Легат Пелагий
Шрифт:
— Как мне благодарить вас, о мудрая миссис Литтлмаус? — воскликнула Бабушка со слезами на глазах. — Ведь вы спасли жизнь всем нам!
— Мне бы хотелось получить назад свой Охотничий Рожок, — сказала старушка. — А взамен я дам вам мешочек сахара, от которого добреют даже самые закоренелые злодеи.
Бабушка подобрала Рожок, валявшийся на полу после бегства Бумберга, и протянула его старушке. Та, в свою очередь, торжественно вручила Бабушке шелковый мешочек с сахаром.
В это время вернулись запыхавшиеся и расстроенные Робин и Кот.
— Они сбежали на нашем корабле! — заявил Кот. — И увезли с собой большую часть сокровищ! Надо немедленно оповестить Военно-воздушные силы и организовать погоню!
— Подойди-ка сюда, моя киска! — весело позвала к себе Саладина старушка.
— Что это еще за «киска»? — проворчал про себя Кот, но все же вежливо подошел к старушкиному креслу. Миссис Литтлмаус почесала его за ухом и сказала:
— Я хочу рассказать тебе одну небольшую историю, — она посмотрела на Бабушку и Робина. — Вы тоже можете послушать!
Все уселись вокруг старушки и приготовились слушать.
— Давным-давно, — сказала она, — во дворец византийского императора над бухтой Золотой Рог, сверкающей, как серебряное зеркало, в тихую погоду, пришли венецианские послы. Император принял их с почетом и устроил великолепный пир. Заключив с Византией договор о вечной дружбе, послы удалились. Но оставшись один, император вдруг обнаружил, что пропала его любимая золотая чаша, украшенная рубинами и алмазами. Он велел догнать послов и обыскать их. У одного из послов стража нашла чашу императора. Следуя византийскому закону, вора ослепили и с позором вышвырнули за ворота города.
— Это история Четвертого похода! — догадался Робин. — А вора звали Энрике Дондола!
Старушка ласково кивнула ему и продолжала:
— Спустя много лет слепой Энрике стал венецианским дожем. Хитростью и обманом он привел под стены Константинополя войско крестоносцев. Сам Бонифаций Монферратский, храбрейший из рыцарей, был вместе с ним. Крестоносцы ворвались в Константинополь, император был ослеплен и отправлен в изгнание.
Влача жалкие дни в старости и нищете, он признался одному из своих верных слуг: «Лучше б я оставил вору его добычу!»
— Эта история меня вовсе не убедила! — сказал Кот Саладин, когда старушка закончила. — Мерзкий Бумберг будет пойман и наказан, вот вам мое кошачее слово!
Миссис Литтлмаус задумчиво посмотрела на него.
— Скажи мне, Саладин, — спросила она, — а ты бы согласился оставить грабителей в покое, если б я подарила тебе кое-что более ценное, чем груда золота?
Кот задумался.
— Да, — наконец сказал он. — Ведь за наши сокровища нам еще пришлось бы сражаться с Бумбергом и его бандой, а эта ценная вещь досталась бы мне прямо сейчас и безо всякого риска!
— Вот голос разумного и положительного кота! — похвалила его миссис Литтлмаус, сняла со своей шеи цепочку с маленьким медальоном и повесила ее на шею Коту.
— Что это? — недоверчиво проговорил Саладин. Цепочка и медальон были серебряными, но серебро настолько потускнело и почернело от времени, что он даже не мог разглядеть свое отражение в крышке. Причудливая готическая резьба по краю медальона складывалась в надпись «Королева Мелизинда».
— Это очень старая и очень хорошая вещь! — сказала старушка. — Только никогда не открывай медальон!
С этими словами она легко выскочила из своего кресла и устремилась к двери, весело приговаривая:
— Спасибо за чай! Спасибо за печенья! Робин, не забывай про математику! Саладин, делай зарядку! Бабушка, радикулит требует внимания! До свиданья! До свиданья!
И миссис Литтлмаус исчезла за дверью Загадочного замка.
Эпилог
И замок снова зажил мирной жизнью. Пугливые стражники и нерасторопные горничные принялись усердно выполнять свои обязанности. Саладин сел на диету для похудения и каждое утро стал делать зарядку. Бабушка начала делать упражнения на перекладине, помогавшие от радикулита. Робин ходил в школу, а в свободное время вместе с Котом занимался математикой и латынью. Медальон теперь с утра до вечера красовался на шее у Кота, но никаких богатств пока ему не принес. Перед сном Кот аккуратно складывал медальон в шкатулку черного дерева и запирал ее на ключ. За отсутствием «Непобедимой Манны» по выходным все семейство совершало большие пешие прогулки, ведя беседы на исторические темы. Кот, как правило, выступал с позиций Римской церкви, а Робин защищал интересы Империи.
— По-моему, — сказала однажды Бабушка, — Папа и Император поступали точно так же, как знаменитые килкенские кошки, которые дрались друг с другом до тех пор, пока от обеих не остались одни лишь хвосты!
— Да, — согласился Робин. — И дело христиан от этого только страдало, а Иерусалимское королевство неминуемо приближалось к своему полному и окончательному падению!
В этот день они пересекли холмы, отделявшие Загадочный замок от зеленой долины, тянувшейся до самого моря. На обратном пути, Кот неудачно перепрыгнул через дренажную канаву, промочил лапы и подхватил насморк. Дома Бабушка заставила его выпить кружку горячего молока с медом и велела лечь в кровать. Саладин устроился под теплой периной, полистал несколько минут учебник латыни и сам того не заметил, как заснул крепким сном. При этом цепочка с медальоном так и осталась на кошачьей шее.
Сон перенес Кота на ступени каменной винтовой лестницы, уходившие куда-то вверх, в темноту. Ступени были очень широкими, и Кот решил, что по этой лестнице можно подниматься верхом на лошади. Он попрыгал немного в одну сторону, затем немного в другую и уж совсем перестал понимать, что же ему делать, как вдруг заметил небольшую дверь в стене. Не долго думая, Саладин толкнул дверь и проскользнул в помещение, которое было за ней. Просторная комната, в которую он попал, показалась ему странно знакомой. Посреди нее стоял большой стол, покрытый красной бархатной скатертью. К столу было придвинуто большое готическое кресло.
— Ты заставил долго ждать себя, Саладин! — вдруг сказал громовой голос над самым ухом Кота. Повернув голову, Кот увидел, что прямо над ним склонился высокий седой человек в белой мантии и белой шапочке на голове. «Это Папа Гонорий Третий!» — догадался Саладин.
— Простите, Ваше святейшество! — проговорил он. — Но я был очень занят и никак не мог прийти раньше.
Папа недовольно кашлянул.
— Ты помнишь, что дал Священную клятву сделать то, о чем я тебя попрошу?
— Помню, Ваше святейшество, — пробормотал озадаченный Саладин, который не вспоминал о своей клятве с того самого момента, как дал ее.
— Час пробил! — сказал Папа. — Теперь у тебя есть все, чтобы выполнить ту сложную и почетную задачу, которую я хочу возложить на тебя.
«Интересно, что у меня теперь есть?» — удивился Кот, но ничего не сказал.
— Итак, слушай! — торжественно продолжал Папа. — Ты должен найти самую главную святыню христиан, украденную или потерянную в несчастное царствование короля Гвидо.
— Неужели вы имеете в виду Святой Крест? — предположил испуганный Кот.
— Да! Крест, на котором был распят Спаситель, попал в руки султана Саладина во время битвы при Хаттине. Царица Грузии Тамара, Ричард Львиное Сердце, тамплиеры и даже этот безбожник, Фридрих Гогенштауфен, пытались купить или выменять его у султанов. Но сарацины предпочитали отдавать земли и крепости, но не выпускать из своих рук драгоценной святыни, без которой от христиан отворачивалось счастье. Последний, кто оставил достоверные сведения о Кресте, был султан Бейбарс — безжалостный завоеватель, сокрушивший Иерусалимское королевство и подступивший под стены Акры. Он обещал вернуть христианам Крест, если они откроют ворота города. Но договор не состоялся. Вскоре умер Бейбарс, а Акра была взята штурмом и сожжена…