Чтение онлайн

— Священника! Зовите священника! Мисс Гроув убили в запертой изнутри комнате!

Отец Дэвид, еще вполне молодой и подтянутый человек, не замедлил откликнуться на просьбу и вскоре прибыл к злополучной лавочке. Посмотрев на толпу сочувствующих и зевак, он перекрестился, вздохнул и медленно вошел в дом.

Спустя некоторое время священник вернулся, аккуратно закрыл дверь и громко сказал:

— Во имя всего святого, не заходите в этот дом! Сейчас я уйду ненадолго — мне нужно привести сюда человека, сведущего в медицине. И ради Бога, не трогайте двери и не пытайтесь войти! Там случилось что-то поистине ужасное.

Испуганная толпа быстро разбежалась. Остался лишь полоумный старик Ньюпорт, да еще двое мальчишек время от времени подбегали к дверям лавочки, о чем-то горячо споря. Интерес сменился страхом. Не успел еще отец Дэвид дойти до церкви святого сердца Иисуса, как по городу пополз слух о том, что добрейшую мисс Гроув ночью растерзал дьявол.

Когда же священник в сопровождении монаха Уиндема Шелли вернулся в лавочку, весь Ларгон был твердо убежден в том, что несчастная Виолетта вступила в сделку с сатаной — с чего бы еще у нее тогда были настолько умопомрачительные плюшки? — и тот в итоге покарал грешницу, расправившись с ней прямо в постели.

Конечно, ничего подобного не случилось, но двум духовникам, осматривавшим тело убитой, было над чем призадуматься. Мисс Гроув действительно лежала в своей кровати, но не растерзанная или претерпевшая насилие, а будто просто уснувшая навсегда. На лице ее застыла мягкая улыбка, а неплотно закрытые глаза свидетельствовали о том, что смерть не принесла ни страдания, ни страха. Скорее наоборот, такое выражение лица бывает у человека, испытывающего наслаждение и удовольствие. Но вовсе не это на самом деле поразило Шелли и отца Дэвида. Женщина была неестественно бледной и странно высохшей. Цвет ее лица не особо отличался от того белого, как у простыни, на которой лежала покойница.

Монах принялся очень внимательно осматривать голову и шею бедной Виолетты, словно он точно знал, что именно следует искать.

— Вот, — сказал он наконец. — Мои худшие опасения подтвердились.

Отец Дэвид посмотрел на то место, куда показывал Шелли. На шее мертвой мисс Гроув виднелись две красные отметины, края которых слегка припухли. А на кровати ровно под ними священник увидел несколько высохших бурых капель.

— Господь да поможет нам, — испуганно выдохнул отец Дэвид.

Глава III. Одинокая жена

Высокие и величественные башни замка Краун можно было увидеть издалека, и даже с большого расстояния их размеры поражали воображение. Вблизи же неприступная цитадель, сильно заросшая по нижнему ярусу мягким мхом, производила впечатление мрачное и тяжелое, словно нависая своими серыми каменными уступами над головой. Эти могучие стены служили пристанищем рода Лидделов уже без малого три сотни лет. Крепость бережно и надежно хранила секреты старинной семьи, воспоминания о счастливых событиях и постыдные тайны, скрывая жизнь герцогов за огромными дубовыми воротами, укрепленными кованой сталью.

Надо сказать, что насколько замок Краун был непригляден снаружи, настолько же он был роскошен и красив внутри. Великолепное убранство, удобная и добротно сделанная мебель, огромное количество свечей и зеркал — все это создавало удивительное ощущение уюта и спокойной защищенности. Для всех, кроме Дженни Лиддел, урожденной Уотерхолл. Если она когда и чувствовала себя хорошо в замке Краун, то, разве что только в самом начале своей семейной жизни.

Да, конечно, юный блистательный аристократ по имени Роберт поначалу действительно пылал любовью к Дженни. Дни, когда он, утопая в страсти, буквально носил девушку на руках, остались самыми счастливыми воспоминаниями в сердце, но, к сожалению, им не суждено было длиться долго.

Роберт остыл так же быстро, как и вспыхнул. Избалованный, капризный и легкомысленный, он быстро пресытился новой игрушкой, и, подобно малолетнему ребенку, забросил ее. Дженни осталась в стенах замка, одинокая и покинутая, лишь формально считавшаяся женой лорда.

Если бы не престарелая тетушка Анна, приходившаяся родственницей кому-то из господ, то жизнь юной Дженни превратилась бы в невыносимое бремя. Разумеется, общество старушки не могло в полной мере заменить девушке семью, но, по крайней мере, было с кем поговорить.

А вот с любовью дела обстояли совсем плохо. Роберт ночевал только в своей комнате, да и вообще потерял всякий интерес к Дженни. Да, они оставались супружеской четой, но это касалось только семейных обедов и приемов. Во всем остальном царил полный штиль. Ни объятий, ни даже легких поцелуев Дженни уже давно от Роберта не получала, и теперь уже даже и не надеялась.

Впрочем, такое положение дел встречалось в больших замках не так уж и редко.

Почти пустой обеденный зал гулким эхом отвечал на каждую реплику сидящих за столом трех человек. Младший сын герцога, сэр Эрик, обеспечив себе хорошее настроение парой кружек деревенского эля, шутил и смеялся. Загадочная смерть барона Ларгонского его не волновала совершенно. Жена сэра Уильяма, леди Джоанна, напротив, хмурилась и разговаривала мало. А Дженни было все равно. Она медленно и без удовольствия жевала мясо тушеного фазана, изредка запивая его белым вином, и, насколько могла, поддерживала беседу.

— Я полагаю, Роберт должен был отправиться в Блу Мэншен? — спросила леди Джоанна у сына.

— Должен, да, — усмехнулся сэр Эрик. — Но вместо этого ускакал охотиться. Похороны — это не его стезя, знаете ли. Он как-то все больше по свадьбам, да по пышным пирам. Поближе к корсетам и юбкам.

— Боже, как неловко, — вздохнула хозяйка замка. — Все же следовало тогда отправиться мне, или вам, сын мой.

— Я могу, — кивнул молодой человек. — Еще успею, кстати. Действительно, если на церемонии не будет никого из Лидделов, кроме отца, это плохо скажется на нашей репутации. Все-таки сэр Эдор был верным слугой, да и выпить не дурак.

— Все бы вам выпить, — укоризненно произнесла леди Джоанна. — Собирайтесь, Эрик.

— А вы не боитесь? — спросила Дженни у юного лорда.

— Разве есть повод? — с улыбкой парировал тот. — Мне не впервой видеть мертвецов, дорогая моя.

— Я не это имею в виду. Смерть барона была такой загадочной и такой пугающей.

— Кому как, — пожал плечами сэр Эрик. — В нашей старой доброй Англии загадок столько, что на каждого жителя их приходится, по меньшей мере, две. Что же до смерти, так ее я не боюсь, призраков и чудовищ тоже.

— А при чем тут призраки и чудовища? — спросила леди Джоанна.

— Не знаю откуда, но пошел слушок, что доблестного барона сразил выходец с того света, — беспечно улыбнувшись, ответил Лиддел-младший. — Во всяком случае, что-то там и впрямь нечисто. Так говорят.

— Господи, помилуй, — наспех перекрестилась герцогиня. — Поторопитесь, Эрик. Вам бы добраться засветло.

— А, — махнул рукой молодой человек. — Успею еще. Похороны ведь только завтра. Так что выпью, пожалуй, еще немного этого доброго эля, а потом поеду.