Лабиринты сознания, или Девять кругов моего персонального Ада
Шрифт:
– С чем это было связано?
– Дело в том, что я создала этот зал в тот момент, когда искала защиты от бесконечного одиночества и равнодушия родных… – тихий всхлип, тяжелый вздох. Она боролась с собой, чтобы не зареветь в голос.
– Не нужно душить их… – он старался говорить как можно мягче и добрее. – Ты должна хотя бы иногда позволять себе эту маленькую слабость…
– Я знаю… Просто тяжело отпустить все это, особенно когда ты подавляешь в себе любую эмоцию на протяжении долгого времени… – ее речь прерывалась редкими всхлипами, но между тем в ее словах слышалось облегчение, словно она уже очень давно ждала, когда кто-нибудь позволит ей больше не скрывать того, что тяготило ее. – Это место… этот зал всегда был моим спасением, когда мне становилось особенно тяжело, я запиралась в своей комнате, залазила под одеяло, закрывала глаза, и представляла, как оказываюсь здесь.
– А где именно ты сейчас?
– Озеро… – она слегка улыбнулась и снова тяжело вздохнула. – Знаете, оно огромно, цвета лазури, всегда ярко переливается на солнце. Вдоль берега всегда плавают лебеди или утки, и оно окружено скалами и лесом, а если смотришь на него с вершины, кажется что скалы и лес растут прямо из воды… Я когда-то видела подобное озеро, только давно, в детстве. – немного помолчав, она продолжила.
– Здесь очень теплая и прозрачная вода. Если отплыть от берега и посмотреть вниз, то можно увидеть не только неровное дно, но и множество кораллов, рыбок разных размеров и цветов и много еще чего.
– Например что?
– Когда я читала про пиратов и сокровища, то на дне озера появился корабль со скелетами пиратов, затонувших вместе со своим кораблем, и несметное количество сундуков открытых и закрытых, с самыми разными сокровищами…
– А что же сейчас ты можешь увидеть на дне озера?
– Мертвые тела… огромное количество мертвых тел… – безразлично ответила девушка. – И я узнаю каждого…
– Это будут твои друзья?
– Нет! – она отрицательно замотала головой. – Мои мечты… У каждой моей мечты есть человеческое лицо, и все они затоплены здесь, прежде чем он придет за ними, чтобы унести их… – Кристал замолчала, и грустно ухмыльнулась.
– Кто придет?
– Ненавижу, когда они так делают! – тихо прошептала она, и застыла, опустив голову.
– А Фейеро был здесь всегда?
– Нет… – чуть сморщив лоб, она пыталась вспомнить когда он появился в этом мире. – Судя по всему, он появился очень давно, я помню только, что появился он как-то неожиданно, сразу. Мы быстро подружились, и через какое-то время вслед за ним пришли остальные. Я даже не помню как они появились, все произошло как-то неожиданно… – вздохнув, она повернулась на бок и свернувшись в клубок, снова замолчала.
– Кристал, ты чем-то расстроена? – он старался быть как можно более деликатным с ней, не желая расстраивать ее еще больше.
– Не люблю, когда он вот так уходит… – девушка произнесла эти слова так, словно размышляла вслух. – Я же знаю, что он обиделся, но Фейеро до последнего не признается в этом, потому что это слишком для него… Даже больше, чем просто слишком…
– Быть может, он увидел во мне что-то, что натолкнуло его на вывод о моей работе… – сказал врач, подражая интонациям девушки.
– Он не видел вас! – твердо сказала она, и снова вздохнула. – Даже несмотря на то, что вы прошли через врата вслед за мной, вы были невидимы для него…
– Но как же он тогда отвечал мне? – немного удивился врач, вспоминая движения девушки, в моменты его разговора с Фейеро.
– Невидимы, не означает что он вас не слышал, – она ухмыльнулась. – В моем мире вы всего лишь голос, который звучит отовсюду и ниоткуда одновременно. И поэтому проводник не знает, как реагировать на ваше присутствие, то ли начать защищать это место, то ли поговорить, и выяснить причину вашего прихода сюда…
– Мне показалось, что Фейеро не был мне рад…
– Конечно, не был, он пытался оставаться дружелюбным, но дело в том, что за последние пять лет, вы уже не первый голос, посещавший мой мир, – она говорила эти слова с едва уловимой печалью, но все же что-то кольнуло в его сердце, когда он услышал сколько уже ее считают достойной прибывания только в отделениях психиатрических лечебниц. – Не нужно меня жалеть, я же себя не жалею, – она словно улавливала его настроение, не видя и не слыша мужчины.
– Почему ты думаешь, что я жалею тебя? – он был немного озадачен этой чувствительностью.
– А разве вы не считаете это чудовищным? Запирать свою собственную дочь от всего мира в психиатрических больницах, пряча ее от всех, чтобы никто даже не мог подумать о том, что у почтенной семьи есть паршивая овца, психически больная дочь… – девушка снова перевернулась на спину, и вытянулась на всю длинну кушетки. Мужчина старался молчать, позволяя ей высказать все, что она думает о сложившейся ситуации. Но стоило ей перестать двигаться, застыв в одном положении, как врач заметил, что она вновь вращала кистью левой руки, упиравшейся в спинку кушетки.
– Кристал, а Фейеро сейчас слышит нас? – этот вопрос застал девушку врасплох, так как стоило только произнести имя ее проводника, как левая рука безвольно упала на тело девушки.
– Вряд ли… – спокойно ответила она. – А что такое?
– Ничего, просто я думал, что ему будет интересно поговорить еще немного… – пытаясь найти хоть какое-то объяснение данному вопросу, мужчина зацепился только за одно. – Вы говорили про озеро, и он ушел, так и не рассказав о нем.
– Действительно… – протянула она и, вздохнув еще раз, повернула голову вправо. – Сейчас мы рядом с ним, это озеро… Никогда в жизни не подумала бы, что я буду любить воду настолько сильно, что даже создам целое озеро в этом мире…
– У тебя есть какие-то неприятные воспоминания, связанные с водой? – он пытался вспомнить хоть какое-то упоминание о воде в записях, сделанных его коллегами, но, вспоминая прежние записи, понял только одно – никто из его предшественников не смог дойти до этого откровения.
– Небольшое, из детства… – тихо прошептала она. – Мама очень часто ругает себя за то, что тогда произошло…
– А что тогда произошло?
– Уже не имеет значения, – резко ответила она и снова вздохнула. – Главное, что сейчас это не имеет никакого значения… Теперь я люблю воду, особенно смотреть на то, как она блестит на солнце! – чуть зажмурившись, она прикрыла глаза рукой и довольно улыбнулась. – Жаль, что придется возвращаться отсюда… Ведь нужно же жить в реальном мире, а не в придуманном… Пусть он и продуман до мелочей…