Леди Лика. В погоне за мечтой

– Вы звали меня, матушка, - я зашла в полутемную комнату, спальню матери. Это была большая богато обставленная комната - стены обиты кремовым шелком с причудливым узором. В дальнем углу большой шкаф с зеркалом во весь рост, диван два кресла и столик. В другом углу - книжный шкаф, комод и пианино, по середине большая кровать под балдахином, рядом с которой стоит туалетный столик, уставленный всякими баночками и коробочками, напротив кровати висит большой протрет мамы в полный рост. Окна занавешены тяжелыми шелковыми шторами. На полу мягкий ковер.

– Зашторь получше окна - этот свет убивает меня - и подойди ко мне, - послышался слабый голос.

Я подошла к окну - небольшая щель между шторами пропускала тонкий лучик дневного света, который так злил мать.

Она болела и уже не в первый раз. Она потеряла ребенка - случился выкидыш. И это уже не в первый раз. Я тут тоже не в первый раз - мама всегда зовет меня, когда в очередной раз проваливается попытка родить. И я знаю, чем этот разговор закончится. Вздохнув, поправила шторы.

– Так лучше, матушка?
– спросила я, подходя к кровати. Может на этот раз будет все иначе? Присела край кровати. Мать молчала, глядя на свой портрет - красивая девушка в шикарном вечернем платье цвета ночного неба, подчеркивающим все изгибы тела, золотистые волосы, заплетенные в мудреную прическу, на алых губах едва заметная улыбка, огромные голубые глаза смотрят лукаво и озорно - сейчас она не походила на ту, пышущую здоровьем и молодостью девицу. Сейчас она походила на сломленную жизнью старуху, больную, изувеченную, несчастную - под глазами черные круги, лицо бледное, губы обескровлены.

– Доктор Олдман и мастер Эрвиндиэль говорят, что ваша жизнь теперь в не опасности, и вы скоро поправитесь.
– Мать все также молча смотрела на портрет.
– Я рада была узнать это, матушка.

– Ах, дитя мое, - посмотрела она конец на меня мама, - я рада, что ты пришла ко мне. Мне так одиноко. Я устала от всего этого.
– Мама печально улыбнулась.
– Я так надеялась, так ждала. Почему? Почему?
– в голосе матери послышались истерические нотки.

Что я могу ответить? Чем могу помочь? Если два специалиста - человеческий врач с большим опытом Олдман тей Арцт и эльфийский мастер магии жизни Эрвиндиэль аэн’та Олберик’Дол в один голос утверждали, что все идет хорошо, ни каких проблем возникнуть не должно. А на седьмом месяце беременности вдруг открылось кровотечение, вследствие которого она потеряла ребенка. Уже в четвертый раз. Мама в этот раз чуть не умерла, но, спасибо врачам, обошлось.

– Ты что-то хочешь сказать? Говори, мы так давно не виделись с тобой.

– Я слышала разговор отца и мастера Эрвиндиэля …

– Опять подслушивала? Василика, как можно!

– Простите, матушка, но речь шла о вашем здоровье, я не могла поступить иначе, - женщина благосклонно кивнула, улыбнулась.

– И, что же говорил мастер отцу?

– Он говорил, что ваше здоровье очень хрупкое из-за частых выкидышей. Что попытка родить ребенка еще раз, скорее всего, приведет в вашей смерти, - я приложила ладонь матери к своей груди и истерически вскричала, - матушка, умоляю вас, остановитесь!

– Ах, дитя мое, - устало проговорила та, - я должна, должна родить Роди сына или хотя бы дочь. Понимаешь? Должна! Он был так добр ко мне, а я не могу отплатить ему за доброту. Нужно всего лишь родить, - во взгляде матери появился фанатичный блеск, - такой пустяк для каждой женщины - родить ребенка. Но я не могу.

– О каком долге вы говорите, матушка?
– спросила я, пытаясь успокоить и приободрить ее, - вы ведь выполнили долг перед отцом. Вы родили меня.

– Тебя? Да, я родила тебя, - лицо матери приобрело злое выражение, - тебя!
– Она отвернулась, по ее щекам текли слезы.

– Матушка…

– Почему? Почему ты родилась, а другие нет? Почему именно ты? Ты?
– она посмотрела на меня, как будто впервые увидела.
– Ты - мой рок, мое наказание за грехи в молодости.
– Отвернулась, продолжая рыдать.
– Почему? Почему?

И что за грехи молодости и долг перед отцом, который мама так стремится выплатить? Не понимаю. Хотя в свои десять лет, что я могу понимать в этом вопросе. Вот Марта, жена пекаря из Эссентера, например, тоже говорит, что долг жены перед мужем - родить ребенка. И она, Марта, рожает. Уже шесть штук родила. А мама за десять лет брака сначала долго не могла забеременеть, потом два мертворожденных, затем четыре выкидыша подряд. И следующая попытка родить может оказаться последней из-за подорванного здоровья.

– Я не понимаю, матушка.
– Начала я, потом остановилась, подумав, что не стоит об этом говорить. Но меня уже долго мучает один вопрос: Зачем? Сколько маме нужно родить детей, что бы выполнить долг перед отцом? Ведь дворяне, что нетитулованные, что титулованные, никогда не имеют много детей. А уже такие богатеи как мы… Один-два, и все.
– Я не понимаю, матушка.
– Повторила я, не решаясь задать вопрос.

– Что там у тебя? Говори уж, не тяни, - подняла мама на меня глаза, полные слез.

– Я не понимаю, зачем? Зачем вы рискуете своей жизнью, матушка? Богатые люди, никогда не рожают много детей. Один ребенок, который наследует состояние. Максимум два, а три - вообще редкость. Зачем?
– Повторила я свой вопрос.

Мама только устало прикрыла глаза. Было видно, что этого вопроса она не ждала.

– Ах, милое дитя, что ты можешь понимать в этом? Тебе десять лет. Тебе еще рано интересоваться такими вопросами, - с усмешкой проговорила она.

– Матушка, может быть дело во мне. Я … - Голос пропал, когда хотела спросить “я плохой ребенок?”. Отец часто мне говорил, что я не заслуживаю и сотой части той любви, что дарят мне они, родители.

– А знаешь, действительно все дело в тебе, - глубоко вздохнула, женщина, - все дело в тебе. Если бы не ты…

– Что, если бы не я…

– Но ты родилась и теперь ничего не изменишь…

Тут я поняла одну вещь. И это понимание так пронзило мое сознание, что потемнело в глазах и закружилась голова. Мама, моя милая мама винит меня в том, что сейчас с ней происходит. Я действительно плохой ребенок!

Я беззвучно открывала и закрывала рот, не в силах произнести ни слова. Было больно и плохо. Но может быть еще не поздно все исправить, стать хорошим ребенком? Я обязательно стану хорошим ребенком!

– Мама, - наконец, прошептала я.

Женщина не реагировала, погрузившись в свои печальные мыли.

– Мама, - теперь уже увереннее и громче. В конце концов, я пришла сюда, что бы подбодрить маму, а не расстраивать. Нужно сказать, что я люблю ее и жду выздоровления, - матушка, не расстраивайтесь так, доктора говорят, что это вредно для вашего здоровья. Что мне сделать, чтобы развеселить вас?

– Уйди, я не хочу тебя видеть.

“Уйди, я не хочу тебя видеть” - я не понимаю, что нужно сделать.