Лёд и пламя
Шрифт:
Он время от времени рычал и что-то сбивчиво бормотал ей прямо в губы, но она ничего не слышала, вернее не могла разобрать. Это снова было похоже на какую-то игру между ними, только теперь она прекрасно понимала, что проигрывала, но ничего не могла с этим поделать. Потому, что рядом с ним кружилась голова, и воздуха как обычно не хватало. Мозг переставал нормально фунциклировать, все тело покорно повиновалось каждому прикосновению этого сумасшедшего парня, а сердце при этом учащенно билось, тихо трепеща от радости. Иными словами он действовал на неё как крепкий алкоголь, при малейшем употреблении затуманивал собой разум.
Она подняла руку выше к его шее и замерла на мгновенье, легонько сжав пальцами его бледную кожу. Порой она удивлялась тому, как одновременно можно желать задушить человека и в тоже время обнять, больше никогда не отпуская?! Затем вновь разжала пальцы, поднимая их выше, и очертила кончиками скулы на его лице.
Её дыхание почти выровнялось от нескольких секунд передышки, когда неожиданно вновь вздрогнула, почувствовав легкий толчок в грудь. В следующую секунду девушка ощутила своими лопатками стену. Он сменил траекторию «нападения» и теперь, прижав её к стене, с лёгкостью подхватил её на руки за бедра, вынуждая тем самым, обхватить себя вокруг торса ногами.
Девушка быстро откинула непослушные пряди волос с лица и ухватилась крепче, обвив его шею руками. В этот момент она уже не думала ни о чем. Просто целовала, пытаясь доказать ему своими действиями, что ради него она готова на всё, пусть со стороны это и выглядело странно.
– Ты же понимаешь, что будет трудно? – спросил он, не раскрывая глаз, но все же отстраняясь от неё.
Её тело всё ещё горело и тряслось, как при высокой температуре, а реальность имела вполне расплывчатые картинки. Возможно, всё это действительно было последствием лихорадки, но скорее всего лекарства от этой болезни нет, его ещё не придумали, а если и было, то наверняка ей оно бы не помогло, поскольку та самая лихорадка сейчас стояла рядом и фактически клялась всегда быть рядом с ней.
– Я знаю, но ведь мы пройдём через это вместе!
Он шумно выдохнул, прислонившись лбом к её лбу. Затем медленно отодвинулся, поставил девушку обратно на ноги. Вероника испытывала на данный момент двоякое ощущение: с одной стороны она была смущена и подавлена, но с другой никогда ещё не чувствовала себя более живой. Такой по-настоящему счастливой.
И почему он на меня так действует?!
– Мне нужно в душ. Я могу сходить у вас в ванную? – вопрос вырвался сам собой, так, чтобы заполнить неловкую тишину.
– Да, конечно.
Семён кивнул и отошел на два шага назад, указывая рукой на дверь. Только сейчас девушка поняла, что у него в комнате была ещё и отдельная ванная комната.
***
Ух!
Она выдохнула, как только дверь в ванной закрылась за ней. Стоять прямо перед Семёном, когда расстояние меж их телами всего несколько сантиметров, было трудно. Ей нужен был этот таймаут, чтобы немного привести мысли в порядок.
День действительно выдался необыкновенным и захватывающим. Несмотря на недавнюю ссору, она была в приподнятом настроении и сейчас уже чувствовала себя намного лучше.
Ванная комната была выложена чёрно-белой плиткой. Прямо напротив двери висело большое зеркало, а под ним расположилась круглая белая раковина, установленная на широкой черной каменной столешнице. Вероника подошла ближе и открыла воду, подняв глаза на свое отражение. Внешний вид на самом деле был не самый лучший. Тушь от слёз размазалась под глазами и оставила черные подтёки. Сейчас глядя на себя, Ника поняла, что действительно расплакалась перед ним, как бы не пыталась сдержать слёзы, однако даже это вызвало у неё улыбку.
Она обвела глазами столешницу и нашла кусочек мыла. Подставив руки под теплую струю воды, девушка смыла остатки туши с лица.
Семён сказал, что теперь она всегда будет рядом с ним.
Интересно, как он себе это представляет?! Не будет же он всерьёз гулять со мной за ручку по школе перед моими друзьями?! Бред какай-то!
Вероника тряхнула головой, пытаясь отогнать от себя эти мысли. Она была уверена, он преувеличивал в своих громких словах. Ведь для того, чтобы всегда быть рядом с ней, ему придётся рассказать всем знакомым и друзьям, что она его девушка, а он этого делать не станет.
«Я не считаю наличие постоянной девушки у Острова его достоянием. С девушками можно спать сколько угодно, но признавать её публично своей, означает лишь проявление слабости…»
Это были его слова, и Вероника всё ещё отчетливо слышала их в своей голове, хотя уже прошло достаточно времени, с момента их разговора. Встречаться с девушками было не в его стиле. Тогда, конечно, в разговоре речь шла за Сашу, но в целом…
Саша! Какой ужас! Я совсем забыла поставить в известность друзей!
Вероника зажмурилась, впервые за день осознавая, что ни разу не вспомнила про ребят, про Свету. А ведь она вчера уехала из, школы никого не предупредив о своём уходе! А сегодня за весь день ни разу не взяла в руки свой телефон.
Друзья наверняка жутко волнуются и ищут меня! Я самый безответственный человек на свете…
Рядом с раковиной стоял небольшой черный пуфик. Вероника сняла с себя всю одежду и сложила её на него. Затем зашла в стеклянную душевую кабинку. Струйки воды мгновенно ударили по оголенной коже девушки. Она прикрыла глаза от удовольствия и откинула голову назад. Её мысли снова вернулись к Семену. Ей хотелось иметь власть над таким парнем как он. Хотелось всегда распознавать его эмоции и выводить этого парня на них. Хотелось, чтобы это он терял контроль и робел перед ней. Принадлежал только ей одной.
Был только мой…
Однако пока это она была в его власти. Контролировать поступки Семёна всё равно, что пытаться приручить дикого зверя: трудно, нереально и непредсказуемо. После их первого, такого романтического свидания он буквально пытался заставить её расстаться с ним, а потом едва ли не подвёл к краю бездны под натиском своих поцелуев, толкая вниз. И она бы упала! Если бы он только толкнул, она бы упала, не задумываясь. Потому что рядом с ним голова прекращала работать в предвкушении того самого захватывающего полёта.
Открыв глаза, она потянулась за первым же флаконом на полке. Им оказался мужской шампунь. И да, это оказался тот самый аромат луговых трав и ментола. Выдавив немного содержимого себе на руку, Вероника распределила жидкость на своих ладонях и намылила голову. Потом выдавила ещё немного и растёрла по остальным участкам тела.
Из душа девушка вышла в прекрасном настроении, пританцовывая на ходу. Чистое полотенце она нашла в одном из выдвижных ящичков у раковины, однако ни халата, ни даже фена для волос здесь не имелось. Пришлось довольствоваться одним полотенцем. Она принялась тщательно вытирать им волосы, впитывая остатки влаги.