Чтение онлайн

Шумели так, что прибежала медсестра, но не успела всех угомонить до прихода мастера Ганнэль.

– Настроение хорошее, да? Режим не соблюдаем? – мастер окинула палату взглядом. – Ну, кто первая на процедуры?

Шутке посмеялись, но рисковать не стали. Молча улеглись и уставились на экран с новостями.

Награждение вроде бы закончилось, командующая со спокойным видом встала за трибуну и затянула речь со словами благодарности, о боевых заслугах и прочее, прочее, обо всем, что идет рядом с победой. Ее слушали не очень внимательно, дальше уже пошли длинные списки об особых наградах. Например, медику десанта с позывным Мята вручили особый знак медицинской службы – в палате уже знали, что на этом настояла мастер Ганнэль. Оно и верно, у девки золотые руки.

Завершала свою речь командующая приказом по отрядам вручить награды незамедлительно, особенно тем, кто отбывает домой на лечение. Штурмы довольно хмыкали, тут почти у всех или звезда с крыльями, или Доблесть. Тиранэль гоняла своих девок до облезлого хвоста, но никогда не жадничала с награждениями и званиями. Вчера вот девку с обожженным хвостом произвели в кандары, Тиранэль лично забежала и вручила новые нашивки.

Искра смотрела на экран через узкую щелочку в повязках. Оттеки только начали спадать, видок жуткий. Она же и заметила:

– Чего-то девки тянут… Уже три минуты, как на перевязку должны были потащить.

Да, медицина работала как часы и задержка, даже на три минуты, это всегда странность. Зато всё поняли, когда в коридоре послышались голоса и мастер Ганнэль встала у входа. Командующая с улыбкой пожала ей руку и вошла в палату.

Вскочили и замерли по «смирно» все, даже у кого ноги в гипсе. В палату тут же тихонечко протиснулись медсестры и поддержали под руку, кого надо. Следом за командующей в палату вошла Туча, за ней парочка девок с камерами и, вот уж неожиданность, старая знакомая вертихвостка Веритель. Она с широченной улыбкой незаметно пальчиками помахала Лориэль.

За минуту камеры были включены, Туча встала так, чтобы ее было видно номинально, все внимание на Лориэль и Искру. Запустили трансляцию на всю планету и флот. Командующая была кратка в словах, Лориэль даже не поняла, что услышала в конце:

– За особые заслуги перед Империей, старший кандар триста второго военно-транспортного отряда, Лориэль, позывной Иволга, награждается Орденом воинской Славы.

Не поняла ничего Лориэль и когда командующая на пижаму прицепила награду и поблагодарила за службу.

– Служу Империи! – автоматически воскликнула Лориэль.

А следом прозвучало ее страннее:

– За особые заслуги перед Империей, старший кандар-навигатор триста второго военно-транспортного отряда, Коннисэль, позывной Искра, награждается Орденом воинской Славы.

Искру настолько переполнили эмоции, что она задрожала и не смогла толком произнести «Служу Империи!». Командующая улыбнулась и похлопала ее по плечу:

– Спокойно. Здесь все свои.

Командующая приказала в наградные листы вписать позывные. Многие в отрядах знали экипажи по позывным, теперь же никто гадать не будет, за что кандары получили награды когтей. Аранга была уверена – этих двоих знает весь флот.

Командующая отправилась дальше по палатам вручать высокие награды, все толпа с легким шумом зашуршала следом. Искра осела на кровать, переволновалась. Ее сразу окучили штурмовики – поддержали, обняли, подали воды. На всякий скучай медсестра нацепила ей на руку сканер. Сердце у навигатора бешено колотилось.

Лориэль тоже не сразу пришла в себя. А когда сообразила – слишком резко схватилась за ухо левой рукой – на плече с треском порвалась пижама.

– Проклятье… - вздохнула награжденная.

Быстренько нашли новую пижаму и между делом «тридцатки» на удачу подергали за уши. Туча сама перецепила награду на новую одежку и улыбнулась:

– Это вам наперед от нас с командующей, - сказала она. – Дальше больше. И, да, морды мойте. Интервью будут брать.

– Да куда с моей мордой в камеру лезть?! – воскликнула Искра.

– Вы-пол-нять! – пропела Туча. – С Лори начнут. Мастер обещала тебе что-то героическое придумать, а то у нас дома цензура до сих пор боевые раны подчищает.

Все в палате похихикали с небольшой грустью.

Веритель примчалась через двадцать минут, Искру как раз увели на перевязку. Шустрая репортерша всех поздравила, пожала всем руки и увела Лориэль в подготовленный кабинет. Пока ее помощница настраивала камеру, она передала планшет с подготовленными вопросами и ответами. Еще за минут десять они все обсудили. Сняли интервью со второй попытки.

Привели Искру, Лориэль решила остаться рядом с подругой. Повязки навигатору переделали знатно, они и не такие огромные, и раны неплохо скрывают. Веритель с помощницей немного приглушили свет, переставляли камеру, пока не удалось хорошо спрятать оттекшее лицо Искры. Тоже справились за две попытки, остальное репортерша обещала нарезать по частям. Они вместе просмотрели записи. В целом неплохо, если не считать того, что одинокий орден на больничной пижаме смотрится не очень, но в этом и был смысл задумки Веритэль, что флот не бросает раненых и награждает по заслугам в любых условиях. Еще минут десять болтали о всяком разном, пока не выяснили, каким бортом репортерша летит домой.

В палате Искра тихо спросила:

– Как думаешь, если мастера попросить наш вылет перенести еще раз, она поможет? Эта же мелочь пристанет как клещ, не отделаемся!

– Тоже об этом подумала! – засмеялась Лориэль.

Пошли искать мастера вместе. Ганнэль недобро так почесала нос и сказала:

– Детский сад.

Пришлось все выложить как есть и клятвенно пообещать, что следующим рейсом точно улетят.

Через три дня медики упаковали раненую руку Лориэль в плотную подвязку и выпустили на свежий воздух. Искре, к счастью, свобода не светила. Ран на лице много, местами небольшие воспаления, которые постоянно чесались, процедуры каждые четыре часа плюс перевязки. Оттеки сходили медленно, навигатор часто жаловалась на беспокоящие боли. Терпеть все это меньшая досада, чем приводить в порядок рапорта перед убытием домой, особенно если над хвостом стоит крайне привередливая оперативница вроде Заланэль.

Собирать свои пожитки Искра доверила Тали. И как дотошная матушка перед вылетом все проверила.

– Куда положила?

– Вот.

– А эти…

– Сбоку в кармане.

– И которые я говорила…

– Там же, только снизу.

– Не вижу этих…

– Старшая Заланэль запретила.

– Могла бы схитрить.

– Никак нет!

Улетали по-свойски на хвосте у Сельки. Она увозила на орбиту часть медиков и оборудование. Искра заныкалась в углу, там у стеночки удачно пристроили матрас, было куда мягко прислониться. Лориэль устроилась в кабине на месте наблюдателя. Не очень удобно, но лучше восемь часов потерпеть, чем больше суток тащиться на «платформе». В ангаре «акулы» при расставании Селька чуть не разрыдалась.

В каюту медицина не пустила, устроились в кандарской палате под строгим наблюдением. Искра насела на молоденькую черненькую медсестричку в новеньком голубеньком халатике и разболтала, пока та не проговорилась, что от мастера Ганнэль пришло замечание нечто вроде: «С этих двоих глаз не спускать!». За все время полета домой Искра на процедуры не опоздала ни на секунду. Когда выгрузились на станции и на вторые сутки медицина сняла тотальный контроль, у навигатора вдруг появилась острая потребность выговориться: