Лёд и пламень
Шрифт:
Бывали в её жизни моменты, когда она отдала бы год жизни за час такого блаженного покоя. Солнце, лёгкий игривый ветерок, оставляющий на коже прохладу озера, пение птиц, жужжание пчёл над благоухающими цветами и весёлый гомон голосов казались ей сейчас такими гармоничными и такими родными.
Тайлен сидел рядом и осторожно наблюдал за ней, пытаясь по выражению лица догадаться, о чём она думает.
– Тай, ты идёшь? – позвал Рий. Ребята снова собирались нырять.
– Нет. Идите сами, – ответил он, не сводя с Евы взгляда.
– Ну да, конечно! – сострил брат, а Илис громко хмыкнул, и они, разогнавшись, с дикими воплями полетели вниз.
– Пока солнце не село, мы пойдём, погуляем по берегу, – Тарой помог Анике подняться.
Ева открыла глаза и посмотрела на удаляющихся ребят.
– Пожалуйста, давай посидим здесь ещё хоть полчасика!? – взмолилась она.
– Я пока никуда не собирался, – пожал плечами Тай.
– На сколько Рий младше тебя?
– Ему семнадцать.
– А тебе?
– Двадцать четыре.
– Ты выглядишь старше.
– Да, я знаю.
– Но дурачишься наравне с Рием.
Тай прикусил губу, чтобы подавить смешок.
– Теперь твоя очередь.
– Двадцать пять.
– А выглядишь на…
– Восемнадцать. Да, я знаю, – лениво растягивая слова, сказала Ева. – Это моя суперсила.
Тай громко рассмеялся. Солнце уже стало цепляться за макушки гор, и от них поползли длинные тени. От озера ещё больше потянуло прохладой. Ева набросила на плечи куртку.
– Так не хочется, чтобы солнце заходило, – расстроено пробормотала она.
Тай обернулся и пристально посмотрел на солнце.
– Завтра тоже будет хорошая погода.
– Надеюсь.
– Так ты решила задержаться в наших краях? – спросил Тай.
– По крайней мере, пока не продастся дом. Но так как процесс это не быстрый, я нашла в городе работу.
– Вот как? И ты бросила всё и просто переехала сюда? – Тай не понимал, как это возможно.
– Угу, – коротко ответила Ева.
– А как же семья?
– У меня никого нет.
Тай почувствовал, как она внутренне напряглась. В одно мгновение ощущение гармонии, которым она так наслаждалась, было разрушено. Боль одиночества снова зашевелилась внутри Евы. Тай внимательно следил за её реакцией. Она помрачнела, а в глазах промелькнул гнев.
– Становится холодно. Думаю, уже пора спускаться, – сказала она, вставая с земли.
Взяв со своего рюкзака футболку и рубашку, Ева протянула их Таю. Он мысленно выругал себя за то, что так неосторожно сунул нос не в своё дело и стал одеваться.
Тай спускался первым. Ева шла сзади и ужасно злилась на него. Конечно, она понимала, что Тай не хотел её расстроить, но он заставил всплыть воспоминания, которые причиняли боль. А ведь ей было так хорошо! Он непроизвольно нарушил ту идиллию, которая успокоила её в душу. Ещё больше злила её слабость. Она не могла просто отпустить то, что мучило её многие годы. Самый безобидный вопрос мог выбить её из колеи.
Из-за злости Ева не особо следила за спуском и тем, куда ступает её нога, и потому всё время съезжала вниз. Тай уже спустился и ждал её. Когда оставалось каких-то пару шагов, он протянул ей руки, предлагая помощь. Ева хотела отказаться, но Тай смотрел на неё виноватыми глазами, и ей стало стыдно за свою неоправданную злость. От прикосновения с его руками у неё даже мурашки по телу побежали. Тай был очень тёплым, даже горячим. Он поднял её, как пушинку, на пару секунд задержал в своих руках и опустил на ровную поверхность рядом с собой.
– Спасибо, – сказала Ева, одёргивая куртку.
– Я не хотел тебя расстраивать, – чуть наклонившись, прошептал Тай.
– Я знаю, – Ева кратко улыбнулась.
Стоило ей посмотреть в его добрые глаза, всю злость как рукой сняло.
Аника с Тароем сидели на бревне на берегу и, не замечая ничего вокруг, самозабвенно целовались.
– Да оторвись ты уже от неё! А то так ещё парочку камней прибавится, – крикнул Тай, когда они проходили мимо.
Он широко улыбался, обнажая белоснежные зубы.
– А ты не завидуй! – ответил ему Тарой, швыряя в него поднятой с земли кроссовкой. А Аника спрятала лицо у него на груди.
«Я! Я завидую!» – неожиданно для себя подумала Ева. Её никто так не целовал. Ева подняла с земли кроссовку и протянула подходящему Тарою. Рий и Илис гонялись друг за другом по краю берега, то и дело схватываясь в шуточном бою. Было в этих ребятах, в их общении и манере движений что-то такое, что задевало в душе Евы незнакомые ей струны. Что-то очень свободное, непосредственное и очень настоящее.
Когда вся компания снова вошла в лес, уже стали сгущаться сумерки. «Как быстро пролетел день!» – с сожалением подумала Ева. Чем больше они углублялись в лес, тем темнее и прохладнее становилось. От не успевшей просохнуть земли потянуло сыростью. Лес наполнили терпкие запахи мхов и прошлогодней листвы. Ева жутко замёрзла и почти не разбирала дороги. Каждый раз, когда она спотыкалась, Тай посматривал на неё, но помочь не решался. Когда она на полном ходу налетела на торчащий из земли пень и сильно ударилась, он не выдержал.
– Всё в порядке, – она потёрла ушибленное колено.
– Ага, – пробурчал Тай, снял с себя рубашку и стал, не церемонясь, натягивать её на Еву прямо поверх куртки. – Можешь хоть убить меня взглядом.
Странное дело, но у Евы не возникло желания спорить. Она молча следила за тем, как Тай закатывает слишком длинные рукава. Он взял её за руку и уверенно повёл дальше.
– Больно? – обеспокоенно спросил он, заметив, что Ева хромает.
– Чуть-чуть, – ответила она и постаралась идти уверенней, но каждый шаг отдавался болью в колене.
Согретая телом Тая рубашка окутывала теплом и приятно пахла травами, корой дерева и как будто бы шерстью какого-то животного. Тепло разлилось по всему телу, и не только от рубашки. Оно поднималось от руки Тайлена. В другой ситуации, в другой день, с другим человеком Ева не позволила бы этого. Она знала, что завтра станет корить себя за своё слабоволие, но сейчас не могла отказаться от этого тепла. Просто не хотела. Она шла за ним, доверившись, как слепой котёнок. «Котёнок!» – пронеслось у Евы в голове, и она непроизвольно улыбнулась.