Чтение онлайн

– Эта активность не могла не остаться незамеченной... полагаю, даже столь далекий от политики человек, как ты, слышал, что смерть предыдущего Императора была несколько... неожиданной?

Ричард нахмурился.

Слышал?

Вроде да... что-то такое болтали, что молодой и вообще... траур тогда объявили и, что куда актуальней, перенесли экзамен по малому рунному кругу на целую декаду.

– Ясно, - лойр Вильгельм вылил содержимое ступки, которое стало не порошкообразным, но жидким, тягучим и цвет имело бледно-голубой, в кружку.
– До смерти Императора тебе дела не было.

– Сомневаюсь, что ему было бы дело до моей гибели, - Ричард завороженно наблюдал, как синее зелье темнеет. Пара капель алой жидкости.

Стеклянная палочка, которая оплавилась и лойр Вильгельм нахмурился.

– Опять белокопытник порченный привезли... ни на кого нельзя положиться, - он палочку отложил и снял с полки склянку с полупрозрачным настоем, в котором плавали белые хлопья. Потряс.

И выловив пальцами особо крупный кусок, отправил его в зелье. Цвет стал темнее, насыщенней.

– Так вот... Император и его супруга, женщина тихая, мирная и далекая от интриг, вдруг заболели... и болезнь их была не известна нашим целителям. Поднимали архивы, но не нашли ничего подобного... а главное, что никто не заразился, и это тоже было странно. Болезнь пришла и ушла... конечно, искали и проклятье, но не обнаружили. Впрочем, я не о том. Незадолго до своей кончины Император, будучи здоров, заговорил о необходимости реорганизации Гильдии.

Он сжал чашу в ладонях и цокнул языком.

Прислушался.

– Более того, он был готов подписать указ о разделении и снятии части полномочий. А еще об отставке любезного Главы. Сам понимаешь, молодому Антонию стало не до того. Он не был готов получить Империю со всеми ее проблемами... а Гильдия пришла на помощь. И не только советом.

Лойр Вильгельм протянул чашку и велел.

– Пей.

– Это?

– Это. Вкус, полагаю, будет омерзительным, но оно того стоит.

Ричард сомневался. Запах... как ни странно, запах у зелья был даже приятный, как у маминого малинового компота, куда она мяту добавляла для прохлады и чтобы сладость уменьшить.

Но тем и подозрительней.

– Для чего это?

– Зелье берсерка... интересный, к слову, рецепт. Просто и магии самую малость, но при том значительно увеличивает и силу, и выносливость. Повышает болевой порог. И устойчивость к внушению. Его использовали гладиаторы на арене.

Сладкое, даже омерзительно сладкое, и тягучее. Оно не глотается сразу, и приходится делать усилие, чтобы не стошнило. Ричард не чувствует ничего, разве что желание хряснуть склянкой о стену.

А где обещанный прилив сил?

– Действие продлится часов двадцать, но потом будет плохо, - с запоздалой любезностью предупредил лойр Вильгельм.

– Можно подумать, мне сейчас хорошо, - Ричарда передернуло.

– Именно. Но ты этого не понимаешь. Возвращаясь к теме нашей беседы. Я давно пытался понять его... старый Фитцгольд не так уж глуп, чтобы надеяться раз и навсегда разрешить проблему. Он убил Императора? Вполне возможно. Но тогда почему не убил и Наследника? Последний из рода... убрать его и самому занять трон. Гильдия поддержала бы, а с ними вряд ли кто-то осмелился бы спорить. Тогда почему?

– Это вы у меня спрашиваете?

– Это я думаю вслух, - отмахнулся лойр Вильгельм - И теперь мне стало понятно. Если Фитцгольд знал о возвращении императора, то... занимать трон было сущим безумием. А вот поддержать, встать по правую руку того, кто некогда считался величайшим из некромантов... да, это определенно принесло бы выгоду и ему, и его семейству.

Лойр Вильгельм бережно провел рукой по книгам.

– Не все они так уж безобидны... интересны. Точны. Порой отвратительны и ужасающи, как и время, их породившее. Фитцгольд жаждет почти абсолютной власти... думаю, он присмотрел себе провинцию-другую, куда удалится доживать свой немалый век и совершенствоваться... правда, до того он прольет изрядно крови, но куда ж без этого...

Он переставил склянку на стальную поверхность стола-очистителя и щелкнул пальцами.

– Что до остального, то... я имел несколько любопытных бесед, в том числе получил письмо не только от дяди. Если помнишь некоего градоправителя, который затеял кое-что, совершенно недопустимое с точки зрения гильдии... он и меня в свою школу пригласил. Я ответил согласием. Пожалуй, не только я, но... мы все понимаем, что новая школа нужна и давно, однако Гильдия не допустит конкуренции.

Ричард кивнул.

Сил не прибавлялось, разве что усталость отступила.

– Поэтому, если твоя безумная затея позволит несколько... изменить расклад, не говоря уже о том, что возвращение Императора может обрадовать лишь таких редкостных засранцев, как Ульрих и его дражайший дядюшка... сегодня я разошлю весточки моим друзьям. Полагаю, на балу будет... весело.

Он криво усмехнулся и, потерев подбородок, признал:

– Не люблю убивать... особенно, некромантов.

Глава 25. Леди и бал

Гудел бубен в руках орчанки. Это было по-своему красиво, тяжелая ее ладонь взлетала и опускалась, замирая над темной поверхностью бубна, и пальцы касались этой поверхности нежно.

Вздрагивали нарисованные олени.

Кривились духи гор и рек.

Издавали протяжный неприятный звук, который, будучи заперт в камне, звенел яростью.

Орчанка запрокинула голову. Глаза ее были закрыты. Губы плотно сжаты. Она покачивалась, в такт ударам, и плечи ее легонько вздрагивали.

Серый человек ждал.

– Духи...
– орчанка приоткрыла желтые глаза.
– Духи говорят, что сегодня правильная ночь. И тот, кто ушел, вернется. Духи говорят, что все предрешено.

– А больше твои духи ничего не сказали?

– Сказали, - милостиво кивнула она.
– Что нужно встретить и помочь человеку, который поднимет мертвеца.

– Что?

– Мертвого уже не убьешь, а вот когда мертвое станет живым, - она была терпелива и снисходительна, и рядом серый человек чувствовал себя глупо.