Чтение онлайн

– Ну надо же!

– На десерт пирог с персиками а-лямод и ассорти из птифуров.

– Так мы от них никогда не избавимся.

– Как себя чувствует детектив Пибоди? – спросил он, когда Ева начала подниматься по лестнице.

Она остановилась, напряглась.

– А что?

– Я не слеп, и я не бесчувственный чурбан, лейтенант. Она была явно в шоке, когда приехала сюда вчера вечером с детективом Макнабом.

– Она в порядке. Она уже успокоилась. Вы же знаете все, что в этом доме происходит, значит, знаете, что все мы выехали вчера вечером в двух отдельных машинах и вернулись поздно. Вам известно, что Пибоди и Макнаб ночевали здесь, вы знаете, что Уитни был здесь сегодня рано утром. Это дело секретное. Совершенно секретное.

Ева, конечно, стояла выше него на ступеньках, по Соммерсет ухитрился не только встретиться с ней взглядом, но и посмотреть на нее сверху вниз.

– У меня нет привычки обсуждать с кем бы то ни было ваши профессиональные или личные дела.

Ева приказала себе сбавить обороты. Она знала, что он не сплетник. Рорк не стал бы ему доверять… ну, практически все, будь он болтлив.

– Знаю. Но это крайне сложное и запутанное расследование.

– И в нем замешана детектив Пибоди.

– Можно и так сказать. Но больше я ничего сказать не могу.

– Но вы можете мне сказать: у нее неприятности? Она в беде? Я к ней очень привязан.

Это она тоже знала, и на этот раз ей даже не пришлось приказывать себе сбавить обороты.

– Нет, у нее нет неприятностей и она не в беде. Она – хороший коп. Вот потому-то она и замешана. – Черт, вот теперь она почувствовала себя обязанной. – Послушайте, мне жаль, что вчера не удалось посидеть с вашими друзьями. Он еле заметно приподнял брови.

– Пожалуй, сегодня и впрямь национальный праздник.

– Как скажешь.

Больше ей ничего в голову не пришло. Ева повернулась и возобновила путь вверх по лестнице.

– Иди, – велел Соммерсет коту. – Думаю, она обрадуется компании, хотя и сама этого не знает.

Галахад побежал наверх со всей быстротой, какую мог развить при своем весе.

В спальне он боднул ее ноги, пока она снимала жакет. Пришлось присесть и погладить его. Разноцветные глаза Галахада блаженно сощурились.

– Я ее закатаю, – сказала коту Ева. – Закатаю, как тухлую рыбу. Закручу ее в банку и придавлю сверху. Запру ее в камере. И ее, и каждого из ее лживых, подлых, вонючих, продажных головорезов. Господи,до чего же я зла.

Пришлось глубоко вздохнуть – раз, другой, третий, – чтобы унять удушающий гнев, который весь день грозил вырваться наружу.

– Эта подлая гнида, предательница ишлюха использует всех и каждого. Грязью мажет то, что клялась уважать, уродует все, что ей доверили, чтобы накачивать свой банковский счет и свое раздутое эго.

Ева еще раз перевела дух.

– Жутко зла, – призналась она, – а это не на пользу делу. Мне бы стать такой, как ты, мой кот. Неторопливой и хитрой.

Она в последний раз погладила кота, расстегнула кобуру, сняла всю одежду и, встав под душ, постаралась выкинуть из головы все мысли, просто опустошить ее. А достигнув внутреннего спокойствия, принялась проверять разные версии, рассчитывать и выстраивать ходы.

«Неторопливость и хитрость, – повторила Ева. – Вот что тебе пригодится, если хочешь разнести по кочкам целый полицейский отдел».

Одевшись, Ева опять застегнула плечевую кобуру с оружием. В собственном доме оружие не нужно, но кобура придаст ей официальный вид. «Тоже своего рода символ, – решила Ева. – И, может, это звучит глупо, но это компенсирует легкомыслие пирога с персиками а-ля мод».

Ева взвалила на плечо сумку с файлами и направилась в кабинет.

Дверь в кабинет Рорка была открыта. До Евы донесся его голос, она подошла к порогу.

Она понятия не имела, с кем он говорит и о чем, они говорили на отрывистом высокотехнологичном языке, которого она не понимала. «Все равно что слушать разговор на марсианском наречии», – решила Ева.

Но что бы это ни было, догадалась она, оно имело отношение к причудливым чертежам, схемам и диаграммам, мелькавшим на стенном экране, и, если она правильно разобралась в марсианском наречии, Рорк хотел внести в эти схемы какие-то изменения.

– Введи данные и закажи новый анализ. Чтоб результаты были у меня завтра после обеда.

– Я не знала, что ты дома, – сказала Ева, когда он закончил. – Что это за штука?

– Это будет стиральный блок нового поколения.

Ева нахмурилась.

– В смысле – одежду стирать?

– Не только стирать, но и многое другое. Многокамерный агрегат замкнутого цикла. – Рорк в своем превосходно сшитом костюме оперся о стол и оглядел чертежи на экране с весьма довольным видом. – Эта машинка умеет практически все. Разве что не раскладывает вещи по ящикам и не развешивает в шкафу. А если хочешь, чтобы она и это делала, можешь купить приложение в виде робота.

– Хорошо. Но я бы сказала, это как-то слишком обыденно для тебя.

– Ты бы не стала так рассуждать, если бы у тебя закончилось чистое белье. – Рорк подошел к ней и шутливо чмокнул в знак приветствия. – Людям необходимо обыденное, причем каждый день.

– Я раньше относила белье в стирку в китайскую прачечную мистера Пиня за углом, – припомнила Ева. – Мистер Пинь здорово умел выводить пятна крови.

– Необходимая услуга при твоей работе. Но сегодня я ни одного не вижу.

– Еще не вечер. Мне надо подготовиться к брифингу.

– Мне тоже нужно кое-что закончить, потом я к тебе присоединюсь. Введешь меня в курс дела.

– Хорошо. – Ева остановилась в дверях. – А знаешь, наверно, пару сотен лет назад люди стирали в быстром речном потоке, терли грязную рубаху о камень. И наверно, нашелся кто-то один, который подумал: черт, ну должен же быть способ получше, разрази меня гром! Если бы он его не нашел, мы бы до сих пор ходили на реку в день стирки. Так что в обыденном есть свое рациональное зерно.

Вернувшись к себе в кабинет, Ева подготовила две доски – одну по делу об убийстве, другую для расследования преступлений Рене Оберман. Она добавила данные по каждому из копов в отделе Рене, почерпнутые из официальной низкоуровневой проверки.

Она схватила отчет «чистильщиков» в ту самую минуту, как он поступил, изучила его вместе с анализом запрещенных веществ, взятых на месте преступления.

«Мелочи, – думала Ева. – Мелочи, можно сказать, обыденность».

Введя все данные в компьютер, она откинулась па спинку кресла с кружкой кофе и начала продумывать свой подход.

Когда вошел Рорк, доски сразу привлекли его внимание.

– А ты здорово продвинулась вперед.

– Я знаю, чем она занимается. У меня есть соображения по поводу того, что ею движет. Знаю кое-кого из других игроков, но пока не всех. Знаю, кто убил Кинера, почему, как и когда. Этого мало. Но еще не вечер. Я с ней сегодня провела раунд лицом к лицу, заставила слегка поднапрячься.