Чтение онлайн

– Но как же…

– Разгневанный дракон - это вам не шутка! Идемте.

У мэтра Власа в разгаре было совещание. О чем мне и сообщил Рон, попытавшись грудью закрыть дверь переговорной. Но я легко его снесла воздушной волной и выбила двери. После чего в полной тишине вошла в зал, где дюжина профессоров во главе с ректором обсуждали грядущие экзамены. В той же тишине подошла к мэтру и бросила на стол перед ним тетрадку, где было выведено моим подчерком ‘Выявлены признаки ментального воздействия’.

Мэтр глянул на меня на тетрадь, потом снова на меня и дверь. Узрел в проходе взволнованного профессора Сильвана и уже что-то нашептывающего магистра Стафана.

– Не стоит, - остановил мэтр декана, а потом последовал приказ, - оставьте нас.

Профессора, с любопытством поглядывая на нас, стали освобождать помещение. Через минуту мы остались одни. Совсем одни, так как кто-то починил дверь.

– Зачем?!
– Прошипела я.

– Никто не собирается заставлять тебя делать то, что ты не хочешь, - начал оправдываться мэтр.
– Это для твоей безопасности.

– Безопасности?!
– Взвизгнула так, что стекла в окнах задрожали.

– Василика, успокойся…

– Знаете что…

– Успокойся! И послушай меня.

А вот и приказы пошли. Я почувствовала, как успокоение медленной волной начало затапливать сознание и тело. Захотелось удобно строиться на стуле и со всем внимание слушать мэтра.

– Ненавижу вас, - тихо прошептала, прикрыв глаза и пытаясь бороться с приказом из вне.

Но мэтр услышал. Давление на разум тут же пропало.

Почувствовав это, встрепенулась, разгневано глянула на потрясенного мэтра Власа и, гордо задрав нос, покинула переговорную.

– Разойдитесь!
– Рявкнула, когда оказалась в приемной, и профессора отшатнулись, освобождая мне проход.

Вечером состоялся разговор с Алеком. Я уже поостыла, поэтому другу удалось донести до меня основную мысль. В первую очередь безопасность: Маска Шрезера одно из немногих заклинание, которые могут подавлять ментальные воздействия, теперь никто не сможет принудить меня пожертвовать собой. Во-вторых, мэтр Влас будет всегда в курсе, где я нахожусь, и поспешит на помощь, если понадобится. И в-третьих, никто и никогда не будет меня ни к чему принуждать. И вообще, лучше пусть будет он, Алек, а не Алира или Натан.

Я это все прекрасно понимала. И даже была частично согласна, но… На душе было так тоскливо.

– И где наша дракошка в одуванчиках?
– Весело спросил мэтр Утан у своей ученицы, которая и не ожидала его появления, потому что вовсю наслаждалась редким выходным.

Девушка тут же вскочила, оправила юбку, уронив книгу, которую читала, а затем ножкой запихнула под диван. Но затем опомнилась и с достоинством уселась обратно.

– Вот вы и сами ответили на свой вопрос, - улыбнулась Эми, наблюдая, как наставник устраивается напротив, с досадой думая, что сейчас ее будут отчитывать за любовный роман. Мэтр отчего-то не приветствовал такую литературу.
– Полянку свою поливает.

– А что, эпопея с посадкой уже закончилась?

– И слава Небесам!
– Вздохнула Эми.
– Крестьяне еще приносят одуванчики, но Лика с ними сама разбирается.

– Ты так ей и не рассказала?
– Перешел мэтр Утан к цели своего прихода в дом Василики.

– Нет, нет, - взволновалась девушка.
– Я много думала об этом. И решала пока ничего не говорить Лике. Все расскажу после того… как все случится.

– Как по мне, пусть лучше знает.

– Нет, нет, - снова повторила Эми.
– Еще разволнуется, распереживается. Итак бед много… Зачем вы с ней так?

– Я был против, - спокойно отвел мэтр Утан, сразу поняв, о чем спросила его ученица.
– Вообще, это была идея Алиара и ему удалось убедить Власа о необходимости такой меры. Он сам хотел наложить заклинание, но Влас привлек сына. И это к лучшему.

– А какая разница? Дракон или Алек? Суть одна…

– Не скажи… - улыбнулся некромант.
– Алиар уже несколько лет мечтает, чтобы Влас и твоя сестра поженились. Если бы заклинание накладывал Алиар, Василика уже во всю готовилась бы к свадьбе.

– О!
– Эми потеряла дар речи.

– Влас слишком благороден, чтобы воспользоваться своим положением, потому и привлек к делу своего сына.

– А на мне тоже есть нечто подобное?

– Нет, - показал головой некромант.
– Я был против и не позволил. Ты моя ученица и я несу полную ответственность за твои поступки и твою жизнь. Но ты у меня девочка умная, и я тебе полностью доверяю.

Эмирьяра расцвела от этих слов. Гордо вздернула носик, но затем погрустнела:

– Жаль, что у Василики нет такого понимающего наставника.

– Разберутся, - уверено ответил некромант.
– И все-таки я настаиваю, что Лике необходимо знать.

– Нет, - твердо ответила девушка.
– Расскажу после того, как все случится. Все пойдет по плану?

– Разумеется, - не понял намека мэтр Утан.

– А пораньше никак нельзя?
– Море надежды в голосе Эми.

– Нет. Все случится через три недели, в середине мая, как и планировалось. И это не обсуждается!
– строго закончил некромант.

Прошло уже две недели с того дня. Я все же могла смириться с наличием в моем сознании подавляющего волю заклинания. Но обида сохранилась. На все попытки примирения не отвечала, и от меня быстро отстали со вздохом облегчения: ‘Наверное, это и к лучшему’. Мне после этого сделалось еще обиднее.

Надо же так не доверять мне. И не верить в меня!

Бесцельно бродила по безлюдным коридорам Академии. Вообще-то сейчас я должна была сидеть на лекциях, но было лень, и я решила нагло прогулять. Только не учла, что остальные студенты не отличаются такой безалаберностью, как я. Да к тому же угроза отчисления за прогулы не была такой уж нереальной - отчисляли, и иногда даже без права восстановления.

Мне же это не грозило. Да если и отчислят - ничего страшного, пойду в ученицы к Рихару. Он из них всех самый адекватный.

Шла по переходу от корпуса целителей в башню эльфов. Пройдя очередной поворот, наткнулась целующуюся парочку. Эльф и эльфийка.

‘Надо же, какой страстный!’, - восхитилась я, наблюдая, как эльф прижал возлюбленную к стене своим телом, одна рука запуталась в ее волосах, а вторая медленно поднималась от талии к груди. Девушка же, не замечая этого, буквально висла на плечах мужчины, жадно принимая его поцелуи и постанывая.

И мне следовало бы незаметно уйти, чтобы не смущать влюбленных, но только одним из целующихся был мой дорогой, мой любимый, мой обожаемый лорд Итилорин.