Чтение онлайн

...все-таки сволочи.

Спал Ричард спокойно.

***

Лайра Орисс стояла перед зеркалом. Платье ее, заказанное несколько недель тому, было идеально. Тафта молочного оттенка. И серебряное кружево. Нарочито простой крой, и вызывающий разрез, скрытый в складках юбки.

Короткий шлейф.

Открытые плечи.

И полупрозрачная накидка, расшитая крохотными камнями. При каждом движении они вспыхивали, и сама лайра Орисс себе казалась драгоценностью.

– Я рад, что ты быстро образумилась, - отец сидел, закинув ногу за ногу.

– Да, папа.

Она позволила себе улыбнуться.

Волосы оставить распущенными? Или уложить? Ничего сложного... никаких лент, камней и перьев... донесли, что шиммерийка очень ленты любит, и весь двор - курицы бестолковые - кинулись использовать их... ничего, лайра Орисс не боялась выделяться.

– Ульрих, если подумать, неплохой вариант... он наследует Гильдию... хотя, конечно, в нынешних обстоятельствах наследство весьма сомнительного толка...

Нет, с распущенными связываться не стоит... они лишь вначале выглядят прилично, а потом начинают сбиваться, путаться и к концу вечера Орисс будет выглядеть просто лохматой.

Императрица не может позволить себе подобного.

– ...хотя при должном подходе все еще можно изменить. Император намерен провести реформы, и если Ульрих их поддержит, то станет главой Гильдии куда раньше, нежели надеется.

– Это очень мило с твоей стороны, папа...

...гладкая прическа?

Или коса?

Коса, уложенная короной? Почему бы и нет? Выглядеть должно неплохо... и тиара на голове, та самая, подаренная Императором.

Почему бы и нет?

Наверняка, шиммерийке донесли... пусть позлится, пока жива и не утратила способности испытывать злость. Орисс улыбнулась уже вполне искренне.

– Ты у меня красавица, - отец выпустил колечко дыма.
– И умничка... вот увидишь, мы еще заставим их считаться с тобой...

– Конечно, папа...

...в этом она не сомневалась.

***

Сон принес облегчение.

Ричард открыл глаза и уставился на балдахин. Тяжелый такой балдахин, расшитый золотыми розами. С него свисали шелковые шнуры с кистями.

Постель была бела.

Простыни свежи.

Пуховое одеяло грело. И впервые за долгое время Ричард действительно выспался. Ощущение было... непривычным.

Он потянулся.

Сел.

– Рад, что вам стало лучше, - лойр Вильгельм сидел в кресле. За его спиной статуей застыл аррвант.

– Утро доброе...

– Скорее ночь, но это, если разобраться, такой пустяк...
– лойр поднял бокал.
– Ванна готова... и ужин ждет. Полагаю, вы проголодались...

В животе заурчало.

Ужин проходил в небольшой гостиной, стены которой украшали картины уродливых существ. Не будь Ричард некромантом, аппетит бы ему подпортили.

– Это пороки человеческой души, - лойр Вильгельм ел мало. То ли проголодаться не успел, то ли в принципе был похвально умерен.
– Вот это жадность...

...он указал на тварь с огромной пастью, полной острых зубов. Тварь была космата и криволапа, и больше всего напоминала выжляка. Хотя... эти твари жрут все, не особо разбираясь, по зубам ли добыча. В голодную пору и камни глотают, а один, сказывали, попытался сожрать вола, который, хоть и дохлый, а все равно мясо.

И лопнул.

Так что да, жадность...

– Их писала еще моя прапрабабка... есть подозрение, что картины эти - молчащие артефакты, и если найти способ активировать их, то мы вернем утраченные знания, - он отправил в рот крошку паштета, которую старательно разжевал.

Ричард угукнул и сосредоточился на еде.

Когда в следующий раз получится перекусить, только проклятые боги знают... а тут неплохо. Паштеты. Перепелки. Рыба какая-то... и что-то, больше всего похожее на жабью икру, посыпанную сверху тертым серебром.

– Хочу обратить ваше внимание на вот это создание... оно именуется безумие...

На первый взгляд картина выделялась средь прочих своей нормальностью. Женщина стояла, подняв скрещенные руки.

Вот только кожа с ладоней была содрана.

И лицо - безглазо.

Улыбка ее вызывала безотчетный страх...

– Она написала ее первой... в дневниках упоминалось, что это - единственное, что она может сделать для своей императрицы... они дружили. В той степени, в которой это вообще было возможно...

– Ага...
– Ричард захрустел куриным крылышком.

Наверное, стоило сказать что-то вдохновляющее и вежливое, но подходящих слов не находилось.

– Безумие - его свита... вот что она написала. Полагаю, это касается последнего императора.

– Угу...

– Он вообще говорить умеет?

– Умеет, - заверил Альер, устраиваясь за столом. Он создал себе креманку с жабьей икрой и ложечкой снял вершинку.
– Просто не хочет... он у нас любит притворяться более примитивным, чем есть на самом деле...

– Я не примитивный.

– Просто дурно воспитанный, чем и гордится.

– Это несколько... нелепо.

– Мне надо во дворец, - Ричард запил курицу соком и подвинул к себе блюдо с паштетом. Запеченный с грибами, тот был невероятно вкусен.
– Попасть...

Альер вздохнул и руками развел. А лойр Вильгельм наклонил голову.

– И вас не интересует, что вы безумны?

– Еще не совсем, -- на всякий случай уточнил Ричард.
– Я, так сказать, в процессе...

– И чувство юмора, как у висельника...

Накрахмаленной салфеткой пальцы вытирать было не слишком удобно.

– Я не шучу, - Ричард отодвинул недоеденный паштет и позволил себе рыгнуть. Все же переел...
– Я понимаю, что схожу с ума. И что осталось мне не так уж много... главное, пока осталось, я должен успеть. А там... не знаю, хорошо бы героически погибнуть... тогда мои заслуги признают. Наградят посмертно... может, титул пожалуют, чтоб уж наверняка... памятник какой захудалый...