Чтение онлайн

– Что именно?

Я с нетерпением взглянула на Адама. Торин очень хорошо владел этим видом магии, что уже доказал. Но против заклинания Энакина он тоже был бессилен.

– Его идея очень проста, - объяснил Адам.
– И думаю, что попытаться стоит. Заклинание кажется не даёт говорить тебе определённые вещи и именно в тот момент, когда тебе будет не хватать слов, я пойму, что это правда. Хотя потребуется длительный допрос, пока мы таким путём подберёмся до правды, но это наш выход.

– Но ты знаешь, что произойдёт, если заклинание активируется?

Я смотрела на Адама, надеясь, что он помнит, в какое состояние я впала, когда мы в последний раз попытались вести открытый разговор.

– Я знаю, - тихо сказал Адам, проводя свободной рукой по месту на бедре, где я его ранила. Другой рукой он ещё крепче обхватил мои пальцы.

– Мы будем действовать очень осторожно. Я остановлюсь, когда станет опасно и укроюсь. Если что-то пойдёт не так, мы всё прекратим.

– Не знаю, хорошая ли это идея, я могу причинить тебе боль и никогда себе этого не прощу. А ты знаешь, что теперь стало ещё опаснее разговаривать со мной в таком состояние?

– Почему?
– Адам скептично оглядел меня.

Я сделала глубокий вдох и зажмурилась. Мой пульс успокоился, и я снова почувствовала в себе силу. Потом я сосредоточилась на как можно большем количестве световых шаров над моей головой.

Наверное я была ещё слишком слаба и произведу не больше обычных десяти или возможно двадцати, но этого будет вполне достаточно, чтобы показать Адаму, что я имею в виду.

Когда он, шипя, втянул в себя воздух, я поняла, что ещё могу это делать. Я открыла глаза и так сильно испугалась, что снова закрыла их и ещё раз открыла. Надо мной парило не десять или двадцать световых шаров, а всего лишь один единственный, да и тот был не особенно ярким.

– Нет!

Я с недоверием смотрела на световой шар. Значит вся работа была напрасной? Но чего я ожидала? Неужели потратила столько много сил в бою с Энакином, что почти больше ничего не осталось?

– Лихорадка очень сильно ослабила тебя, - медленно сказал Адам.
– Тебе потребуется ещё много времени, чтобы восстановиться.

– Лихорадка?

Я с изумлением уставилась на Адама. Я не могла вспомнить ни о какой лихорадке. Должно быть Энакин ранил меня сильнее, чем я думала.

– Нет ничего необычного в том, когда от магических травм поднимается температура. В сражениях с Морлемами меня часто ранили, поэтому мне знаком этот процесс исцеления. Думаю с опросом стоит подождать ещё несколько дней, пока ты действительно не будешь чувствовать себя лучше.

– Мне нужны мои заметки, - словно оглушённая сказала я.

– Заметки? – нахмурился Адам.

– Да, я сделала их по книги из Мантао. Я научилась, как защищаться. Там так же написано, как освободиться от самого волшебства. Я должна забрать её!

Я решительно поставила ноги на мягкую траву и услышала нежный звон. Потом встала. Хотя мои ноги ещё немного дрожали, но в остальном я чувствовала себя довольно хорошо. Травм я даже не заметила. Только мои бёдра выглядели тоньше, чем я помнила. Странно! Я разглядывала их в замешательстве. Лихорадка так сильно истощила меня?

– Сегодня ты уже никуда не пойдёшь, - решительно сказал Адам, поднялся и подошёл ко мне.

Я посмотрела на его наморщенный от недовольства лоб. В его глазах горела хорошо знакомая решительность. Сегодня Адам никуда меня не отпустит. Ах, да я, собственно, и не хотела никуда идти.

– Почему?
– вздохнула я и снова опустилась на край кровати.

– Ты спала семь дней, и у тебя нет сил. Тебе ещё долго не стоит выходить. Он не получит возможности, повторить это ещё раз.

Я недоверчиво уставилась на Адама.

– Я спала семь дней?

– Да, именно. У тебя снова и снова поднималась температура, но твои раны зажили невероятно быстро, и иногда ты даже храпела, - он усмехнулся и обнял меня.

– Храпела?
– я приподняла одну бровь вверх.

– Да, храпела, но твой храп был очаровательным и милым. Я так рад, что ты снова проснулась.

Глубокое беспокойство, звучащее в его словах, напомнило мне о том, как сильно меня ранил Энакин. И в этот раз не из-за того, что беспокоился, будто я могу выболтать его тайну. В конце концов он знал, как предотвратить это с помощью заклинания. Нет, в этот раз он атаковал меня, потому что не мог смериться с тем, что не получил желаемого.

– Давай начнём опрос, - сказала я с горькой решимостью.

Я не могла дождаться, когда наконец всё расскажу, и, если Адам действительно нашёл способ обойти заклинание, тогда я немедленно хотела это сделать.

– Нет!
– сказал он и нежно провёл мне рукой по волосам.
– На сегодня вполне достаточно того, что ты открыла глаза и проснулась.

– Но я хочу это сделать!
– непоколебимо ответила я.

– Нет, я не собираюсь проводить нашу первую ночь, подвергая тебя мучительному допросу.

Внезапно я кое-что вспомнила.

– Ох, я совсем об этом забыла, - утомлённо сказала я, исследуя мою одежду.

Хотя Адам снял с меня свадебное платье, но лифчик ещё был на мне.

Я залезла в него и действительно, там всё ещё лежал маленький клочок бумаги.

– Это написала я, - возликовала я, и развернула маленькую записку.

Конечно она довольно сильно пострадала и была покрыта пятнами крови и грязью. Но большинство слов можно было разобрать, а это самое важное. Я протянула Адаму бумагу. Нахмурившись, он углубился в записку, пытаясь расшифровать написанные мною наспех слова.

– Антарктика?
– удивлённо пробормотал он.
– Здесь написано вербальное заклинание для двери. Очень хорошо. Не так много, но это начало.

– Задай мне еще вопросы,- попросила я. Я хотела все рассказать Адаму о том, почему Энакин заманил меня туда, но сжала губы, почувствовав, что мой взгляд стал в одно мгновение беспокойным.

Пока я судорожно раздумывала, как вернуть самообладание, спонтанная энергия вновь покинула меня.

Колени подогнулись и я опустилась на усыпанную цветами лужайку. Я вдруг ощутила ужасную усталость, но не только от нанесенных мне ранений и лихорадки, державшейся несколько дней. Нет, я почувствовала, что меня покидает напряжение последних недель.

В данный момент у меня не было сил бороться, вставать и продолжить бороться.

– Думаю, я знаю, что тебе сейчас поможет.

Адам подошел, опустился на колени и поднял меня на руки. Даже не закряхтев, он встал и понес меня на край лужайки, где деревья были гуще и повсюду лежали большие камни. Он обошел один из камней, и к моему удивлению за ним оказалась не лужайка или папоротники, а несколько лестниц, ведущих к большей ёмкости из камня, наполненной горячей водой.