Азер осторожно наклонил мордочку волчонка к воде.
— Юха, юха, пей…, - шептал он.
Подошедшая к ним чёрная волчица, наклонив голову, прислушивалась к шёпоту человека. Вскинув удивлённые глаза, она заскулила. Встав рядом, она протянула лапу к малышу, начав гладить его голову. Волчонок вздрогнув, высунул язык, лизнул воду и начал потихоньку её лакать. Вскоре он открыл глаза. Волчица, протянув лапы, взяла детёныша из рук Азера.
Чёрно-бурый лис, подойдя к Алексею, указав лапой на бурого медведя, начал тявкать.
— Лис говорит, что бурый медведь заманил детёнышей, — проскрипел филин. — Они хотели его разорвать, но тот пообещал провести вас к Замку с красными окнами. Впрочем, они хотят все пойти с вами, кроме матерей с детёнышами, для охраны. Нужно идти сейчас, ночью
В замке.
15. Сад
Искатели двинулись в путь. Медведь, идущий впереди, указывал дорогу, остальные оборотни взяли их в кольцо. Серо-чёрный туман клочьями повис при выходе из парка, замедляя продвижение.
— Нужно взяться вам за руки, — остановившись, прорычал медведь, — ни в коем случае, чтобы не случилось, не разжимать. Он протянул лапу. Марк, вышедший вперёд, протянул ему руку, предварительно глянув на кольцо, его цвет не изменился.
— Значит, не враг, — облегченно вздохнул он.
Искатели выстроились цепочкой, последним шёл Алексей.
Шорох, шуршанье, завыванье, лязг, писк, шелест звучали со всех сторон из тумана.
Шагов, рядом идущих оборотней, как и их самих, не было ни слышно, ни видно. Они петляли, поворачивая, то влево, то вправо, иногда шли быстро, но чаще всего медленно. Неожиданно они остановились.