Лавровый венок я отправил на суп…
Шрифт:
* * *
Конечно, я пришел в себя потом,но стало мне вдруг странно в эту осень,что грею так бестрепетно свой домя трупами берез, осин и сосен.* * *
От точки зрения смотрящегоего зависит благодать,и вправе он орла парящегожуком навозным увидать.Но жаль беднягу.* * *
Давно заметил я: сияниеталанта, моря, мысли, света —в нас вызывает с ним слияние,и мы в себе уносим это. * * *
Время поворачивая вспять,как это смешно – не замечая,тянемся заваривать опятьгущу из-под выпитого чая.А близость с тем, а нежность к тойдавно мертвы,и память стала – как настойразрыв-травы.* * *
Вновь себя рассматривал подробно:выщипали годы мои перья;сестрам милосердия подобно,брат благоразумия теперь я.* * *
То утро помню хорошо:среди травы, еще росистой,тропой утоптанной российскойя меж овчарок в лагерь шел.* * *
Порою поступаю так постыдно,как будто не в своем слегка уме;наследственные корни, очевидно,воюют меж собой в душевной тьме.* * *
Всегда, мой друг, наказывали нас,карая лютой стужей ледяной;когда-то, правда, ссылкой был Кавказ,но там тогда стреляли, милый мой. * * *
Эта мысль давно меня терзает,учит ее в школе пятый класс:в мире ничего не исчезает;кроме нас, ребята, кроме нас.* * *
Крушу я ломом грунт упорный,и он покорствует удару,а под ногтями траур черный —по моему иному дару.* * *
Любовь и пьянство – нет примератесней их близости на свете;ругает Бахуса Венера,но от него у ней и дети. * * *
Есть кого мне при встрече обнять;сядем пить и, пока не остыли,столько глупостей скажем опять,сколько капель надежды в бутыли.* * *
Свободы лишь коснуться стоит нам,я часто это видел на веку:помазанный свободой по губамуже стремится к полному глотку.* * *
И не спит она ночами,и отчаян взгляд печальный,утолит ее печаликто-нибудь совсем случайный. * * *
В жизни этой, суетной и краткой(так ли это, кажется ли мне),вижу я то мельком, то украдкойявное вмешательство извне.Но чье – не знаю.* * *
Что сложилось не так,не изменишь никаки назад не воротишь уже,только жалко, что такбыл ты зелен, дурак,а фортуна была в неглиже.* * *
Не чаши страданий, а чашкихватает порой для лечения,чтоб вовсе исчезли замашкилюбые искать приключения. * * *
Пою как слышу. А традиции,каноны, рамки и тенденция —мне это позже пригодится,когда наступит импотенция.* * *
Если так охота врать,что никак не выстоять,я пишу вранье в тетрадькак дневник и исповедь.* * *
Окунулся я в утехи гастрономии,посвятил себя семейному гнезду,ибо, слабо разбираясь в астрономии,проморгал свою счастливую звезду. * * *
Великие событья – тень назадбросают очертаньями своими,но наши аккуратные глазане видят нежелаемое ими.* * *
Нет, я в рабах не долго хаживал,я только пять прибавлю скудныхв те миллионы лет подсудных,Россией съеденные заживо.* * *
Поверь мне, грустный мой приятель,твои терзания напрасны:на Солнце тоже много пятен,но и они на нем прекрасны. * * *
Чего хочу, того ищу,хочу уйти от власти Рима,и щуплых пращуров прищурво мне участвует незримо.* * *
На мои вопросы тихиео дальнейшей биографииотвечали грустно пифии:нет прогноза в мире мафии.* * *
В нас посевает жизнь слепаяпродленной детскости заразу,и зрелость, поздно наступая,уже с гнильцой бывает сразу. * * *
Наука, ты помысли хоть мгновение,что льешь себе сама такие пули:зависит участь будущего генияот противозачаточной пилюли.* * *
Живу, ничуть судьбу не хаяза бурной жизни непокой:погода самая плохая —гораздо лучше никакой.* * *
В надежде, что свирепые морозыво мне произведут метаморфозы,был сослан я в сибирские края,где крепче стала ветреность моя. * * *
По вороху надежд, сухих и ветхих,вдруг искра пробегает временами,и почки наливаются на веткаху дерева с истлевшими корнями.* * *
Мы от любви теряем в весеза счет потери головыи воспаряем в поднебесье,откуда падаем, увы.* * *
Когда вершится смертный приговор,душа сметает страха паутину.Пришла пора опробовать прибор,сказал король, взойдя на гильотину. Поделиться с друзьями: