Ласка скорпиона
Шрифт:
– Вот, нажми ввод.
– Почему я?
– Ну, мы же подельники.
– Вот черт! – Ева нажала на кнопку и отчетливо услышала несколько пронзительных электрических разрядов.
– Отлично сработано. Ты прирожденная уголовница.
– Ну укуси меня.
– Мое любимое занятие. – Рорк опять начал вводить коды и команды, потом отключил устройство и закрепил крышку капота.
– Это все?
– Все. Я ввел дополнительное время блокировки камер на случай, если ты захочешь обыскать машину. Хочешь, я ее открою? Помогу тебе забраться внутрь?
Она хотела. Господи, как она хотела!
– У меня разрешения нет.
– Педантка. То же самое, что пуританка. – Рорк выждал, пока Ева боролась с собой.
– Нет. Если мне придется обыскивать ее машину, я предпочитаю новую. С ордером или приказом командира. Поехали.
– Было весело. – Рорк забрался на водительское сиденье и развернул машину. – Но все-таки неудовлетворительно.
– Что ты сделал с машиной?
– Идентифицировал, скопировал и нейтрализовал код центральной компьютерной системы несовместимой командой, испускаемой диагностическим клоном, подающим сигналы прямо в… – Рорк умолк и улыбнулся Еве. – Обожаю наблюдать, как у тебя взгляд стекленеет от всех этих терминов. Вот почти такой же взгляд у тебя бывает, когда кончаешь.
– Ой, я тебя умоляю! – Ева сделала строгое лицо и бросила на него грозный взгляд.
– Именно мне и только мне дано право заглядывать в эти глаза в такие моменты. Ладно, к делу. Я поджарил несколько чипов, которые вырубят стартер. Я отдал еще одну команду, и теперь, когда она сядет в машину и попытается ее завести, поворот ключа даст старт дальнейшей реакции и полностью спалит двигатель.
– Ладно, это хорошо. А это пройдет диагностику?
Рорк испустил долгий, преувеличенно тяжкийвздох.
– Сам не знаю, как только я терплю все эти циничные оскорбления? Впрочем, знаю. Ради этого остекленевшего взгляда. Диагностика покажет дефект стартера, который, в свою очередь, испортил двигатель.
– Бесподобно. Спасибо.
– Всегда пожалуйста. Ну что? Навестим любимого мошенника?
– Да, они нас ждут.
Лейтенант Рене Оберман, негодующе стуча каблуками, проследовала через «загон» в прескверном настроении.
– Лейтенант, – начала было детектив Стронг, но получила в ответ яростный взгляд, говоривший «заткнись, мать твою».
– Офицер Гайзер, позвоните в отдел снабжения и скажите им, что мне срочно нужны бумаги по моей машине. Срочно!
– Да, лейтенант.
– И я не хочу больше видеть тот хлам, что они выволокли этим утром из моего гаража. Ни-ког-да! А если взамен они дадут мне такое же дерьмо, они жизни не обрадуются!
– Да, лейтенант, – повторил он, хотя Рене уже скрылась за дверью своего кабинета.
Рене попятилась, увидев у себя в кабинете Еву в одном из кресел для посетителей.
– Лейтенант. Я смотрю, у вас тут в отделе наркотиков щадящий режим.
– Отстаньте от меня. – Рене обогнула стол, выдвинула нижний ящик и швырнула в него сумку. – Этим утром моя машина перевернулась брюхом кверху и подохла.
– Сочувствую, – сказала Ева без малейшего сочувствия в голосе. – Паршивые у нас тачки.
– А теперь приходится иметь дело с этими идиотами из отдела снабжения и автомобильного пула.
– Паршиво, – согласилась Ева. – Я вам прибавлю головной боли.
– Слушайте, Даллас, вы меня уже достали! Мне пришлось передать вам секретные данные, полученные с помощью моего осведомителя.
– Вашего мертвого осведомителя.
– Мертвого или живого, данные остаются секретными. Кое-какие из этих дел сейчас в суде, другим еще предстоит попасть в суд. Если информация будет скомпрометирована, под угрозой окажется и исход процессов.
Лицо Евы окаменело.
– Уж не хотите ли вы намекнуть, лейтенант, чтоя могла бы передать информацию подсудимому или его адвокату?
– Я ни на что не намекаю, лишь констатирую факт. Не знаю, как вы руководите своим отделом и кто может иметь доступ к вашим данным. Но вы не оставили мне выбора. Теперь у вас есть информация, и я считаю, что на этом вопрос закрыт.
– Ошибаетесь. Для начала причиной смерти Кинера стала передозировка «Трахобола», подслащенная почти неразбавленным «Зевсом». Вот я и удивляюсь: откуда уличный наркоман, толкавший в основном травку, сумел достать такую бомбу?
– Я же вам говорила, – снисходительно, как маленькому ребенку, объяснила Рене, – Кинер использовал все, что попадало в руки.
– Да, вы говорили. Вот я и спрашиваю: откуда он взял такую дорогую дурь? Мне надо знать, кто в вашей команде работает с «Трахоболом», кого с этой дурью застукали и так далее. Мне нужны эти файлы.
– Что за вздор! Да как вы смеете являться ко мне в кабинет и намекать, будто кто-то из моих людей передал моему осведомителю дорогие наркотики?
«Бесподобно, – подумала Ева. – Просто бесподобно».
– Я ни на что подобное не намекала. А может,стоило? Честно говоря, с учетом моих текущих задачэто была бы любопытная версия. Очень любопытная.
Рене стукнула кулаком по столу.
– А теперь послушайте меня…
– Ой, я дико извиняюсь. – Миниатюрная женщина с черными, как гуталин, волосами, стянутыми в два крысиных хвостика, просунула в дверь голову. Она щелкнула во рту ярко-розовой жевательной резинкой и окинула двух лейтенантов равнодушным взглядом шоколадно-карих глаз. – Кто из вас тутбудет лейтенант Рене Оберман? – В ее голосе слышался густой бруклинский акцент.
Рене смерила взглядом женщину, не упуская ничего: крысиные хвостики, дешевую белую рубашку поло, мешковатые штаны, серые кеды.
– Я лейтенант Оберман.
– Кэнди, отдел снабжения. – Бейджик с удостоверением Кэнди, прицепленный к рубашке, прыгал у нее на груди, пока она шла к столу.
– Давно пора.
– Ну, мы, бывает, запаздываем. Не разорваться же! Копы вечно гробят тачки. А я вам, между прочим, новенький «Торрент» подогнала. Классом выше прежней, как заказывали. Тут у меня ваши коды и все остальное.
Рене властно протянула руку.
– Ну и где?
– Господи, ну я же не могу передать, пока вы не подпишете! А вы как думали? Думаете, мы за просто так тачки раздаем? Подпишите, проставьте дату, инициалы на каждой странице – все в двух экземплярах. – Кэнди выложила на письменный стол бланки и постучала по ним ногтем с ярко-розовым облезлым лаком. – Вы ж говорите, у вас бог весть какая спешка? Вот меня и послали. Симпатичный кабинетик.
– Просто передайте мне коды! – рявкнула Рене, размашисто подмахивая бланки.