Чтение онлайн

Услышав имя одного из подручных Аль Капоне, Джонни Торрио был неприятно удивлен:

— Чарли, зачем тебе нужен этот подонок? Все, кто был с Капоне, — чокнутые головорезы. Они умеют стрелять, но совершенно не умеют думать.

— Оставь, Джонни. Твое предубеждение против этого парня вполне понятно, но абсолютно необоснованно. То, что он предлагает, — золотое дно. С головой у него все в порядке.

Джино ввел в совещательную комнату невысокого, худощавого, но весьма широкоплечего мужчину лет тридцати пяти. По традиционной гангстерской моде его волосы были обильно смазаны бриолином и зачесаны назад. Смуглая кожа выдавала уроженца юга Италии — Бэтилло был родом из Кампаньи. В одежде он придерживался подчеркнуто правильного стиля: дорогой костюм темного цвета, белоснежная шелковая рубашка, кричаще яркий галстук. В эпоху расцвета империи Капоне Бэтилло входил в личную охрану Большого Аля. Однако ни один из новых боссов, включая официального преемника Капоне Фрэнка Нитти, не захотел предложить ему работу. Незадолго до отмены «сухого закона» Бэтилло приехал в Нью-Йорк. Здесь его башку посетила многообещающая идея, и он, без долгих раздумий, отправился прямо в отель «Ритц» к Лаки Лючано. Увидев за круглым столом всю верхушку бандитской Америки, Бэтилло невольно подобрался. Встретившись глазами с Джонни Торрио, шумно сглотнул.

— Проходи, Дэйв, — пригласил Лаки, — сесть тебе не предлагаю, сам понимаешь [32] .

— Да, мистер Лючано, — голос вдруг зазвучал слишком хрипло, и Бэтилло прочистил горло.

— Мы слушаем тебя.

— Несколько дней назад я обратил внимание, что секс-бизнес в Нью-Йорке несиндицирован, — начал Бэтилло. Джонни Торрио свирепо рыкнул со своего места:

— Ты что же, хочешь предложить нам стать сутенерами? Организация не участвует в этом бизнесе, потому что каждый из нас — настоящий мужчина, уважающий себя. Торговля шлюхами — дело для подонков, straccie.

— Джонни! — одернул его Лаки Лючано.

Бэтилло осмелился возразить:

— Мистер Торрио, сейчас не то время, чтобы не замечать доллары, валяющиеся под ногами. Никто не может позволить себе такую роскошь. Если взять под контроль секс-бизнес в Нью-Йорке по системе, которую я предлагаю, то в первый же год чистая прибыль составит семь-восемь миллионов долларов. С каждым годом эта прибыль будет соответственно возрастать.

— Я знаю, что ты хочешь предложить, — перебил Торрио, — драть с каждого борделя налог за защиту. Но я не вижу, как таким способом можно заработать семь миллионов.

— Мистер Торрио, Большой Аль получал от такого рэкета десять миллионов каждый год. И ни центом меньше.

— Ну, и где он теперь, этот жирный подлец Капоне? Я уже не говорю о том, что у него размякли мозги от сифилиса!

— Джон-ни, — Лаки Лючано постучал ладонью по столу, — это к делу не относится.

Отвернувшись от Торрио, Бэтилло обращался теперь только к нему:

— Систему Большого Аля можно значительно улучшить. Во-первых, все публичные дома и телефонные конторы по вызову нужно перевести на круглосуточный режим работы, как это было в Чикаго. Здесь заведения открываются вечером, девки пропускают за смену одного-двух клиентов, а за 24 часа каждая может принять минимум пятнадцать клиентов. Во-вторых, прямо в борделях я предлагаю создать кино- и фотостудии, Чтобы снимать девок во всех позах для порнографических киношек и печатных журналов. Эти вещи пользуются огромным спросом. Далее, чтобы выжать из шлюх как можно больше долларов, их надо сажать на иглу, на героин. Здесь три выигрышных момента: первое — шлюхи навсегда привязываются к заведениям, которые обеспечивают их белым порошком. Второе — почти все деньги, причитающиеся девкам за работу, идут в наш карман. Ну и третье — на ровном месте создается новый рынок сбыта для порошка, с безграничными возможностями расширения. С вашей помощью я открою много новых заведений, а это значит — обеспечу постоянный приток новых потребителей товара.

— Где же ты возьмешь столько шлюх, Дэйв? — поинтересовался Костелло. — Эта работа не самая приятная, и охотников на нее не так уж много.

— Не проблема, — бросил Бэтилло, — я организую сеть специальных фирм и через них смогу набрать достаточно провинциальных дур, которые купятся на сказки о престижной работе в Нью-Йорке. Ну, там, фотомоделью, манекенщицей, официанткой. А когда их приведут в бордель, они уже не выйдут оттуда. Есть и другие способы.

Бэтилло немного перевел дух и проникновенно сказал:

— Дайте мне сделать это! От этого пирога каждому достанется жирный кусок.

— Ну что, друзья, — резюмировал Лаки, — я думаю, если мы поддержим Дэйва, то уже через год сможем открыть в Гаване первые казино.

Даже Джонни Торрио, не скрывавший своей неприязни к Бэтилло, признал очевидную перспективность его идеи. Решение о поддержке нового проекта Высший Совет принял единогласно.

В крупных американских городах китайские рестораны считаются хорошим признаком богатой экзотики. Китайцы, во всем любящие порядок, неукоснительно соблюдают четкую планировку своих районов. Это касается и ресторанов — они обычно последовательно располагаются один за другим в какой-либо конкретной части Чайна-Тауна. Небольшой двухэтажный ресторан «Взлетающий дракон» ничем особенным не выделялся среди прочих подобных заведений. Единственным отличительным признаком был сработанный из жести хищный дракон с оскаленной пастью и длинным, гибким хвостом, укрепленный на стене заведения. Вечером по всему туловищу дракона зажигались бегающие огоньки — довольно стандартная реклама. Но в один из промозглых, холодных дней октября 1933 года этот ресторан стал местом большой сходки всех крупных дельцов секс-бизнеса в Нью-Йорке и тем самым приобрел историческое значение.

Около восьми часов вечера узенькую улочку перед рестораном буквально перегородили дорогие автомобили, среди которых находился известный каждой гангстерской шавке роскошный лимузин «Линкольн», принадлежащий Лаки Лючано. Патрульные полицейские, возмущенные столь наглым попранием правил парковки, попытались оштрафовать дерзких нарушителей. Водитель «Линкольна», не считая, бросил им через окно пачку долларов. Стражи порядка намек поняли, сели в патрульную машину и убрались. Хозяин ресторана повесил на дверях табличку «Закрыто». Два десятка известнейших «бордель-мам» сидели за длинным столом, который хозяин специально притащил из расположенного неподалеку мебельного магазина. Возглавлял это сборище Лаки Лючано, занявший подобающее место во главе стола. За спиной босса стоял Дэвид Бэтилло со своим будущим заместителем Джеймсом Фредерико.

Лаки сунул в рот гаванскую сигару. Бэтилло услужливо щелкнул зажигалкой. «Бордель-мамы» молчали и ждали.

— Я собрал вас, чтобы объявить очень важную новость, — начал Лючано. — Меня сильно беспокоит ситуация, сложившаяся в этой отрасли бизнеса. Скажу больше: мне не нравится, как вы поставили дело. Там, где можно получать миллионы, вы зарабатываете жалкие семьсот тысяч в год. Я считаю, что вам нужна помощь. С этого дня все веселые дома включаются в Организацию. Это не значит, что вы устраняетесь от ведения дел. Нет. Все принадлежащее вам сохраняется за вами и впредь. Будет только два принципиальных изменения. Первое касается режима работы ваших заведений. Его нужно усовершенствовать. И второе: я хочу представить вам мистера Дэвида Бэтилло, человека, ранее работавшего с Аль Капоне, который отныне будет от моего имени осуществлять общий контроль за вашей деятельностью…

Лаки плавно повел рукой в сторону Бэтилло. Тот пристально посмотрел на кричаще разодетых женщин. Главное, сразу внушить им страх. Лаки в данном случае правильно использовал имя Аль Капоне, который подбирал в свою банду самых кровожадных убийц со всей Америки.

— …И его советника мистера Фредерико, — рука Лаки переместилась в сторону Джеймса. Новые веяния явно пришлись не по вкусу содержательницам борделей. Это было видно по их глазам. Но ни одна не решилась высказать свое недовольство вслух.

— Благодаря нововведениям мистера Бэтилло бизнес будет приносить в десять раз больше прибыли, чем сейчас. Я полагаю, все справедливо. Никто не проиграет, каждый получит свою долю.

— Сколько процентов нам придется платить? — спросила Коки Фло Браун, известная манхэттенская «мадам».

— Пятьдесят, — мягко ответил Лаки. Фло открыла рот, желая возразить, но, встретившись глазами с Бэтилло, передумала. В разговор вступила чернокожая «мадам» Кин из Гарлема, содержавшая сеть недорогих публичных домов с черными проститутками.

— Мистер Лючано, приняв ваше предложение, я подвергну свою жизнь опасности.

— Какой именно опасности? — уточнил Лаки.

— Мои заведения находятся на территории Каспера Бампи Холлстайна. Я плачу ему за покровительство, и, вы понимаете, здесь могут возникнуть проблемы.

— Кто такой этот Бампи Холлстайн? Что он из себя представляет?

— Он держит свой «банк» в Гарлеме, имеет влияние на бизнес с лотереей «числа». В его шайке — все черные головорезы южных и западных кварталов.