Чтение онлайн

Кажется, Арпади, после долгого отсутствия, действительно снова появились в Объединённом Магическом Союзе. И казалось, в этом нет ничего примечательного. Энакин был студентом, который стажировался в течение одного семестра в Тенненбоде. Это было обычное дело, встречающееся на каждом углу. В прошлом году в Тенненбоде тоже были студенты по обмену из других регионов мира. Похоже поблизости у нас просто появилось на одного капризного аристократа больше, которого нам придётся выносить. Скорее всего будет лучше, если я вообще перестану думать об Энакине. Существует так много других вещей, которыми нужно заняться; например, поиском грааля патрициев или захватывающим вопросом, кто послал мне корень Уоло.

Грегор Кёниг ничего о нём не знал, в противном случае всё сейчас рассказал бы. Значит он уже отпадает в качестве таинственного спасителя. Может Парэлсус имеет с этим какое-то дело?

Я бросила взгляд на мои наручные часы. Уже половина седьмого и на самом деле я должна быть сейчас на утренней пробежке, но вместо этого решила ещё раз заглянуть к нему в медиатеку. Как раз заодно смогу спросить, выяснил ли он что-нибудь о граале патрициев. Вероятно, он снова работает без паузы над какой-нибудь идеей. Похоже укрылся в медиатеке и не покидал её даже во время приёмов пищи.

Немного не долетев до выхода из туннеля, я приземлилась на платформе и спрятала крылья. Не хотелось бы сейчас наткнуться на профессора Эспендорм. Если она заметит, что я прогуливаю утреннюю пробежку, то может сильно рассердится. Я заглянула во двор замка, но не считая нескольких отдельных бегунов, которые ещё не успели выбежать за территорию замка, казалось всё было тихо. Я бегом пересекла двор и открыла входные ворота.

– Сельма фон Норденах! 

Энакин Арпади внезапно появился передо мной, как будто уже ждал под дверью. 

– Как хорошо, что мы встретились. Давай побежим вместе. Я немного припозднился и ты тоже, как мне кажется. 

Он взял меня за руку и потащил обратно во двор замка.

Чтобы оставаться вежливой, как я пообещала Адаму, мне ничего другого не оставалась, как побежать рядом с Энакином. Я твёрдо намеревалась выполнить то, что задумала, а именно быть милой.

– Обычно я не люблю опаздывать, но эта мадам Виллури только что перехватила меня в коридоре и попыталась объяснить правила внутреннего распорядка. Как будто я не знаю, что такое дисциплина. Моя семья уже пару тысячелетий вхожа в этот университет, ещё задолго до того, как вообще родилась эта дама. Может мне стоит ознакомить её по новой с историей моей семьи. 

Он выжидающе посмотрел на меня, как будто действительно ожидал серьёзного ответа на этот абсурдный ход мыслей. Может у него просто была навязчивая идея, рассказывать каждому часть истории, кто казался неосведомлённым.

– Почему бы нет?
– ответила я улыбнувшись. Уж мадам Виллури задаст ему встряску.

– Мне тоже можешь рассказать немного о своей семейной истории, я с удовольствием послушаю. Меня очень интересует, куда Арпади внезапно исчезли в шестидесятых? 

Мои визит к Парэлсусу, волей-неволей, придётся передвинуть, но может мне удастся воспользоваться этим разговором и выяснить некоторые вещи об Энакине. Мне станет спокойнее, если я узнаю, что он всего лишь безобидный чудак.

– Я впечатлен, ты сделала своё домашнее задание. 

Энакин доброжелательно кивнул. 

– Хорошо, что мы встретились, потому что я, собственно, ещё раз хотел поговорить с тобой о вчерашнем вечере.

– Я тоже, - ответила я, в то время, как мы не спеша выбежали за территорию замка. Всё шло лучше, чем я думала, даже Энакин понял, что вёл себя вчера дурно. Может всё же будет проще поладить с ним. Полная положительных мыслей, мне было не сложно сделать первый шаг: 

– Я была вчера слишком несдержанной по отношению к тебе и хочу за это извиниться. 

Я в ожидание посмотрела на него.

– Хорошо, что ты это осознаёшь, - ответил Энакин великодушно. Я от удивления распахнула глаза.
– Тогда не потребуется никаких замечаний на тему самоконтроль с моей стороны. 

Невольно я ускорила темп, в то время как Энакин продолжал убеждать меня. 

– Знаешь, тебе нужно научиться контролировать свой темперамент. Я думал, что возможно смогу немного в этом помочь, но если ты сама уже чувствуешь, что правильно, а что нет, тогда ты на правильном пути.

Между тем я уже догнала первых бегунов, но казалось Энакину быстрая скорость не мешает продолжать свою лекцию. Невольно я отметила, что не увеличилась даже частота его дыхания.

– Меня удивляет, что этими вещами так сильно пренебрегли во время твоего воспитания, но должно быть это как-то связано с твоим социальным статусом. 

Он услужливо посмотрел на меня.

Наконец ноги достаточно горели, и я услышала, как в ушах застучала кровь.

"Соберись!" - призвала я себя и сжала губы. Напряжение помогло, и действительно я постепенно успокоилась.

– Спасибо ... что ... ты ... так ... волнуешься ... за ... меня, - пропыхтела я.

– Не за что, - ответил он явно довольный моим вежливым ответом.
– Я рад, что ты более сговорчива, чем вчера. Даже если ты не можешь себе этого представить, но я действительно рад, что мы встретились. Осталось не так много человек, у кого в жилах течёт королевская кровь, и это чистое расточительство, что здесь с тобой так обращаются. Я действительно хочу тебе помочь.

С каждым словом Энакина я уменьшала скорость. В конце концов, я снова бежала так, что могла говорить. Но я не стала, потому что его слова совершенно сбили меня с толку. Я привыкла к высокомерию, присущую патрициям, но, очевидно, Энакин испытывал сочувствие ко мне и моей ситуации.

– Интересно, что ты видишь это так, - в конце концов ответила я.

– Правда?
– он смотрел на меня с удивлением.
– Меня вообще удивляет, что ты до сих пор не приложила никаких усилий, чтобы изменить свой социальный статус.

– Изменить?

– Да, твоя семья ведь достаточно состоятельна, а у твоей бабушки, безусловно, есть достаточное влияние. Заплатить там, где нужно, и ты, наверняка, смогла бы таким образом чего-то добиться. Если бы Жоржетта фон Норденах доверительно предоставила свои способности палате сенаторов, то наверняка смогла бы что-нибудь для тебя выиграть. Даже сейчас ещё не все шансы потеряны.

Я молча слушала предложение Энакина, в то время, как кровь всё громче пульсировала в ушах. Но в этот раз вовсе не от напряжённого бега.

– Моя бабушка ушла из политики, - сдавленно ответила я и побежала быстрее. Я пообещала Адаму больше не оскорблять Энакина и быть с ним более вежливой. В своём странном мировоззрении он, безусловно, аргументировал логично, но одна только мысль о том, чтобы давать взятки и перед кем-то выслуживаться, вызывала во мне отвратительную тошному.

Ведь как раз политика палаты сенаторов привела к тому, что моя мать попала в это бедственное положение. Если бы они просто приняли её отношения, то дело бы никогда не дошло до того, что ей угрожала ссылка в Хаэбрам. Никогда в жизни я не буду выслуживаться перед этой системой.