Чтение онлайн

— Садись, поехали.

Она спустилась к нему, и они оба сели в машину и тронулись в путь. И уже через пару минут оказались у дома девушки. Влюбленные просидели еще в тишине минут пять, каждый из них думал о своем. Затем они одновременно развернулись лицами друг к другу, и тишину прервала Алифнет.

— Я не хочу тебя терять. — Прошептала Алифнет. — Мне будет плохо без тебя.

— Тшш… Ты чего, всё хорошо же. — Заключив её в свои объятия, успокаивая, говорил он. — Что за мысли у тебя в голове? Я же не смертельно болен.

— Из-за чего это у тебя случилось?

Адам тяжело вздохнул, воспоминания о прошлом давались ему тяжело и больно. «Яд и долгая кома», — ответил он.

Алифнет молчала, её снова окутал его аромат, в котором она потерялась. Снова тепло-древесный, дымный и немного сладковатый запах затуманил девушке разум. Ни на что не похожий аромат, который принадлежал только ему.

— Давай иди домой, тебе уже пора спать. Девушка оторвалась от него.

— Ты только будь осторожен, самое главное, я буду молиться всю ночь, чтобы завтрашняя встреча прошла хорошо.

— Не нужно, Алифнет, иди домой, ложись и спи.

— Доброй ночи.

— Доброй, дорогая… Поцеловав её ладонь, он отпустил девушку. — Алифнет вышла и зашагала в сторону дома. И когда Адам дождался, что та вошла в дом, он уехал.

Рядом с Алифнет жизнь в этом мире становилась и ощущалась для меня как-то легче. Она мой тот самый судьбоносный человек, который навел порядок внутри меня. Мой характер эмоционален по натуре, но только рядом с ней мой характер становился мягче, и сам я становился слабым. Впервые в своей жизни я почувствовал нелепую уязвимость рядом с ней. Алифнет единственная, к кому я хотел пойти, быть рядом и рассказать о своих мыслях, и те самые долгие разговоры длились только с ней. Я приходил к ней, и вся моя боль, которая была накопленная за день, комом внутри меня, пропадала, исчезала… Она моя слабость, и то, от чего я никогда не смогу отказаться. Со мной за моей спиной тьма, но она все равно рядом со мной.

***

Мой день начался с плохих вестей… Я сидел на кресле в одних штанах, откинув голову на спинку с закрытыми глазами, и нервно стучал ногой о пол. Выслушал двух молодых ребят, они доложили мне о новости, которая сыграла по моим нервам, как по стрункам гитары, и зажгла внутри меня кровь, и снова тот самый огонь.

— Почему ко мне не пришли и сразу не сказали, что в нашем районе появился такой человек?!

— Мы испугались… — ответил один из них.

— Но сейчас же стоите оба передо мной. Я вас что, убил бы за правду? Дураки! — Парни стояли и молчали, склонив головы от стыда, им обоим было лет по восемнадцать. — Сколько ребят в больнице? — спросил их Адам, уже встав с кресла, и начал ходить из стороны в сторону.

— Восемнадцать в коме и четверо погибло…

— Дураки! Сколько раз мы вас всех предупреждали не покупать эту гадость! У кого вы это купили?!

— Мы не принимали даже, не стали брать это.

— Я спросил у кого?! Кто подошел и продал это?!

— Не знаю, у человека на руке было тату в виде червя или змеи.

— Змея была. — Сказал с точностью другой парнишка.

— Змея, значит…

— Да! — Хором ответили они.

— Тварь! — Выругался злобно он, пнув ногой стул. — Идите домой к семьям, я отправлю своих людей к семьям ребят.

Парни поспешно ушли. Адам старался прийти в себя, сделав глубокий вздох, он начал собираться, и они выдвинулись с ребятами к Бразильцу.

Синьор Кобра.

Приблизительно в обед мы подъехали во временный офис Кайю, и через его людей, которые стояли у двери, мы передали монету. Затем нам разрешили войти с парнями к старику в кабинет. Седоволосый кучерявый мужчина с бородой сидел за столом, приводя в порядок свое оружие. Он поднял свой строгий вялый взгляд на нас. И в знак приветствия мы кивнули друг другу, после он жестом указал мне сесть на диван, который располагался недалеко напротив его рабочего стола. Затем он закончил свое дело, и отложил пистолет в сторону, и начал разговор, откинувшись на кресло: —Ну, говорите, зачем пришли?

— Кайю Ди Виэйра, вы честный человек?

— Что это значит? — смотря на Адама и не понимая, зачем тот это спрашивает, он задал ему встречный вопрос.

— Я честный человек, если говорю, что я оставил автограф на лице твоего младшего сына Лукаса с двух сторон, то я говорю правду. Но ты не стал себя утруждать и звать меня к себе, чтобы поговорить один на один и спросить за это, узнать, зачем я это сделал. Я пришел сам. Спасибо. Я понял, что ты говоришь и кто ты такой, и насколько ты серьезен. Но твои сыновья, они не такие. Если я попытаюсь соврать тебе сейчас, это будет глупо с моей стороны. Потому что знаю, если совру, то не выйду отсюда живым. Поэтому говорю, твой старший сын нарушил договор со мной — это правда.

— Хорошо. Что он сделал? — Спросил хрипло и в тот же момент спокойно старик.

— Твой сын слишком горяч и ядовит, конечно, не зря его Мамбой зовут. Хотя, знаешь, если в человеке сидит говно, это чаще всего называют характером, скрашивают его понятие, и такой вид характера у твоего сына. Он отправил вчера вечером своего человека в один из моих районов. У того с собой было около килограмма кокаина. И он продал его одной большой компании молодых ребят, компания состояла из двадцати четырех человек. Восемнадцать из них сейчас в коме, четверо погибло от передозировки, а двое остались живы, потому что не стали принимать эту гадость. Их семьи взбунтованы, они нарушили порядок моего народа. Мой народ — это моя семья, и я не оставлю это так просто.

Мамба никого не слушает и не уважает порядки других. Что за воспитание ты дал своему сыну?

Старик Кайю Ди Виэйра от злости на сына опустил свою голову, зажмурив от стыда глаза. Его сын подвел его перед самым главным молодым старейшиной, и он сидит отчитывает его. Ему никогда не было так стыдно за своих сыновей, и он злобно прошипел, спросив Адама, продолжая разговор.

— А дальше?

— Когда я последний раз отправил вашего младшего сына Лукаса с товаром я ему еще раз повторил: — "В Грузии никогда не будет, никаких наркотиков". На моей территории никто не смеет нарушать мой порядок, в том числе и моего народа.

Тогда они хотели избавиться от меня, тем самым подставив. Хотели свой же товар, который еще был оставлен покойному Нодару Циклаури на сохранение, поджечь!

А затем хотели выставить меня мужчиной, который не сдержал слова и не сохранил товар, и потом убить меня и моих близких. Как вам такое?

Я это сразу узнал и сказал, чтобы они и шагу не делали на мою территорию, и я сам всё вам отправлю, но нет, он взял и приперся ко мне в компанию, всем запрещено из наших приходить туда. Снова нарушили слово, я отдал товар, отправил его вместе с твоим сыном в сопровождении моих ребят, документы все сделал, чтобы не привязались.

— Адам Имерети Малик, прости меня за моих сыновей. Мы можем как-то между нами решить этот вопрос? Давай не будем выдвигать эту тему на совете.

— Не нужно извиняться за своих двух взрослых баранов. Я предупреждал ваших сыновей, если выкинут еще что-то, то расскажу все вам. Я пришел и рассказал! Сегодня вечером на завершающем совете я расскажу всем о проделках ваших сыновей, доказательства есть, не переживайте, фотографии, телефонные записи разговоров — это всё у меня на руках, я объявлю свое решение перед всеми, тогда и узнаете, как будет решен этот вопрос!