Чтение онлайн

– Любите солнечный свет?

– Люблю смотреть на то, как ткани меняют свой цвет, под действием солнечных лучей, – задумчиво сказала девушка. – Знаете, в эти моменты, ткани приобретают такие теплые оттенки… И главное, – уже шепотом добавила она, – они не просто впитывают, а и излучают тепло. Причем каждая ткань делает это по-своему. Греет и излучает.

«Аккура представляет собой творческую сторону Кристал. Немного загадочна, неоднозначна, и в тоже время весьма открыта и поверхностна одновременно. Она любит создавать видимость таинственности даже там, где нет тайны».

– Аккура, когда вы говорили о том, что вас не устраивает или печалит, вы что-то прикладывали к лицу…

– Доктор, возьмите мой портрет, я думаю, Фейеро достаточно хорошо нарисовал даже эту деталь моего образа!

– Не хотите отвечать на этот вопрос?

– Зачем тратить время на объяснение, если ответ лежит на поверхности, – философски заметила девушка, и придвинула нужный рисунок ближе к доктору. Взяв в руки портер проводника, Дональдс немного неуверенно начал разглядывать рисунок, в поиске ответа на свой вопрос.

На листе бумаги была изображена молодая женщина среднего роста, стоящая на высоких каблуках. Ее костюм представлял собой невероятное сочетание несочетаемого. Она была одета в легинсы, в черно-белую полоску, пышную разноцветную юбку и фрак, с длинными, как хвосты, фалдами. На голове у нее была небольшая шляпка, крепящаяся невидимками к волосам, в виде цилиндра. Светлые волосы собраны в аккуратную шишку, а лицо накрашено так, словно она носит маску комедии, в левой руке она держала театральную маску олицетворяющую трагедию.

– Истинное лицо театра…

– Еще с самого начала я сказала вам о том, что моя жизнь полностью состоит из тех ролей, которые я выбираю сама для себя, – зевнув, девушка потянулась. – Залог моего успеха в переменчивости, в то время как вам сулит успех только ваше постоянство.

– Что вы имеете ввиду?

– Кажется, люди называют это уникальностью и естественностью… – насмешливо ухмыльнувшись, сказала она. – Это так естественно – принять свою роль и не отвергать ее. Но есть и те, кто-либо приписывают себе больше, либо наоборот – себя же и обкрадывают.

– Как можно обокрасть себя?

– Запереть в клетке все свои желания, и сделать вид, что вы боретесь с тем, что предложила вам судьба, – положив ногу на ногу, девушка снова сцепила руки в замке, и положила их на колени. – Судьба мудра, она никогда не предложит той роли, в которой человек не сможет существовать. Но люди мелочны, глупы и слепы… Это забавно… Очень забавно, наблюдать за тем, как человек, не верящий в то, что можно стать обладателем миллионного состояния абсолютно честно, всю свою жизнь гонится за этим миллионом, прибегая к массе уловок и трюков, забывая даже о слове честность!

– Аккура, не вам судить людей, тем более что вы и сами являетесь частью человека, от существования которого полностью зависите.

– Настолько сильно отрицать очевидное… – хмыкнув, девушка покачала головой, наклонившись вперед. – Я – роль! Маска, ширма, защита… называйте как угодно, но, дорогой доктор, не нужно думать, что я завишу от Кристал, скорее Кристал зависит от меня! – ее голос звучал настолько уверенно и твердо, что тяжело было даже усомниться в верности сказанных ею слов.

– Отчего вы так уверенны в этом?

– Если бы это было не так, создала бы она целый уголок для моей скромной персоны, в своем уютном мире? – насмешка. Дональдс уже давно заметил, что каждый проводник активно насмехался над ним, над тем, как и что он говорит, словно они знали чуть больше, чем он мог позволить себе предположить. – Когда человек ищет защиты, он придумывает себе тех, кто его защитит. Когда ищет понимания – тех, кто его поймет…

– А Кристал, по-вашему, ищет уникальный способ ухода от внешнего мира?

– Давайте не будем столь примитивно убоги в рассуждениях об уникальности, тем более я уже сказала вам, в чем основная ее соль, – она снова устало зевнула, и, прислонившись спиной к спинке кушетки, начала что-то нашептывать себе под нос.

– Что вы имеете ввиду?

– Вы повторяетесь! – ее усмешка уже не была такой жесткой, какой она была всего несколько мгновений назад. – Но, раз уж вы признали, что не поняли моей мысли с самого начала… Доктор, скажите, какой цвет у воды? – голос девушки зазвучал мягче, и в нем появились нотки игривости.

– К чему это?

– Вам так сложно ответить на такой простой вопрос? – слегка надув губки, сказала она, и вновь приложила левую руку к подбородку.

– Прозрачная… – обреченно, и между тем немного непонимающе смысла вопроса, сказал доктор.

– А какого цвета вода в реке, озере, океане? – она продолжала говорить все тем же мягким, но между тем уже немного ехидным голосом.

– Голубая или синяя… – слегка пожав плечами, сказал мужчина. – Я не понимаю сути вашего вопроса.

– Не нужно так спешить понять его, доктор! – шепча, сказала девушка, и придвинулась ближе к краю. – А если набрать эту воду в руку, какой она будет?

– Прозрачной, или мутной…. Зависит от места, где ее набирать.

– А если смотреть на те же реки, озера, океан в тот момент, когда не светит солнце, и небо затянуто тучами. Какого цвета будет вода?

– Зависит от глубины, какое дно, и степени прозрачности…

– И все же? – перебила его девушка.

– Как правило, коричневая, или серо-коричневая. Есть и редкие исключения, когда вода остается так же голубой или синей, но здесь уже нужно делать поправку на…

– Доктор, милый доктор… Не нужно делать никаких поправок, и уходить в дебри! – с насмешливой улыбкой в голосе, сказала девушка. – Я же задала вам вполне простой вопрос! Ответьте на последний, и я закончу мучить ваше сознание, и расскажу, почему именно это, так было мне интересно…