Чтение онлайн

– И с чего богатая секретная организация готова вложить в меня деньги? – получить ответ не успела, что-то острое впилось в висок так, словно вбили гвоздь. Я не поняла, как закричала, непроизвольно и неожиданно для самой себя. Сделав еще какой-то укол, только теперь в вену на внутренней части руки, Анна принялась снимать перчатки.

– На сегодня достаточно, мы сделали все необходимое, будем ждать результатов. Будем ждать вас завтра, – обратилась она к парню, отвлекая его тем самым от телефона и заставляя поднять на себя глаза. Пока они переглядывались, боль постепенно отходила, но почему-то начинали неметь пальцы и кружиться голова.

– Когда она будет готова идти? – устало спросил он, убирая телефон в нагрудный карман пиджака и переведя взгляд с собеседницы на меня. Предприняв попытку встать на ноги и жутко удивившись, когда она закончилась успехом, приподняла брови и пожала плечами. В виске противно раздавалась пульсирующая боль, но так тело пыталось показать инородный объект, предстояло привыкнуть.

– Уже готова. Что еще мне нужно сделать, что бы попасть домой? Марафон пробежать? У меня во рту с самого утра ни крошки не было. Мне продолжить жаловаться, или и так все понятно? – и откуда только взялась подобная раздражительность? Молча попрощавшись с Анной кивком, голубоглазый открыл дверь и сделал приглашающий жест, давая понять, что ответа я не дождусь и в этот раз. Выхожу в коридор и следую за ним, пытаясь отогреть кончики пальцев. Не знаю из-за чего конкретно, но они стали такими холодными по сравнению с остальным телом, словно находились на улице в течении пары часов.

– Рано начали жаловаться, вам еще не рассказали, что сделали с одной из комнат, и какой теперь будет ваша жизнь, – вызвав лифт и прислонившись к стене рядом с дверцами, он рассматривал меня с нескрываемым любопытством, но в голосе не слышалось радости или других положительных эмоций, скорее наоборот печаль. С трудом удержав рот от открытия, сглотнула кучу вопросов вместе с комом в горле. Двери лифта распахнулись и мы вошли внутрь. Помимо нас вниз ехало несколько людей, так что пока стоит повременить с гневными беседами. Спустившись на подземную парковку, если верить индикаторам лифта, двери снова открылись, и в лицо ударил холодный воздух. Здесь оказалось прохладнее, чем вчера днем на улице. Поежившись и обхватив себя за предплечья, поспешила уйти с дороги других сотрудников здания и изменила траекторию движения, следуя за снова принявшим бежать вперед голубоглазым. Наконец он остановился возле черного джипа, где нас ждали.

Грозного вида мужчина, с массивными плечами, морщинистым лицом, седеющими и редкими волосами, стоял возле водительского места, он потушил сигарету об асфальт, заметив нас. Внешность отталкивала от себя взгляды, и смотреть на него не было никакого желания. Поприветствовав голубоглазого, забрался в машину и пристегнул ремень безопасности. Открыв заднюю дверцу, спутник проследил за тем, как забралась внутрь и захлопнул ее. Сам занял место рядом с водителем.

Только оказавшись в салоне и увидев свою сумочку, поняла, что все взаправду и я в паре шагов от свободы и прежней жизни. Расстегнув молнию и убедившись, что все, кроме телефона (кто бы сомневался), на месте, ничего не оставалось, как облегченно вздохнуть и откинуться на спинку сидения. Водитель пока не заводил мотор, что начинало казаться странным. За секунду до того, как вопрос сорвался с языка, открылась вторая задняя дверь и ко мне на сидение забрался тот самый парень, что принес одежду в камеру.

– Мистер Кайс велел…– начал было говорить юноша, но поднятая рука голубоглазого ладонью вперед заставила его замолчать. Краем глаза осматривая блондина рядом с собой, заметила черную полоску ткани, которую он перебирал пальцами.

– Я знаю, что велел сделать мистер Кайс, он каждые пять минут что-то бормочет в моем ухе, не хватало, что бы еще и ты повторял мне тоже самое. Просто делай, что велено, и поехали уже, – непонятно чего в голосе было больше, усталости или безысходности. Он казался таким замученным и отрешенным, по крайней мере, могла так подумать, если бы речь шла о ком-то, кого я знаю, а не о совершенно незнакомом человеке. В этот момент в голову пришла мысль, что он даже не представился.

– Прошу прощения, но у нас приказ, – пробормотал Максвелл, и натянув черный кусок ткани между своими руками, поднял его на уровень глаз. Приподняв брови и покачав головой, совершенно не хотелось ехать в машине с тремя незнакомыми мужчинами, да еще и с завязанными глазами.

– Просто здорово, – пробормотала и опустила веки, облегчая задачу. Блондин аккуратно наложил повязку и не крепко завязал ее. Мотор завелся и мы тронулись с места, покидая неизвестное офисное здание. В салоне стояла гробовая тишина, никто не переговаривался, даже радио не работало, лишь естественные звуки машины и улицы из приоткрытого окна разрушали атмосферу пустоты. Руки невольно сжимались в кулаки, дрожь не покидала моего тела, и от этого не становилось легче. Кончики пальцев так и не согрелись. Мысленно прокручивая в голове слова голубоглазого, известные мне данные из прошлого бабушки, многое постепенно вставало на свои места и мозаика складывалась, если б хотела верить, конечно. Так я могла объяснить потерю сознания и причину, по которой бабушка прятала крестик под газетой в ящике. Но вот остальное не укладывалось никак. Неужели она была вовсе не моей бабушкой, а каким-то Ланкастом? Да и что, собственно это значит? Ведь даже если бабушка на самом деле была Ланкастом, мне же она ничего плохого не делала, в чем тогда подвох? Кто они такие, эти Ланкасты, что из себя представляют? Для чего конкретно нужна я? Чего они бояться, что провели полное обследование?

– Ах да, нам нужно где-нибудь поесть. На твое усмотрение, Георгий, – вдруг вспомнил одну из жалоб голубоглазый (уж его голос я теперь ни с чем не спутаю), обратившись, к водителю. По звуку, изданному здоровяком, стало не по себе, того не радовала перспектива остановки по дороге, но здесь заправлял сидевший на пассажирском сидении мужчина. Буквально через минут десять машина свернула и еще через пару остановилась. – Вы его слышали, нас угощают, – усмехнулся неизвестный, и кто-то грубо сдернул повязку с моей головы, растрепав и без того спутанные волосы.

– Я никого не слышала, – буркнула себе под нос, пытаясь привести прическу в порядок и осматриваясь по сторонам. Машина стояла на парковке какого-то не очень большого торгового центра, а судя по дорожным знакам и указателям, мы были где-то в районе Балашихи. Мотор окончательно заглох, а водитель бросил на меня взгляд через плечо.

– Конечно, у вас ведь нет наушника, – проболтался блондин и прикусил язык, на него уставились ослепительные голубые глаза начальника. Один этот взгляд говорил лучше любого наставления или нотации. Поспешно выбравшись из машины, парень одернул пиджак и отряхнул рукава.

– Не пытайтесь сбежать или обмануть нас, мы знаем, где вы живете, а так как при себе атрибута у вас нет, придется за ним вернуться, даже если и сможете скрыться от нас, – он не смотрел на меня, но даже так ощущала ту угрозу, которую мужчина хотел передать. Только ему не удалось, потому что не поняла ни слова из произнесенной речи. Положительно кивнув для вида, и подхватив сумку сгибом руки, выбралась на улицу, поморщилась от света. На заднем сидении окна оказались тонированными, да и глаза весь путь были закрыты, а теперь они подверглись прямой атаке.

– Сюда, – проговорил Георгий и повел нас в сторону входа в Шоколадницу. Кто бы мог подумать, что такой человек вообще знает о существовании столь безобидного и простого кафе, как это. Оказавшись внутри, он сперва замешкался, когда официантка спросила какой зал мы бы хотели, недовольно посмотрев на начальника, стоявшего за моей спиной, указал пальцем куда-то в противоположную часть помещения.

Столик достался в самом углу, куда меня и запихнули. С правого края дивана расположился Максвелл, с левого – водитель, не назвавшийся развалился в кресле прямо напротив, словно иначе те двое непременно упустят меня. Меню изучать не стали, двое мужчин передали пожелания Георгию, озвучившему их официантке. Только когда девушка ушла, и я перестала думать о еде на время, дошло, что здесь не так и почему эти двое сами не сделали заказ.

– Вы не говорите по-русски, не так ли? – задала возникший вопрос, пока взгляд сновал между Максвеллом и голубоглазым, словно выбирая, кто из них будет более сговорчивым и ответит. Покосившись на начальника, блондин потупил взгляд, взял салфетку и принялся что-то из нее мастерить, борясь с желанием поговорить. В отличие от него, другой с не скрываемым раздражением рассматривал мою прическу и выражение лица. От него не укрылись круги под глазами и другие недостатки, которые предпочла бы скрыть. Болтать не входило в его планы, особенно учитывая статус, предписанный мне.