Лечебное тело
Шрифт:
– Охуеть! – прошептал он хрипло, снимая галстук и расстегивая рубашку.
В это раз он пристроился сзади, легко заполняя всю меня своим горячим твёрдым членом. Мне были не нужны предварительные ласки, потекла от сладостных предвкушений при первых звуках его бархатного голоса в дверях. Тишину кабинета нарушали только звучные шлепки соприкасающихся тел и наше прерывистое дыхание. Трахал всё быстрее, глубже и резче, пока не кончил с довольным рычанием, уткнувшись лбом мне в спину и прокладывая дорожку из лёгких поцелуев вдоль позвоночника.
У меня немного поплыла картинка перед глазами, и закружилась голова, я вытянулась на кушетке, крепко зажмурившись и пытаясь прийти в себя. Хасан присел рядом.
– Мне уже лет десять не было ни с кем так хорошо, Ляля! А желания и готовности продолжать трахаться сразу после окончания «первого раунда», вообще, никогда не замечал за собой.
– Хм-м-м… Любопытно… – поощрила я его откровения, приоткрыв глаза и встретившись с ним взглядом.
– Помнишь, жаловался тебе на бессонницу во время первого осмотра? Так после нашей встречи спал все эти дни, как младенец, и чувствовал себя прекрасно, работал, как зверь! Только сегодня снова бродил всю ночь…
Тут в кабинет позвонили по внутреннему телефону, и администратор напомнила, что касса закрывается через пятнадцать минут, и моему пациенту необходимо срочно оплатить забор крови и анализы.
Хасан привёл одежду в порядок и пошёл прогуляться до кассы, а я вытерла полотенцем потёки его семени на бёдрах и кушетке, поправила бельё, надела халат, подняла жалюзи, включила свет и села за стол.
– Как быстро ты сменила образ! – удивлённо присвистнул он при возвращении.
– Присаживайтесь, больной! – предложила я строго, пытаясь соответствовать имиджу, а продолжила по-человечески – Ты когда уезжаешь домой? Сможешь заехать завтра утром и сдать натощак ещё раз кровь на анализы?
– Конечно, смогу, если надо!
– Хорошо, вот направление! Как только приду на работу, проверю оба результата и напишу тебе. Договорились?
– Слушаюсь и повинуюсь, доктор! – подыграл мой пациент.
И тут он достал из кармана пиджака бархатную коробочку, открыл и протянул мне на ладони что-то блестящее и красное.
– Держи! Увидел в ювелирной лавке эту брошку и подумал о тебе. Точно такие же снегири клевали рябину за окном моей палаты, когда лежал у тебя на обследовании.
– Спасибо, Хасан! Очень мило! – поблагодарила я, прикалывая яркую брошку к халату.
– Ляля, мне хорошо с тобой! Давай встречаться?
– Это невозможно, Хасан!
– Почему? У тебя кто-то есть?
– Во-первых, интимные отношения лечащего врача и пациента – это нарушение медицинской этики и деонтологии. Ты поймал меня в минуту слабости, тогда и сейчас, но это неправильно. Во-вторых, ты женат, и я не хочу разрушить твою семью. В-третьих, у меня работа, дети, и, вообще, не остаётся времени и сил на что-то ещё! Как в старом анекдоте:
"– Что делаешь?
– Работаю.
– Что делаешь после работы?
– Сплю, чтобы работать завтра!"
– Зачем ты столько пашешь? Если дело только в деньгах, позволь мне решить твои материальные проблемы! – сразу предложил он, игнорируя две другие причины моего отказа
– Возьмёшь на содержание?
– Зачем так грубо?
– Как есть… Хасан, слышишь, как стало тихо? Поликлиника закрывается, если ты не уйдёшь сейчас, то будешь ночевать тут один на кушетке, а мне пора домой! Давай, продолжим этот разговор в другой раз!
– Хорошо… Тебя подвезти до дома?
– Нет, спасибо! Пешком я дойду быстрее. До связи!
Хасан кивнул, встал, поцеловал меня в макушку и поспешил к выходу, а я выключила компьютер, собрала в стопку недописанные амбулаторные карты и побрела в ординаторскую, обдумывая его слова…
Меня немного поташнивало, и всё ещё кружилась голова, хотя, из зеркала мне улыбалась юная красотка, но взгляд был растерянный и утомленный.
Ладно, завтра со всем разберусь…
Утром зачарованно изучала два готовых результата, одинаковых по набору параметров, биохимических анализа крови моего пациента, взятые до и после нашей близости, и не могла поверить своим глазам. Справа лежал результат больного с начальной стадией цирроза печени, а слева были совершенно нормальные показатели обмена веществ среднестатистического здорового человека. Зашла в "МедАнал" и загрузила результат его биохимии недельной давности. Всё сходится, тогда уровень печёночных ферментов и билирубина был такой же высокий, как и вчера.
Закон сохранения энергии, понимаешь! Силы, которые теряю я после совокупления с ним, не растворяются бесследно в пространстве, а укрепляют здоровье и омолаживают организм моего возрастного партнёра. Чудеса!
Кто-то после перенесенного ковида утратил напрочь обоняние, другой заработал полиартрит или пневмосклероз, а я превратилась в накопитель жизненной силы и получила способность во время близости забирать её у молодого и сильного, отдавать старому и слабому.
Лечебное тело?! Это порок или дар?! Как долго это продлится и чем закончится?!
Родившись в семье идейных коммунистов-атеистов, я никогда не была религиозной, не посещала ни мечеть, ни церковь, но верю в Высший Разум, бессмертную душу, благословение небес, родовое проклятье, волшебство, колдовство, сверхспособности, знахарей и народную медицину. Вот такая каша у меня в голове!
Главное – мои новые способности лучше скрывать ото всех, изучать самостоятельно и применять очень осторожно. Целее буду!
Написала Хасану, что анализы так себе, надо бы безотлагательно лечь в стационар и пройти курс общеукрепляющей терапии. Он ответил, что чувствует себя отлично, но обязательно явится на приём в пятницу, раньше не сможет, так как всю неделю будет в командировке.
Люблю работать по субботам! Кроме меня других терапевтов в роддоме нет, в удачный день можно заработать пять-шесть тысяч рублей, даже если пациентов по записи в поликлинике немного. Часто вызывают в Приёмный Покой, приглашают на консультации в послеродовое отделение, хирургию и онкологию. Обязательно делаю обход своих стационарных больных, выписываются в пятницу не все, пять-шесть человек остаются и продолжают лечение в выходные.
Экстренно вызвали в родблок. В пустом родильном зале снова застала поддон с плавающим последом. Без лишних раздумий выпила всю кровь и пошла дальше на звук встревоженных голосов.
У одной из наших пациенток кровопотеря в родах была критической, для решения вопроса о дальнейшей тактике был необходим консилиум – коллективный разум нескольких врачей. Присутствовали новый Главврач, трансфузиолог, дежурный анестезиолог-реаниматолог, акушер-гинеколог, принимавший роды, хирург и я. Все мужчины, кроме меня и АнИсы. Конечно, я успела собрать волосы и натянуть одноразовые чепчик и халат при входе в родблок, но Главврач смерила меня с головы до ног неодобрительным взглядом и отчитала, как девочку, за то, что явилась последней.