Чтение онлайн

Оперша тем временем подошла к машине. Лориэль встала в полный рост и выглянула наружу.

– Добрых дел, - сказала она.

Оперша кивнула в сторону базы. Опять допрос, похоже.

– А ордер у вас есть? – без надежды спросила Лориэль.

– Ага. И парадный конвой. Даю десять минут и навигатора вашего прихватите, - распорядилась разведчица.

Искра выглядела неважно, и на допрос пришла в теплой накидке. Оперша покачала головой, но ничего не сказала.

С допросом управились за час. Теперь разведчица спрашивала обеих. Они, по сути, еще два раза пересказали все от и до. Только теперь начинала одна, а потом разведчица приказывала продолжить другой. И раза четыре прошлись по предположению, когда вражеские перехватчики отменили атаку. Снова вспоминали секунда за секундой. И слово в слово. Хотя Искра мало что могла добавить к рассказу Лориэль. Самое интересное она не видела и не слышала. Оперша без какой-либо заинтересованности на лице подсунула на подпись рапорты и, к общему удивлению, кивнула на небольшую комнатку сбоку:

– Можете воспользоваться личным терминалом. Сообщения уйдут завтра. И остальным передайте, я еще два часа здесь.

Искра сразу отказалась:

– Я ничего своим не отправлю.

Ей жутко не хотелось показываться детям раненой и больной. Отказалась наотрез. Лориэль закрылась в комнате. Пока включался терминал, опомнилась и кинулась к небольшому зеркальцу на стене. Вроде не жуткий вид, хотя стричься уже пора. Волосы у сильванок наследие от праматерей, когда смешивались с мужчинами других рас. Вообще-то, красиво, если за волосами ухаживать, но не для военных и, тем более, не для пилотов. Все выбривается под уровень меха, иначе летный шлем сядет плохо.

Она покрутилась у зеркала. Нет, не очень заметно, что обросла. Да еще и запись будет монохромной, там и усталость не сильно заметно.

Лориэль села за стол, настроила камеру. Подумала немного и включила таймер. Девяносто секунд – лимит на видеозапись, чтобы отправить домой послание. Это хорошо, что видео доступно, а то дети забудут, как мать выглядит.

Когда она выходила из комнаты, разведчица что-то изучала в планшете, а снаружи уже выстроилась небольшая очередь.

Лориэль и остальным сообщила, вдруг кто успеет. Туча отмахнулась, Тройка промолчала, а Зара через час сказала, что записала весточку домой на у десанта на базе. У тех оперши злобные, как сама десантура, но если чего могут помочь – то всегда помогут.

Разведчица улетела. Искра, пока гуляла по ангару в очередной раз, дошла до дозорных у входа и вернулась к «ласточке». Зашла внутрь, походила, поохала.

– Отдыхай иди, - сказала Лориэль, подкручивая очередной болт.

– Сейчас пойду. Знаешь, чего девки сказали? Эта темнила сама летает на «пчелке».

– И чего?

– А много ты секретных баб знаешь, которые сами летают?

– Разведчица, что ты хочешь.

– Ага, разведчица, - Искра хмыкнула. – Это или контразведка, или ведьма из корпуса Быстроногих. С них станется.

Лориэль выглянула из-под приборов и посмотрела на подругу.

– Нам какая разница? Вопросы-то она правильные задавала. Все по делу.

– Угу, - буркнула Искра. – Только я чего-то странное чую. Вот неспроста это все. Чего она про шифратор десять раз спросила? Странно.

– Есть такое, - согласилась Лориэль.

– Ладно, пойду, прилягу.

К ужину примчалась Туча. Залетела вместе с навигатором в столовую вихрем.

– Айка! Пожрать чего!

Повариха кинулась наливать и накладывать. Голодная Туча плюхнулась рядом с Лориэль и жадно принялась за еду.

– Чего, живые обе, а? – с аппетитом уминая суп, спросила старшая. – Наша мелкая репортерша веселье опять устроила. Так что мойте хвосты – драть будут всех.

– Чего это? – спросила Лориэль.

Искра и сама бы воскликнула, но молчала, чтобы не выдать простуженный голос.

– Чего… - Туча улыбнулась. – Ее репортаж в сеть улетел.

– В общую?!

– В общую, в общую!
– оскалилась в улыбке Туча. – И не в домашний канал, а в имперский. У, какие кадры! Умеет, зараза мелкая! Сама раз пять пересмотрела. Там, где ты в дыму по горящей «ласточке» скачешь с огнетушителем – вообще эпично. Сразу медаль захотелось вручить. А у твоей простуженной напарницы такая героическая морда – хоть в серебре отливай! Чего притихла, а? – Туча прищурилась, изучая виноватую морду Искры. – Думала, не узнаю? Вот руку починишь – устрою тебе лечебные процедуры с метлой!

Туча отодвинулась суп в сторону и положила руки на стол.

– Ладно, теперь между нами и очень тихо. Там… - старшая указала наверх. – Там возня какая-то началась по нашу душу. Понятия не имею чего и как, но все про вас обеих. Так что приказ – сидеть тихо и не дышать лишний раз. Искра, будет лучше, если ты вообще без сознания где-нибудь в реанимации пару дней поваляешься. Что происходит – никто не знает, только ушами шевелят. Ясно? Тихо сидеть!

– Так точно, - тихо ответила Лориэль и пересказала последний допрос.

– Нда… Контрразведка, не иначе, - Туча призадумалась. – Эти просто так хвосты не отрывают. За то уж если отрывают, то по самые уши. Ну да чего вам бояться? Все рассказали? Ничего не соврали? Хорошо.

Улетела Туча еще до рассвета. Лориэль, тихо потягиваясь, вышла в ангар. Тетушка пила чай и слушала что там в очередной раз придумала Белка. Заклинившие крыло никак не поддавалось, а портить корпус та еще задача. Послушав техников между делом, Лориэль прихватила инструменты, теплое одеяло и залезла в кабину крутить любимые гайки.

Через полчаса вокруг кабины началась возня. Белка подставила стремянку с одной стороны, Натанга залезла с другой. Они старательно все измеряли и переговаривались, отвлекали.

– Вы чего? – поинтересовалась Лориэль.

– Я придумала чем кабину утяжелить! – Белка сразу заулыбалась. – У тетушки термоплиты с обшивки есть. Они толстые и осколки держать должны.

Лориэль попыталась сообразить, о чем идет речь. Видимо, о герметичной прокладке под внешним листом корпуса машин вроде «платформы». Там состав чем-то напоминающий помесь резины со смолой, вязкая штука толщиной миллиметров сорок. Структура нанидная, держит тепло и удары мелких метеоритов или еще чего, вроде осколков. Штука, кстати, очень дешевая. На Галладане два завода производят эти плиты. Одна беда, вещь не многоразовая. Нанидные сетки в структуре удар держат, но деформируются в жесткую форму и в обратное состояние не возвращаются. Плиты тяжелые. Белка насчитала, что на кабину нужно кило четыреста накинуть, чтобы поменьше возиться с прошивной синхронизаторов. Примеряли плиты полдня, на крупных кораблях их просто выкладывают под обшивкой, естественной вязкости и шершавой поверхности хватает для удержания, а тут с дырами так не выйдет. Вопрос как закрепить то, что для крепления не сильно годится.

Для проверки после обеда решили крепить на тонкие листы стали. Тетушка быстро нарезала несколько штук по размеру. Лориэль из кабины наблюдала за всем действом, когда ее окликнула Натанга.

– Там с Зарой чего-то…

Лориэль выглянула из кабины. У ангара стояла машина, за рулем Тесса, хотя Зара никогда не упускала возможность порулить. Машина заскочила в ангар, всем сразу стало понятно, что дела плохи. Зара едва слезла с кресла. Уши напряженно торчат, сама держится за живот, изо рта текут слюни, Зара их не переставала вытирать. Случилось, похоже, самое паршивое – животом заболела. Ее уложили на старые носилки и быстро утащили в медблок.

Тесса, дрожащими руками, утерла со лба пот.

– Еле долетели…

– Чего случилось-то? – спросили у нее.

– Утром взлетали – все хорошо, а тут у нее такие судороги начались, думала, она из кресла выпрыгнет! И чего делать, не знаю. Хорошо рядом были.

Тесса уставилась на Лориэль:

– Лететь надо. У нас семь тонн, медикаменты. Ждут. И вообще сегодня все рейсы по медицине.

Туча новостям не обрадовалась. Пока связывались с ней и готовились к вылету, выяснили, что у Зары на почве истощения воспаление началось. Может вообще на операцию залететь, а тогда с полетами можно попрощаться. Медицина в кресло пилота со шрамами на кишках никогда не допустит.