Чтение онлайн

Ева сидела, уставившись в одну точку прямо перед собой. Сейчас дневной свет раздражал. Ей хотелось оставаться в полной темноте, скрывшись от всего мира. Скоро наступит понедельник, и она снова будет притворяться сильной. А пока она могла страдать открыто. Она не виделась с Таем больше недели, а значит, он непременно сегодня придёт. Тем более, что последние пару дней она не отвечала на его звонки. Он не предупредит и не спросит разрешения. Может, это и хорошо.

Кофе давно остыл, а Ева так и сидела, даже не шелохнувшись, в полной тишине. Лишь за окном слышалось поскрипывание веток клёна от порывов временами налетавшего ветра.

Скрипнула дверь. Ева медленно обернулась. На пороге стоял Марк. Его высокий силуэт мягко очерчивался пробивающимся сквозь занавески светом. У Евы вырвался вздох облегчения. Она смотрела на него своими прекрасными глазами, поблекшими от душевных терзаний. Как же он скучал по этим глазам!

— Ты так бледна!

Его глубокий голос с мягкой интонацией поразил Еву в самое сердце, и она с обожанием посмотрела на него, всё ещё не в состоянии поверить в то, что он здесь. Но с какой целью? Просто поинтересоваться, как она? Или попрощаться навсегда?

Марк нервно улыбнулся одними губами и сел по другую сторону стола. Он пристально всматривался в фарфоровое лицо Евы. Следы недавних переживаний залегли глубокими тенями под её глазами. Марк был подавлен виной за своё поведение в тот день.

— Любимая, — прошептал он сдавленным голосом. — Никакие обиды и оскорбления не заставят меня разлюбить тебя.

— Я не оскорбила тебя, — с вызовом сказала она, но потом её голос дрогнул, ведь это было не совсем правдой. — Я не хотела этого...

Она опустила глаза, пряча накатывающиеся слёзы. Она была так измучена. Марк тяжело вздохнул, ревность снова вонзила свои когти в его сердце. Значит, что-то всё-таки было.

— Что за странная штука — любовь, — выдержав паузу, продолжил он. — Ты изменила меня, сделала совсем другим, не похожим на того, кем я привык быть. Знаешь, что случилось в тот день, когда я впервые увидел тебя? Я влюбился в тебя. Безумно влюбился. Я понял это гораздо позже... И это было только сильнее от того, что я отчаянно желал убить тебя. Я не мог понять, что со мной происходит. Результатом было душевное смятение и настоящие муки ада. Ты сводила меня с ума своей красотой, своим неповторимым сиянием мощной энергии. И тем, что я не мог тебя понять как других. До сих пор не могу. Я пытался избегать тебя, но ты удивительна и всегда восхищала меня своей непосредственностью. Очарование твоих редких улыбок, твоя сила духа и бесстрашие покорили меня, и я понял, что не могу без этой девушки с таинственной душой. И если я иногда глупо себя вёл, выставляя напоказ то, что мы вместе, то это было потому, что я хотел, чтобы ты была в моей власти и рядом со мной. Только моя.

При этих словах Ева внутренне вздрогнула. В её памяти всплыли горячие поцелуи Тайлена. Даже сейчас они обжигали её. Она непроизвольно коснулась того места на шее и снова опустила глаза. Как она могла так поступить?! Но прошлого не изменишь.

— Ты была так неуловима. Даже сейчас ты остаёшься непокорной и неуступчивой, — в его приглушённом голосе и горящем взоре ощущалась любовь. — Изо дня в день я пытаюсь понять тебя, узнать, что скрывается у тебя внутри. Твоя непостижимая независимость и ещё тяга к бунтарству когда-нибудь убьют меня, — он улыбнулся, но потом его лицо вновь приобрело суровое выражение. — Скажи мне, почему ты отправилась так далеко в горы одна, даже не сказав мне об этом?

— Но разве ты позволил бы мне это сделать? — она посмотрела на него так, будто это было очевидно. — Я должна была вернуть Тая. Он мой самый близкий друг. В конце концов, ведь это из-за меня он так страдает. Ты не должен был узнать об этом. Я не хотела, чтобы ты беспокоился. Я просто должна была...

— Ты исчезла, и я места себе не находил, — он порылся у себя в кармане, достал небольшой листок бумаги и протянул его Еве. — И потом ещё это.

Листок был настолько затёртым, что становилось понятно — он был прочитан не один десяток раз. Она развернула его и прочитала несколько слов: Озеро на Каменной земле. Они были аккуратно выведены её подчерком. Ева содрогнулась.

— Я не писала этого! Но кто тогда? — ошеломлённо пробормотала она. — Кто дал тебе эту записку?

— Я нашёл её на пороге твоего дома, когда приехал утром и пошёл на твои поиски.

— Но кто это мог быть?

— На этот вопрос пока невозможно ответить. Но тот, кто это сделал, наверняка знал, куда ты идёшь. Может, это был твой друг?

— Невозможно! Никто не знал, куда я пойду. Да и зачем ему это? — увидев, как многозначительно взметнулись вверх брови Марка, Ева повторила. — Невозможно.

Ева сглотнула. Она не могла понять, кому и зачем это было нужно. Отчего-то предчувствие стало ещё более пугающим.

— Потом я увидел вас у озера... — Марк запнулся. — Что, по-твоему, я должен был подумать? Это вывело меня из равновесия, вынудило меня действовать грубо, даже по отношению к тебе. Я потерял самообладание. Любовь к тебе причиняет мне много страданий. Однако, даже когда всё казалось очевидным, ты не теряла достоинства. Я хотел уйти, но мысль о том, что ты не пойдёшь за мной, парализовала меня. Какие бы препятствия не были, я не мог не любить тебя, — Марк сделал паузу. Его лицо исказила гримаса боли. — Я пережил все муки ревности. Ревности безумно влюблённого, но ещё не одержавшего полной победы. Я не знаю, как достичь пункта назначения всякой любви — уверенности. Взаимной уверенности. И до тех пор, пока я не знаю, уверенна ли ты в своих чувствах ко мне, боль останется внутри меня, готовая возродить во мне сомнения и страх. Всё может кончиться...

— Я уверенна в своих чувствах! — страстно воскликнула Ева.

Марк поднял на неё глаза, полные сомнения.

— Ты говоришь «люблю свой дом», «люблю работу», «люблю друзей». Но ты ни разу не сказала, что любишь меня.

— Я же с тобой.

— Это не ответ.

— Мне сложно говорить откровенно о подобных чувствах. Они важнее всех остальных, и мне трудно в них разобраться. Но я точно знаю, что хочу быть с тобой. Этого достаточно?

Марк молчал. Этого было недостаточно. Но страх потерять её не позволил высказать мысли вслух.

— Тай очень дорог мне. Он стал моей семьёй. Я не знала, что это значит — быть семьёй. В моей жизни никогда не было подобных отношений, но суолейя помогли мне понять, каково быть частью чего-то большего, чем ты сам. Быть понятым и принятым без оговорок. Чувствовать поддержку, даже когда с тобой не согласны. Ощущать заботу, даже если не просил об этом.

— Разве я не даю тебе всего этого? — непонимающе нахмурился Марк. — Ты можешь быть частью моей семьи.

Ева задумалась. Меньше всего она хотела ненароком обидеть его.

— Мне нравится твоя семья, но я не чувствую себя её частью. Я другая. И хотя я очень стараюсь, я не могу быть только тадаллином. Во мне две крови и я не хочу их разделять. Ты не можешь просить меня отказаться от Тая и стаи, потому что я не сделаю этого. Ты должен смириться с этим, потому что для меня важно, чтобы ты понял мои чувства к Таю. Да, я люблю его. Но это совсем другая любовь. Это скорее любовь к человеку, близкому тебе по духу, на которого всегда можно положиться. Если я потеряю его, часть моей души безвозвратно умрёт. Но ты тот, кого я хочу видеть, когда засыпаю и просыпаюсь, — Ева накрыла своей ладонью его руку. — Рядом с тобой моё сердце начинает трепетать. И только ты можешь заставить его разорваться от горя. Да, я уверенна, что хочу провести рядом с тобой каждый день моей жизни. И я уверенна, что люблю.