Чтение онлайн

— Она с Терры! Невероятно дорого стоит! — сообщила Лайза, округляя глаза.

— Шампанское?

— Нет, я не про то! Ева!

«Какая еще Ева?»

Но тут музыка смолкла и на сцену из-за черного, бархатного занавеса вышла девушка в черном коротком платье, высоко открывавшем ее бесконечно длинные и безупречные ноги, в кокетливой маленькой шляпке сдвинутой к затылку. Ярко-рыжие волосы стянуты на затылке, но некоторые непокорные длинные пряди свисают до плеч. Непривычного вида длинные перчатки доходили до локтей девушки. Возле ее ярко накрашенных губ парил в воздухе шарик микрофона.

Музыка взвилась к потолку, мелодия встряхнула всех и девушка запела.

Ветер надежды несет нас вперед.

Он раздувает огонь в парусах

Мы улетаем, нас время зовет.

Стрелки сцепились на старых часах!

Мы улетаем за грани небес.

Врезанных в рамки уютных мирков.

В зыбком тумане звездных завес

Слышится поступь грядущих веков!

Сильный голос певицы летел над залом, подхватывал и нес через звездные туманности, дальше к неведомым мирам! Курсантам, будущим пилотам империи, эта песня вливалась в души крепким, пьянящим бальзамом. Ее слушали с распахнутыми глазами, забыв про выпивку и закуски. А потом на зал обрушился настоящий шквал. Лаки тоже хлопал в ладоши как все, внезапно осознав, что уже не сидит в кресле, а стоит рядом со сценой.

Певица с улыбкой раскланивалась. К ее ногам бросили букет цветов.

— Дредноут! — крикнул кто-то.

Его поддержали.

— Дредноут! Дредноут! — скандировал зал.

«Чего они хотят? Довольно же орать!»

Певица с улыбкой махнула рукой и настала тишина.

А потом пришла мелодия.

Мой крылатый дредноут уходит в глухую ночь.

Лишь сияние Эльма нещадно рвет темноту.

Все штатские крысы давно убежали прочь.

Остальные рядом и бесстрашно стоят как на посту…

Она пела песню за песней, даже что-то с танцевальными ритмами. С простенькими, незатейливыми словами, но пробуждающее желание, как минимум притоптывать в такт ногой.

В ночь, когда никто не в силах мне помочь,

Как слезы падают звезды и дрожат фонари.

Я жду тебя, уже почти два дня.

Так приходи, скорее, милый, приходи…

Харви Габи пошли танцевать. Обиженная Лайза тоже исчезла под руку с каким-то бойким курсантом.

Держа в руке бокал с недопитым и нагревшимся шампанским, Лаки блаженствовал.

Никогда еще музыка и голос певицы так не захватывали его. Хотелось слушать эту девушку бесконечно! А поскольку он сидел рядом со сценой, то казалось что она поет только для него одного.

Всему хорошему когда-то приходит конец. Когда подхватив букеты цветов, певица раскланялась и убежала за занавес, Лаки обнаружил что зал почти пуст. Несколько танцующих уже без музыки пар и сомлевшие от выпитого курсанты, поникшие в креслах. Его соседи по столику тоже куда-то исчезли. Хмель из головы выветрился. Активировав браслет, Лаки убедился, что прошло два часа. Пролетели как один миг. Он поймал пробегающего мимо официанта.

— Ева поет здесь каждый вечер?

— Что вы, господин! Только из-за праздника она здесь. Обычно она поет в ресторане «Саронна» в «игле».

Иглой в Картер-Сити называли дом, напоминавший шип от розы, широкий в основании и узкий как игла на вершине. Вот только шип этот поднимался в атмосферу почти на километр, сияя чешуей бесчисленных окон и стал визитной карточкой Мирхата. Там находились отели, рестораны, торговые центры, офисы и многое-многое другое. Целый город в одном здании. «Игла» была супер-популярным местом, заметным даже из космоса.

Когда Лаки прилетел на Мирхат, он попытался поселиться в «игле», но свободных мест в ее отелях не оказалось. Из слов официанта Лаки сделал вывод, что певица Ева — девушка со средствами или со связями. Он долил в бокал шампанского, но теперь вино ему не понравилось. Без газа и согревшееся, пахло как брага.

— Не стоит это пить. — Прозвучал женский голос.

Девушка с распущенными по плечам русыми волосами в узком темно-синем платье возникла как из воздуха. Лаки поспешил подняться. Не зря на Эброне он десять дней изучал манеры поведения аристократии Мирхата.

— Дон Льюис, к вашим услугам, леди.

Девушка протянула ему руку царственным жестом и не осталось ничего другого, как приложить к губам ее пальчики пахнущие чем-то головокружительно приятным.

— Ваши друзья вас покинули?

— Я и не заметил. — Улыбнулся Лаки. Он узнал голос, узнал лицо. Цвет волос, платье-разве это имеет значение. — Я смотрел только на вас.

Певица улыбнулась немножко виновато.

— Извините, Дон, я хотела подшутить над вами. Вы так пристально смотрели на меня когда я пела.

— Мне казалось что вы пели только для меня.

— Последние полчаса это точно. Шлягеры принимаются с восторгом, а вот лирика не всем по душе.

Официанты быстро освободили стол и сервировали по-новому. Ева села спиной к залу, а Лаки напротив.

— Шампанского?

— Я не пью алкоголь. Он дурно влияет на мое горло и связки. Может быть по чашке кофе?

Они разговаривали легко и просто словно были знакомы много лет и даже успели соскучится друг по другу…

Глава вторая

Где-то неподалеку, за дверью негромко разговаривали. Женщина и ребенок. Разобрать слова он не мог, и они сливались в шумовой фон. Открыл глаза и вздрогнул. Рядом в двух шагах, край мира, а за ним, далеко внизу город под шапкой снегов и дальше голубой простор зимнего пейзажа, ярко освещенного солнцем. Заснеженный Мирхат лежал перед ним как на ладони. За толстым псевдостеклом, конечно.

Лаки сел, на постели дивясь гладкости и мягкости простыней цвета молочного шоколада.