Чтение онлайн

Я закивала, — но не сама, может ты скажешь, Трампину к примеру.

Но ничего не пришлось говорить, как и следовало доказать, Ной-я отслеживала звуковые файлы со всех уголков корабля. И это наводило на не очень приятные ассоциации.

Но зато позволяло быстрее принять вожделенную ванну. И я смирилась, пока что.

Никакой приватности, — возмущалась я спустя пару часов, проводя тест-драйв душевого поддона.

Возмущалась в уме, так как ситуация с подслушивающей Ной-я не только напрягала, но и с каких-то пор злила.

Предложенный мной вариант она обыграла и выдала за свой. В процессе спайки с достаточно большой глыбой льда, пополнила наши запасы воды. Кинула косточку в мою сторону, на сердешная, помойся, а то от тебя пахнет эмоциями.

С одной стороны мне бы радоваться, к путешествию мы подготовимся на высшем уровне, но с другой стороны, так и хотелось стукнуть глаз с присоской, чтоб он стал фиолетовый, в точечку. Или как синяк, на третий день после драки, если не применять мазей.

Точно, вот такого цвета она бы удовлетворила мое чувство справедливости.

Наконец, убедившись, что я прекрасно втискиваюсь наискосок и перетянув этажерку ближе к кабине, в качестве подставки для ног, я принялась перебирать запасы в сумочке.

Вот каждый раз не могу нарадоваться подарку Жемчужной Леди, она, как нельзя лучше прочувствовала сокровенное желание любой женщины — иметь в сумке достаточно места, чтобы в нее можно было втиснуть все, что хочется.

После последнего пополнения моей сумки Чернышом, я чувствовала себя обладательницей сокровища.

Отрыв флакончик пены с ароматом цветущих яблонь и смягчающей соли, приступила к созданию божественной ванны.

— Вот не представляю, как можно не любить, это поистине феерическое удовольствие, отрегулировав напор воды я разбросала пену в стороны, прежде чем опуститься в теплые ароматные объятия.

Закрыла глаза и понеслась в воспоминаниях на дачу к бабушке.

Даже жужжание пчел слышу, отметила краем сознания, прежде чем распахнуть глаза, осознав, что это не пчелы.

На моем унитазе сидел Трампин, держащий на руках Черныша и вдвоем заинтересовано рассматривали мои пятки, ноги и даже не хочу знать, что из них только что предлагал пощекотать эту пятку.

Орать и выскакивать из поддона я не рискнула, еще глубже осела вниз, стараясь скрыть от любопытных взглядов все до самого подбородка.

Правда при этом ноги показались еще больше. Но ноги я свои любила.

— Чем обязана, — спросила первое что пришло в голову.

— Представляешь, — слез Черныш с коленей Трампина, — на санузлах стоит полог тишины, или конфиденциальности, — поскрёб он затылок, выговаривая по слогам. — И еще все санузлы соединены в замкнутую систему, и я могу строить в ней маленькие — он показал пальцами какие, — тропы. Хотя и не понимаю, изнанка это мира, или изнанка данного корабля.

— А может это корабль — мир? — выдала собственную гипотезу, замечая, как блестят глаза Трампина, по мере уменьшения шапки розовой пены.

— Так что, мы заложники мира Ковчег, — возмутился Черныш, — и у него изнанка это санузлы? Поздравляю, теперь совещаться будем по очереди в наших душевых.

— А почему по очереди? — решила все же уточнить.

— То есть, если Ной-я, заподозрит тебя в повышенной чистоплотности, она не захочет проверить, что ты делаешь в своем санузле постоянно?

— А?

— Я с любого санузла могу перенести вас либо в свой, либо в Трампина, либо в твой. Эти три безопасны.

Наконец Трампин отмер и вставил реплику.

— Может это и будет выглядеть странным, если за нами следят, но можно, по крайней мере запутать сигму.

Ну да, бывает, что сразу три члена экипажа уединяются в разных частях защищенных от подсматривания, подслушивания и контроля.

— Наверное кому-то не понравилось, как команда поет в душе. — Я представила в этот момент Скорпа, исполняющего бравурный марш, решив, что подобные песнопения точно и мою бы психику нарушили. Мне один раз хватило, когда он исполнил сей опус после победы в соревнованиях учебной базы.

— Только нужно договориться о времени, а то у меня фобии начнутся, — я может тут думаю!

Трампин понимающе хохотнул, Черныш закивал.

— А давайте через пол часа после того, как вспомним Зефирчика.

— Почему Зефирчика? — я не поняла аналогии.

— Да потому что на него можно все списать и вставить в любое предложение. «Ну типа», — а Зефирчик сказал бы нет, или да.

— Ага, — теперь уже зафыркала я, — а Зефирчик мог или не мог. Отличное предложение, и пусть ему там не один раз икнётся. А теперь выметайтесь, у меня вода остыла!

Оставшись одна, я спустила воду и стала под обжигающе горячие струи, вспоминая улыбку Трампина, и как он оглаживал взглядом мои длинные ноги. Предвкушающе, я бы сказала.

Выяснять считать ли Ковчег микромиром с микро-богом в виде Ной-я или воспринимать космолет продуктом созидания какой-то расы человекоподобных существ, для себя я так и не решила.

И помешало мне исключительно невероятное событие — галактический сельскохозяйственный базар.

Сначала я, конечно, расстроилась, бродить по продовольственному рынку, это не очень познавательно, но потом мне подкинул идею Черныш, что можно попытаться определить с помощью продавцов, в какую часть Вселенной нас забросило. Все же изучение справочника рас было удачным вложением.

Оказываясь вне воздействия корабля и, Ной-я, капитан становился почти адекватным мужчиной. Хотя я периодически и ловила на себе его взгляд, но скорее в нем было удивление.

Почему удивление? Наверное, потому что до сих пор не скребусь в его каюту и не вешаюсь на шею.

Знала я таких мужчин в молодости. Состоявшиеся и привыкшие добиваться поставленной цели они переводили отношения с понравившимися женщинами в разряд денежных.

Я тебя пригласил в ресторан, подарил цветы, и если ты приняла приглашение, то обязана после третьего свидания дать доступ к телу. Хотя попадались и такие, которые требовали этот доступ и после первой встречи.

А вообще наш кармический капитан вне корабля во мне будил несколько отличные от влюбленности чувства. Вопросы почему нам и за что, — это были основные критерии этих самых чувств. Хотелось постучаться головой в переборку корабля и спросить: «Нафаня, пошто изверг, подсунул нам эту свинью?»