Чтение онлайн

— Да не знаю, Домовой сказал, что она интегрирована в корабль, или сама является кораблем, здесь я плохо понимаю. Я, простите не по этой части. Она выглядит как глаз на стебельке с присоской вместо рта — присоска, кстати, похожа на осьминожье щупальце. У меня каждый раз, когда его вижу плохие ассоциации возникают. Но вы тоже странный, точнее выглядите как две половинки от разных частей.

Кра, не слишком вслушиваясь в мое бухтение, метался по достаточно большому залу, на полках которого стояли удивительной красоты табакерки. В первый момент мне показалось, что это лавка по продаже табака, но потом я вспомнила о зелье отвода глаз.

— А вы и в реальности так выглядите? — решилась задать очередной вопрос.

— Ну, учитывая ваши способности фантазировать, думаю, что могу показать свой истинный облик, и проверить одну гипотезу.

Его образ дернулся и посредине помещения заклубился плотный перламутрово-серый туман, в котором то и дело мелькали самые разнообразные руки.

— Очевидно невероятное, — протянула я восхищенно, — вы тысяче рук? Наверное, если Ной-я Сигма, то у вас тайное имя Пси ?

В тумане то ли зачихало, то ли закашляло и из него ощутимо зафонило удивлением.

— И где вы говорите она ваш нашла?

— Она не нашла, это мы ее нашли в старом колодце, а она обрадовалась и засосала нас с концами. Зараза.

— Знаете, возможно, она слишком буквально восприняла слова Беты. Когда мы в последний раз общались с нашей планетой, он сказал, что остановить непонятную болезнь нам не под силу и Альфа запускает стазис, в котором наш мир пробудет до тех пор, пока фантазия других существ позволит найти исцеление.

— И какая же болезнь постигла столь могущественную расу, — спросила я, выплывая из странного состояния, навеянного странным десертом.

— Творящие стали против воли создавать Зло, — опустившись до шёпота ответил он.

— И вы?

— Нет, мы с Сигмой были на границе нашего мира, когда нас достигла эта информация и рекомендация как можно быстрее покинуть пределы системы. Мы не могли не подчиниться, надеясь найти лекарство мы поплыли в межзвездное пространство ощущая спиной холод стазиса.

— И что, за все это время не нашлось лекарства?

— За все время только толще становится скорлупа, не позволяющая проникнуть внутрь.

— Какая-то неправильная загадка, — прокомментировала я, прислушиваясь к странному шуму.

— Кажется за вами пришли, — сообщил тысяче-рук, возвращаясь в свое более привычное для обитателей этой планеты состояние.

— Так может вы с нами, раз нам не удастся отвертеться от миссии вашей Сигмы.

— Боюсь, что путешествовать внутри того, во что превратилась она не смогу. Но знаете, Ледания, я пришлю вам на корабль не только зелье отвода глаз, но и кое-что, — он замялся, — как вы относитесь к домашним животным?

— К котам?

— Не знаю кто это.

— Коты правят мирами. Они с усами, хвостами и огромными глазами.

– Я вижу в вашей памяти лысого, черного и с крыльями.

— Ну это не совсем кот. Точнее, это совсем не кот. Но когда я вижу Черныша и во что он превратился, то иногда скучаю по этому маленькому крылатому кото-фею.

— За идентичность не ручаюсь, но попробую. Слишком симбулярна его внутренняя структура, а я так давно не творил.

— Я не специально, — оправдывалась я перед всей командой в рубке.

Раздраженный капитан, которому больше четырех часов пришлось выслушивать комментарии Ной-я, был мягко сказать раздосадован.

Нет, она явно не оставила своих попыток свести нас в одной постели, но в данной ситуации, что там она распыляла в воздухе корабля утратило свою концентрацию, позволяя мне не улыбаться на выволочку.

— Значит, чем больше у меня проколов, тем чаще ругает капитан, и тем меньше концентрация гадости, если бы еще и антидот придумать, так вообще благодать бы была, — размышляла я, пока заканчивались последние приготовления к старту.

— Все приобретенное вами на стихийном базаре доставлено в вашу каюту. И не смейте кормить этим экипаж, — продолжал Домовой, озвучивая суфлерский текст, который бубнила Ной-я своей присоской.

Я же, после разговора с тысяче-руком глядела на нее по-другому. Какие эксперименты она ставила на себе или с собой, превратившись в живо звездолет, я даже не могу вообразить, но то, что ее поиски наконец принесли крохотную надежду, радовало и чуть-чуть огорчало, что надеждой я себя совершенно не ощущала. А у Ной-я с тех пор испортился характер, и с этим ничего нельзя поделать.

Мне удалось еще перекинуться парой слов с Трампином сразу перед стартом и упаковыванием в кресла.

— Ты случаем не знаешь, куда нас теперь занесет это?

Он слегка улыбнулся, вспоминая какими словами я награждала Альтер-эго корабля.

— Я слышал что-то об апгрейдах.

— И нафиг ей апгрейды если она сама один сплошной апгрейд.

— Может и нет. Видимо фиксированная оболочка звездолета предполагает симбиоз с ней. А ты сама понимаешь, что после ремонта ее только подлатали в рамках существующей конфигурации.

— Значит сейчас мы полетим к создателям звездолета класса Пегас V. — Трампин кивнул, уходя в сторону капитана.

— И чем таким ценным нам придется рассчитываться за апгрейд? — бубнила себе под нос, лежа в кресле и всматриваясь в звездные дали, видимые на экране. — Что-то подсказывает мне, что нам и десять ледяных астероидов не помогут. Может поискать золотой или платиновый? А лучше алмазный!

Маршевые двигатели мягко оттолкнули Ковчег от планеты, и мы отправились к границам системы. А потом мы опять прыгнули. И только после этого нас отпустили из рубки.

Я с блаженством растянулась на своей кровати, рассматривая гору коробок и коробочек. Мои покупки грели, как и чудесные воспоминания. Особенно радовал сакральный процесс поедания Ной-я. Я вспоминала фудощуп и его уничтожение как частичный реванш над сигмой.

— Ладно, нужно разложить покупки, — вытолкнула себя с горизонтального положения.

— О, а что это у нас здесь? — я смутно помнила лавку Кра, но вот эти табакерки, а также шкатулка были выполнены уж в очень похожей технике.

Я протянула руку к шкатулке и открыла ее.