Чтение онлайн

Но как бы сильно эти слова не жгли язык, и как бы сильно не хотелось швырнуть их Энакину в рожу, я всё же с трудом вязла себя в руки и просто промолчала.

Наконец в поле зрения появились Лиана и Лоренц. 

– До ... скорого!
– пропыхтела я, прервав разговор на этом месте, прежде чем скажу что-нибудь необдуманное.

Разогнавшись, я оставила Энакина позади, втиснувшись между Лоренцом и Лианой. Я понятия не имела, что будет так сложно с ним ладить.

– Доброе утро. 

Лоренц улыбнулся мне сияющей улыбкой, но мне потребовался ещё одни момент. Сначала, чтобы отдышаться, а потом, чтобы переворотить разговор с Энакином. Я ещё никогда не встречала такого типа. Он даже затмевал Скару Энде.

– Всё в порядке?
– спросил он.
– Ты выглядишь так, словно снова проглотила лжеколокольчик, и были разблокированы новые воспоминания.
– Лоренц, как обычно, элегантно пританцовывал рядом со мной, а его серебряные кроссовки блестели на утреннем свете.

– Нет, всё не так, - сказала я, когда наконец отдышалась.
– Лжеколокольчики лежат аккуратно сложенные наверху, в прикроватной тумбочке моей комнаты. Я только что разговаривала с Энакином Арпади. Он предложил мне подкупить палату сенаторов, чтобы я снова стала патрицием. Его аристократическое высокомерие и отсутствие чувства такта сводят меня с ума.

– Это понятно, но он ведь патриций телом и душой, однако совсем отстал от мира. Он понятия не имеет, что такое Звёздные войны, не говоря уже о кино. Он ещё никогда ничего не слышал о Константине Кронворте, не говоря уже о десяти торговых марках, которые я ему перечислил.

– Это странно, - задумчиво сказала я.

– Именно, кто скажи мне на милость, ещё ни разу не слышал о Гизелле Верпочи?

– Кто такая Гизелла Верпочи?

– Только не говори, что ты тоже её не знаешь!
– простонал Лоренц в отчаяние.
– Здесь что, нет никого, кто хотя бы заглядывает в газету?

– Гизелла Верпочи самая знаменитая марка для бальных платьев, - объяснила мне Лиана с другой стороны.

– Спасибо!
– Лоренц с облегчением выдохнул.
– По крайней мере один человек слушает меня.

– Мой мозг упорно отказывался сохранять эту информацию. Но после того как ты уже в первый день повторил её примерно десять раз, она, всё же, каким-то образом там застряла. Не можешь наконец вытащить Ширли из её депрессивного состояния? Ей гораздо больше нравилось говорить с тобой о моде.

– Подождите, - сказала я, взяв Лоренца и Лиану под руки.
– Я не имею в виду, что это странно, что он не знает какую-то там Гизеллу.

– Гизелла Верпочи, - терпеливо поправил меня Лоренц.

– Да-да, разве не странно, что он даже не знает, что такое кино, и если честно, кто ещё никогда в жизни не слышал ничего о Звёздных войнах?

– Может его родители имеют что-то против средств массовой информации и всю его жизнь запрещали ходить в кино или включить телевизор, - предложил Лоренц.

– Возможно, - задумчиво сказала я, разглядывая Энакина Арпади, который быстрым бегом промчался мимо нас.
– Но какой мятежный подросток не сделает сначала то, что запретили ему родители?

– Тоже верно, - сказала Лиана.

– Именно, - сказала я.
– Он кажется мне совершенно отставшим от мира.

Лоренц задумчиво кивнул. 

– Если смотреть на это в таком свете, то это конечно объясняет, почему он не имеет представления о важных вещах в жизни.

– И что за вещи?
– спросила Лиана и посмотрела на Лоренца так же нетерпеливо, как и я.

Лоренц стал внезапно серьёзным. В его глазах больше нельзя было ничего прочесть о шуточках и анекдотах о моде и манерах. 

– Однажды кто-то написал, что любовь исцеляет сердце. Но что стоит любовь, если ты не свободен любить?

Слова Лоренца глубоко меня тронули и были такими неожиданными, что я действительно остановилась.

– Ты прав, - медленно сказала я.

– Не я, - быстро сказал он.
– Это не мои слова, а Вэндолина Габриэль, - сказал Лоренц.

– Новая звезда на литературном небе? – улыбнувшись, спросила я.

– Понятия не имею, я купил книгу по дороге сюда в книжном магазине Шёнефельде, потому что новую публикацию Константина Кронворт пока что перенесли на неопределённое время.

Я одно мгновение подумала о книжном магазине господина Лилиенштайн внизу в городе. Мама купила мою старую детскую книжку там. Эта мысль снова отдалась болью в груди. Рана никогда не закроется, если я наконец сама не покончу с этой темой.

Я пообещала Адаму не возвращаться к этой истории, и мне нужно наконец выполнить обещание.

– С каких пор господин Лилиенштайн продаёт магическую литературу?
– задумчиво спросила я.

– Понятия не имею, я спросил его о новой книге Константина Кронворта, и тогда он, больше не задав не одного вопроса, провёл меня на верхний этаж, где у него находится уголок с магической литературой. И я тебе так скажу, у него там действительно стоит парочка изысканных литературных лакомых кусочков. Он понимает своё дело.

– Странно, когда я спросила его летом об укрепляющем средстве, он сделал вид, что не знает, о чём я говорю, и сказал, что моя бабушка знает о таких вещах намного лучше, чем он. Я действительно подумала, что он не маг.

– Странно, - согласился со мной Лоренц.

– Нам пора завтракать, - ответила я и пошла дальше. Воспоминания о слабости, одолевавшей меня летом, воскресили также воспоминания о бесплодной поездке в Антарктику. Даже если Торин попытался объяснить, что путешествие было не напрасным, всё же я чувствовала, как меня грызёт разочарование. Я так много ожидала от этого путешествия, и предприняла его также ради родителей и бабушки. Глубоко внутри я думала, что смогу снова помириться с ней, когда наконец выясню правду.

Солнце медленно поднималось, и небо окрасилось в кроваво-красный. Не знаю точно, откуда вдруг появилось такое настроение, в то время, как я разглядывала роскошную игру красок надо мной, но в этот момент мне вдруг стало ясно, что я, скорее всего, слишком сильно увлеклась. У меня никак не выходила из головы Антарктика, и пока что толку от этого было мало.

– Что случилось? 

Внезапно Лиана оказалась рядом.

– Я просто как раз думала об Антарктике и моих родителях, - вздохнула я, разглядывая первокурсников. Они останавливались на другой стороне двора, уставшие после пробежки.
– Не так просто забыть об этом.