Чтение онлайн

Три...

Два...

Один...

— Значит, ты...

«Сейчас».

Договорить Ровена не успела. Быстро развернувшись, Арс крепко запечатал женский рот поцелуем, зажимая всполохнувшиеся плечи и руки. Губами и языком заставил приоткрыть губы, вторгаясь на территорию противника и захватывая в плен; настойчиво доказывая, что хочет, умеет, может. И что сопротивление — бесполезно. Ровена дергалась недолго. Через несколько секунд она упала в поцелуй с головой, отвечая Арсу с той же страстью, с какой он целовал ее. Оказалось, что губы с острыми вершинами в совершенстве владеют искусством затыкать рот так, что жертва добровольно капитулирует и тут же не глядя подписывает договор о вторжении.

Поцелуй помог с одной стороны, и сделал ситуацию совершенно безнадежной с другой. Через несколько минут обнаружилось, что ни один из них не может остановиться. Не хочет.

Ровена больше не слышала ни голоса разума, ни шума ночи, ни собственных или внушенных представлений о том, как должно быть. У Арса, который твердо решил реабилитироваться за Кэйлуса, откачало последнюю каплю крови из головы.

После первой атаки его поцелуй стал нежнее. Ровена почувствовала, как рука мужчины поползла вверх. Невозмутимо, почти не задерживаясь, проползла через грудь, легла на обнаженную кожу шею, принявшись чертить на ней сложные узоры. Мужские пальцы поднимались вверх на подбородок и скулы, надавливали, чувствительно касались губ, а затем опускались ниже, то лаская мышцы до ключиц, то чуть сжимая горло, так что Ровена сладко вздрагивала и замирала, как мышь перед котом.

Оказалось, что бывший охранник не такое уж дерево...

— Знаешь, что делать дальше? — одними губами спросила Ровена, хотя было и так понятно, что знает.

Арсиний помолчал. Наклонившись к ее уху, он сказал только одно, очень тихо:

— Я читал, что не всегда надо переходить сразу к делу...

Ровена вздрогнула, ощущая накрывающий ее жар. Кэйлус... То есть Арс цитировал инструкцию.

Он прочитал! Прочитал! Она судорожно вспоминала, что написала дальше.

— Иногда лучше потянуть... — помог вспомнить Арс и замолчал. А рука его скользнула с шеи, мучая, дразняще медленно обвела грудь, погладила живот.

Кибитку сильно качнуло.

В этот миг мужская рука стиснула грудь, демонстрируя, что может не только ласкать и невесомо касаться. Горячие губы коснулись шеи.

Через несколько минут Ровена готова была умолять, чтобы Арс приступил к делу. Прелюдия превратилась в изощренную пытку, которую он не останавливал, как Ровена не намекала, красноречиво потираясь о мужские бедра.

«Пожалуйста, пожалуйста...»

Кажется, она прошептала это вслух.

— Пожалуйста...

— Никакой спешки, Фифа... Я хочу сделать все по инструкции... — истязательски неумолимо протянул над ухом низкий голос.

Самоуверенный мужской смешок прозвучал совсем близко от уха. Одним движением Арс снова накрыл их ковром, отгораживая от мира, и потянул штаны Ровены вниз. Наконец-то.

Облегчение, легкий стыд, движение бедрами, возбуждение, усилие, несколько секунд на попытку приподнять ногу и устроиться удобнее, как мужчина уверенно надавил... Ровена застонала, забывая, где находится. Арс мягко зажал ей рот ладонью.

— Ш-ш, моя Фифа...

Перед глазами полетели искры света.

«Он очень хорошо изучил инструкцию...»

Все происходило просто, без изысков и даже удобств, но мучительно сладко. Трудно было сменить позу, почти невозможно толком пошевелиться и двигаться в полную силу. Жесткий пол давил на ребра, воздуха не хватало... Они сплелись под тяжестью ковра, как корни деревьев соединяются под землей, обвивая друг друга, и уже не разобрать, где один, где другой — настолько они спаяны. Ровена никогда не мечтала о таком, потому что представить где и в какой момент будет обретено ослепительное, всепоглощающее счастье невозможно — ты просто его не представляешь, не можешь вообразить ощущений. Можешь только почувствовать их в моменте, ловя губами густой раскаленный воздух. Чувствуя его.

Оказалось, счастье пахнет не цветами персика. Оно не идеально скроено. Оно пахнет пыльными фадийскими коврами, мажется обычной грязью, втыкается в кожу колким ворсом, ощущается твердыми досками и синяками, дрожью, жесткой рукой, обнимающей грудь; невозможностью повернуться и закричать. Оно не желает быть запланированным, происходит не в то время, не в том месте...

...или в том, и тогда.

Вот оно.

Вот оно.

Вот...

Думая о своей несуществующей жене, Суней старался вести лошадь помягче. Мягко усмехаясь, Метри сверкала оранжево-голубыми боками, взирая с неба на ползущую по снежной дороге кибитку.

Глава 28. О том, что никого не стоит недооценивать

Низкий мужской выдох прокатился по щеке, приподнимая и заставляя звенеть от удовольствия тончайшие струны, протянутые под кожей. Дряхлая кибитка, ставшая уютным гнездышком для двоих, мерно укачивала их на жестких деревянных руках.

Ровена закрыла глаза, но не спала. Она не могла видеть ни лица напротив, ни даже блеска глаз, такая царила тьма. Снаружи скрипела и стонала колесами кибитка, фыркали и стучали лошади, иногда что-то вслух бормотал Суней на своей тоскливой ноте. Здесь же она только слышала дыхание Арса. Плавая в черном бархате ночи, они шепотом разговаривали.

— Значит, я не первая? — прошептала Ровена в темноту. Ей хотелось подразнить его. Снова.

— Ты моя первая Фифа... — усмехнувшись, опровергнул Арс. — Я справился?

— Выше всяких похвал, — серьезно оценила Ровена. — У тебя талант.

— В кои-то веки попалась качественная инструкция... — забравшись под рубаху, Арс неспешно поглаживал атласно-гладкий женский бок, наслаждаясь ощущениями. Клонило в сон, но спать не хотелось. Он осознавал, что они впервые разговаривали, не примеряя на себя чью-либо роль.

— Тебе повезло, — Ровена хихикнула.

— Да, я везунчик.

— Почему ты тогда делал вид, что не читал?

— Иногда я веду себя как придурок, — легко ответил Арс, заставляя Ровену хихикнуть. — Почему ты не ушла одна?

— Как я могла...? — сейчас Ровене не хотелось объяснять. — А ты почему полетел за мной?

У обоих было много вопросов.

— Как я мог не полететь? — он ответил в том же тоне. — Почему ты заинтересовалась мной? Ты неравнодушна к охране?

Арс спрашивал, зная, что она сейчас не ответит серьезно, но спросить хотел.

— Я неравнодушна к одежде. У тебя оказалась слишком красивая куртка, — ответила Ровена, продолжая соблюдать легкий неглубокий тон. — Меня она поразила.

— Обязательно обзаведусь такой же снова, — серьезно прошептал Арсиний. — Пока ты не обратила внимание на дворника.

Ровена тихо улыбнулась.

— Поторопись... Я к ней привыкла.

— Как только, так сразу, леди...

— Значит ты агент... который тайно пробрался в наш дом, чтобы меня спасти? — мысль Ровене нравилась.