«Ледовый поход» Балтийского флота в 1918 году
Шрифт:
Проведя разъяснительную работу среди личного состава назначенных в поход кораблей, большевики сорвали
замысел врагов. Через несколько дней «Диана», «Россия», «Аврора» и «Гражданин» благополучно совершили пере- I ход в Кронштадт.
Этот переход, не пришитый во внимапше ни одн-им автором, писавшим о «Ледовом походе», имел важное значение. Он явился как бы разведкой, показавшей возможность перехода боевых кораблей в ледовых условиях. Переходом линейного корабля «Гражданин» и трех крейсеров в известном смысле был подготовлен грандиозный переход 211 кораблей Балтийского флота, совершенный в феврале — апреле 1918 года.
В связи с враждебными выступлениями финской белой гвардии Центробалт принял ряд мер к повышению бдительности и усилению охраны кораблей и военного имущества. Радиограммой «Всем судовым комитетам и береговым частям» 14 января Центробалт предписал: «Прекратить увольнять на берег, усилить охрану кораблей, вооружить отряды, издать распоряжения военного отдела | Центробалта, собрать команды и ‘избрать командиров вооруженных отрядов»1.
16 января военный отдел Центробалта послал телеграмму комиссару Морского генерального штаба, в которой просил передать Верховной -морской коллегии просьбу «прислать морские части для усиления защиты скованных льдом судов флота» и выделить Областному комитету Финляндии 15 000 винтовок и патронов к ним, в которых «ощущается острая нужда»» 85 86.
17 января комиссар Петроградского военного порта И. Д. Сладков в соответствии с приказанием Верховной морской коллегии предложил ледоколу «Ермак» выйти в распоряжение Центробалта для обеспечения сообщения между Ревелем и Гельсингфорсом 87.
18 января военный отдел Центробалта, сообщая о прибытии в Гельсингфорс «130 бомбистов для террористических выступлений против судов», потребовал усилить бдительность и меры охранения кораблей и подтверждал приказ о неувольиении личного состава на берег \
В. И. Ленин, внимательно следивший за развитием
событий в Финляндии, 27 января телеграфировал в Гель-
_ »
сингфорс: «Предписывается Центробалту и местным комитетам флота предоставлять по первому требованию армейского комитета Ревельского укрепленного района транспорт для перевозки оружия и продовольствия в Гельсингфорс» *.
К концу января в результате усиления активности германской и шведской военщины обстановка в Финляндии еще более усложнилась.
К этому времени вооруженные силы финской контрреволюции достигали 93 тыс. пехоты, три четверти которой было вооружено нарезным оружием и имело шесть батарей, не считая захваченных при разоружении русских войск
Отсутствие у финских красногвардейцев опытного военного руководства и недостаток инициативы позволили белой гвардии укрепиться и создать фронт, растянувшийся на 400 км —от Ботнического залива до Ладожского озера. На юге был создан ряд контрреволюционных гнезд в тылу у красных, отвлекавших силы красногвардейцев и вносивших дезорганизацию в их ряды. В военном отношении красногвардейцы были подготовлены недостаточно, и это сказывалось на их стойкости.
Положение русских войск и флота в Финляндии вызывало серьезную тревогу у советского командования и Советского правительства.
В связи с участившимися нападениями финских белогвардейцев на посты и гарнизоны флота Центробалт усилил охрану кораблей, складов и флотского имущестза в Северной Финляндии и предписал караульным частям в районах контрреволюционных выступлений «оставаться на местах до последней возможности. В случае крайности отходить на Таммерфорс, уничтожив секретные документы, захватив с собой оружие и казенные суммы л оставив сторожен у складов» 88 89 90.
Характеризуя складывавшуюся в Финляндии обстановку, начальник Штаба верховного главнокомандующего 27 января доносил: «...Разрастающаяся воина решительно угрожает нашему положению в Ботинке и в Финском заливе. Партизанские действия белых, действующих вразрез между узловыми железными дорогами, станциями и пор-
тами Ботнического залива в связи с бессистемностью руководства Областным комитетом (Финляндии. — Н. К.) красном стороной 1 ставят наши береговые части и гарнизоны в прибрежных пунктах в безвыходное положение и лишают их возможности предпринять какие-либо меры противодействия, хотя бы для обеспечения своего снабжения. Сообщение с Раумо прервано. Вскоре та же участь может постигнуть и Або, являющийся базой Оланда, которому, следовательно, угрожает изолирование от материка... Для обеспечения Гаипута, служащего базой подводного минного флота, остался только Аренсбургский удар[нын] батальон, состав 300 человек. ...В общем надо признать, что Свеакреп 91 92, являющаяся правым флангом нашей морской позиции и одной из баз флота, вскоре может потерять свое значение и флот окажется изолированным» 93 94.
Не надеясь на силы внутренней контрреволюции, «...заправилы финской плутократии поспешно обратились к кайзеровской Германии, чтобы в лице германского империализма приобрести для Финляндии нового хозяина, а для себя новую внешнюю опору для борьбы с трудовым народом... Свинхувуд отправил в Германию бывшего сенатора Э. Ельта с наказом: «Устрой так, чтобы сюда прибыли немцы, иначе мы не справимся» А.
Намереваясь превратить Финляндию в плацдарм для наступления на Петроград, германские империалисты, уже давно создавшие в Финляндии широкую сеть агентуры, охотно признали правительство Свинхувуда и не замедлили воспользоваться его приглашением.
В одном из шведских источников сообщалось: «В то время как финское правительство принимало решение просить Германию о военной помощи, финляндский посланник в Берлине Эдвард Ельт проделал, уже по собственной инициативе и на собственную ответственность, большую работу в этом направлении... Ему удалось... добиться импорта оружия и переправки его в Финляндию. Ему ока-
зывали большую помощь капитаны Хюльзеи и Пюшель. которые... смогли поддержать усилия Ельта в политическом отделе генерального штаба» *.
Одновременно были предприняты шаги для привлечения к .участию в интервенции и шведского правительства. Тот же источник сообщает: «Еще в начале февраля финляндский посланник в Стокгольме получил из Гельсингфорса письмо от Свинхувуда с предложением обратиться к Швеции или Германии за военной помощью95 96. Шведские капиталисты не остались безучастными и немедленно приступили к подготовке интервенции в Финляндию.
Замыслы немецких и шведских интервентов были хорошо известны Советскому правительству. Не сомневаясь в успехе, самоуверенная прусская военщина не делала тайны из своих захватнических планов. Их оживленно комментировали немецкие газеты, о них открозенно говорили в политических и военных кругах.
Еще в декабре 1917 года русский военный агент з Швеции сообщал: «Мне указано, что Германия поспешила признанием независимости Финляндии только ввиду возможности возобновления с Россией военных действий. В последнем случае она потребует на законном основании немедленного увода русских войск и флота из нейтральной Финляндии. В случае же отказа немцами будет предпринята операция против Финляндии и Аланда... При этом немецкие военные круги надеются якобы, что и Швеция, как первая признавшая независимость Финляндии, будет принуждена так или иначе реагирозать на Россию з этом вопросе, особенно если немцы выкажут желание занять Аланд»97.