Чтение онлайн

— Это тут вообще причем?

— Люди, свет?

Губы девушки растянула несколько глуповатая улыбка.

— Люди, да. Рыцари. И все на лошадях, с мечами. Я тоже. И мы скакали, быстро, как по-настоящему. Самый лучший сон.

Кэларьян выдохнул и прикрыл глаза. Самый лучший сон. Одна беда от рыцарей, но это лучше, чем Ригелли. Хватит и того, что он дотянулся до Гансварда.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала, — попробовал он наудачу. — Поручение. Очень важное.

Карланта приподняла одну бровь:

— Да что может быть важнее защиты? Мы должны забить ставни досками.

Он устало потер веки. Вот уж чего не стоило делать — в запертый дом вломятся любой ценой, уж проще оставить двери открытыми настежь.

— Ты не понимаешь, это важнее всех наших вещей и денег. Даже жизней, — добавил он для пущей убедительности, соображая на ходу, как лучше объяснить ее отъезд. — М-м-м, нужно чтобы ты отвезла кое-что в мой дом в Корсии. Спасла от грабителей.

— Кое-что? — переспросила Карланта с усмешкой. Ей не стоило труда раскусить его ложь.

Он все же попытался еще раз:

— Книги. Очень ценные. Они не должны попасть не в те руки.

Глорпка нахмурилась:

— Снова книги? Те, из-за которых тебя чуть не убили? Да я сама их сожгу!

Боже, он просто жалок. Несет такую околесицу, что ложь видна за милю, и говорит с ней, как с ребенком. Сказать ей правду? Что, узнай о ней Ригелли, он из кожи вон вылезет, но найдет способ совершить свою месть?

— Карланта… — он не просил, а умолял. Ригелли убьет ее, не задумываясь, убьет прямо у него на глазах. Что он сделает с ним самим, уже не было важно.

Глорпка молча покачала головой. Да разве он сам уехал бы на ее месте? Никогда. Только если что-то оказалось бы действительно настолько важным… Он замер на мгновение и отставил вино. Адемар. Он выжил, но уже лишен короны. Принца Сейтера зовут наследником, а Адемар находится на грани смерти где-то далеко от людей — кто-то должен сообщить королю, пока не стало слишком поздно. Кэларьян забарабанил пальцами по столу. Но этот след в свечении… Случайно Адемар попал на путь формулы или кто-то из Ордена, наплевав на клятвы, решил продать свои умения солдатам? Если принца будут искать в Светлом мире, уверенность Карланты в том, что он жив, создаст между ними опасную связь, тонкую золотую ниточку, которую вполне может распутать высший посвященный. Девочку могут заметить и убрать без всякой связи с Кэларьяном. Он запустил руки в волосы и потянул себя за жидкие пряди, не в силах принять решение.

Он ведь клялся служить на благо королевства. И это не пустой звук. Что если посвященные пролезут с принцем Сейтером к престолу? Готовы ли они к той незаметной рутине, которую он выполнял при дворе? Вряд ли. Скорее, им снятся лавры Ригели. Они уже показали, что готовы забирать жизни вместо того, чтобы спасать их. И едва ли понимают, что Ригелли был таким же пленником посвящения, как и любой из них. Кэларьян ни разу не спросил его, отнял ли тот хоть одну жизнь, чтобы в своей великой войне Вилиам не потерпел ни одного поражения. Ригелли мог один погубить целое войско, но хотелось верить, что не делал этого, потому что запрещал другим. Такой глава нужен Ордену и теперь, иначе все они ринутся за наживой и обожгутся также, как обжегся Ригелли…

— Дедушка?

Он очнулся и понял, что все еще сидит, схватившись за голову, и бездумно смотрит на стакан с вином. Он клялся служить королевству. И клялся, что посвященные не превратятся в убийц. Решено. Хорошо, что здесь нет Гансварда, он никогда не понимал таких вещей. Это будет всего лишь небольшое послание, слабая связь, у Адемара полно связей куда заметнее этой. Карланта передаст письмо и уедет в Корсию. В доме под защитой ее никто не увидит.

— Ты должна немедленно ехать с моим поручением.

Карланта подняла глаза к небу:

— Снова выдумки.

Он закивал. Все это была ложь, да, но теперь он нашел правду, которая не заставит Карланту проклинать его, а убедит покинуть город.

— Принц Адемар жив, — сказал он просто.

Карланта уставилась на него, не мигая. Сейчас он не врал, и она это видела.

— Но тот рыцарь за стенами… Сказал, что принц умер.

— И верил, что это правда, — согласился Кэларьян. — Это и есть правда. Почти. Принц ранен и скрывается, но он жив. Я знаю это так же точно, как то, что живы мы оба, — он показал на себя и Карланту. — Но больше не знает никто.

— Как ты узнал? — прошептала Карланта. Она оставила свои хлопоты и снова присела рядом с ним на корточки. Да, он не прогадал с предлогом. Осталось только незаметно сплести правду с ложью.

— Неважно. Но нам нужно известить короля, и ты передашь послание.

Глаза Карланты округлились, и можно было только гадать, какие картины ей уже рисует воображение. Нужно обратить его в сторону Корсии. Но он не успел продолжить, потому что Карланта вдруг указала рукой в сторону крепости:

— А ты не рассказал послам? Которые поехали в Хаубер?

Снова подозревает.

— Я узнал только сегодня.

Он не стал придумывать, кто мог бы принести ему известие. Солдат из армии Эштона, тайный посланник, голубь от неведомого друга, — одно не лучше другого. Он замолчал, довольствуясь той правдой, что у него была. Карланта кивнула.

— Я поняла, но…

— Ты слышала, что говорят в войсках — наследником объявлен младший принц. Случайность это или измена, не знаю, но медлить нельзя.

Глаза Карланты все еще горели, но она села на пол и посмотрела в сторону.

— Девочка? — похоже, наступало самое трудное.

— Сколько времени уйдет на все это?

— Ну, — он замялся, соображая, как увязать все сроки так, чтобы она не успела на север до того, как сойдет снег. Как лучше использовать эту просьбу? Догнать послов Дагобера? Нет, оказавшись среди них, она уже не свернет в Корсию — несложно догадаться, что выберет Карланта между поручением в старом доме и королевским дворцом. Работает ли еще та сеть, которой пользовался Эно, начальник шпионов? — Ты отдашь письмо в Мирванде, в таверне. Точнее, письма. Для короля, кое-кого из старых друзей и для Адемара. И… — тут он щелкнул пальцами, придумав хитрый поворот, — поедешь в Корсию, где будешь ждать принца в условленном месте. В моем доме. Там есть то, что ему нужно, и я дам тебе инструкции. Я сам туда приеду, когда закончится осада. Месяца через два, не больше. А ты убедишь его меня дождаться.

Он не заметил, как совсем заврался и прикусил язык, но Карланта уже оставила свои подозрения, она думала о другом. Скрестив ноги, как пустынник на ковре, она смотрела на него так, как будто он жестоко разыграл ее.

— Но… я ведь… — она развела руками, — не успею домой. Я обещала вернуться до лета, — ее губы растянула нервная улыбка, которой награждают неудачные шутки. — А если не успею до схода снега, то придется ждать еще полгода. Да Ирбег и Харан с ума сойдут. А мать? Отправь кого-нибудь другого, — на этих словах ее глаза погасли.