Чтение онлайн

– Метку выпустил Крауч, – поправил ее Рон.

– Это не доказано, – заметил Блэк.

– Да, – согласилась Гермиона неизвестно с кем и продолжила. – А сейчас у него какие-то дела с оборотнями. Гарри, я совсем не понимаю, чего же он хочет.

– И вообще, – добавил Рон. – Мне почему-то казалось, что он должен искать Сами Знаете Кого, а не носиться по стране с оборотнями. Разве не так?

Наступила тишина, и Гарри показалось, что все трое подумали об одном и том же.

– Возможно, он его уже нашел.

Ему почудилось, что солнце за окном моргнуло, на мгновение перестав светить.

Кто бросил его имя в Кубок так и осталось неизвестным, хотя, он был уверен, что директор и попытался что-то найти. Видимо, не нашел, и уже одно это пугало еще больше. Но, девять из десяти, что это был человек Волдеморта. И если Сириус также вступил в контакт со своим хозяином – не означает ли это, что эти вещи как-то связаны? Но как могут быть связаны Турнир и какие-то оборотни на другом конце страны?

Молчание прервал Рон.

– Странно, что оборотни, а не бывшие Пожиратели.

– В этом как раз ничего странного нет, – возразила Гермиона. – Думаю, они боятся возвращения Сам Знаешь Кого больше всех. Сириус бы к ним не пошел, его вполне могли сдать аврорату.

– Согласен. Мы говорили об этом летом, – заметил Гарри, отодвигая мрачные мысли в сторону. – Мне больше интересно, почему молчит Пророк. Как я тут седлаю драконов – на первой полосе, а про то, что министерство теряет контроль над оборотнями – ни слова. По-моему, это важнее.

– Про Крауча они тоже не всё написали.

– Да, но основное было, – возразил Блэк. – Умолчали кое о чем, это понятно.

– Убийство главы департамента не спрячешь, – Рон пожал плечами. – Слишком известная фигура.

Блэк покачал головой. С этим он был согласен, но вот с тем, что прятать вообще было нужно – нет. Понятно, что Фаджу невыгодна паника, но есть же какой-то здравый смысл. Министр не производил впечатления гения, но и совсем уж идиотом быть не мог. Идиоты не становятся министрами. Или становятся?

Он вздохнул. По крайней мере, если умрет он сам – это точно будет на первой странице.

Но этого он говорить не стал, шутка была какая-то уж слишком мрачная.

После таких новостей мир как-то резко пришел в норму, с той лишь разницей, что теперь Блэк махал карандашом, прислонившись спиной к ногам читающей что-то «легкое» Гермионы. Некоторое время он поразглядывал золотое яйцо, но потом пришел к мысли, что на загадку времени еще более чем достаточно, а вот активизировавшийся Бродяга – это совсем не весело. Тем более что умение драться на Турнире лишним явно не будет – уже проверено.

Хотя, какое там умение. Возможно, против каких-нибудь драконов он держался неплохо (неправда), но учителю в чистом бою продолжал проигрывать почти всухую. Да, его арсенал потихоньку рос (слишком медленно, на его взгляд), да, реакция улучшалась, да, он действовал разумнее, но у Ремуса все равно было то, чего не было у него.

Готовность. Уверенность. Опыт?

Он не знал, как это назвать. Люпин был готов бить и получать удар в ответ. Всегда. В учителе присутствовала некая мрачная решимость, он – вел бой. А сам Гарри всё еще занимался Защитой от Темных Искусств, несмотря даже на то, что постепенно осваивал эти самые «искусства». Кроме тех моментов, когда им овладевала ярость – тогда начиналась настоящая драка. Но тогда он уже не мог действовать разумно. И что с этим делать – было совершенно неясно.

Он даже не был до конца уверен, что действительно хочет приобрести это качество. Иногда ему казалось, что подобная перспектива его пугает. Что-то такое мелькнуло в нем во время драки с Муди и совершенно ему не понравилось.

А иногда – в основном, когда он запрокидывал голову и смотрел на Гермиону – ему казалось, что это необходимо. Он просто не имел права быть слабым. Не теперь, когда в ее глазах было столько золота.

Но что касается неконтролируемой агрессии – это его не устраивало совершенно точно. И предложение Ремуса заняться анимагией казалось всё менее нелепым – ему нужно научиться владеть собой. Но искать подобное в библиотеке было, скорее всего, бесполезно, а к разговору с учителем он пока не был готов.

В отличие от них троих, всех остальных никакие оборотни, министры и Темные Лорды не беспокоили. Народ думал только о Бале. Последние две недели до каникул в замке царил кавардак. Все искали партнеров, и передвигаться по коридорам стало просто опасно – можно было в любой момент стать жертвой.

К его изумлению, шутка Стеф, в каком-то смысле, оказалась пророческой – на него самого тоже посыпались приглашения. И это при том, что они с Гермионой совершенно не скрывали своих изменившихся отношений.

Он проводил взглядом очередную девушку, подошедшую к нему перед уроком, кажется, она училась на шестом курсе Хаффлпаффа, и поинтересовался неизвестно у кого

– На что они рассчитывают, я понять не могу?

Рон пожал плечами.

– Надежда умирает последней.

– Я думаю, что нам не все поверили, Гарри, – заметила Гермиона. – Уверена, многие решили, что мы хотим просто поддержать Скитер, чтобы отделаться от насмешек.

– Даже если так, то всего месяц назад они таскали малфоевские значки со «смердяком». А теперь хотят пойти со мной на бал?

– Глупость не умирает вообще, – а это подала голос уже Элис, стоящая неподалеку.

– Да вы философы. – Блэк покачал головой и поинтересовался у Рона. – А ты с кем идешь?

– Пока с Джинни.

Гарри приподнял брови и друг пояснил

– Если ее никто не пригласит за эту неделю. Ей же иначе на бал не попасть.

– Рональд Уизли, – негромко произнесла Гермиона. – Что с тобой творится?

– Его кто-то укусил, – предположила Паркс и добавила – Не я.

– А жаль, – ухмыльнулся Рон.

– Хотя нет, – протянула рэйвенкловка. – Все в порядке.

– На самом деле, ее просто обязательно пригласят, поэтому я не сильно переживаю. Кажется, Дин собирался, но пока мнется.

Гарри хмыкнул, снова вспомнив зеленоволосого Томаса, и подумал, что Рон, собственно, так и не ответил на вопрос. Может, друга покусал он сам, да ненароком забыл об этом? Ну, или их обоих покусал Альбус Дамблдор – развеселился Блэк. – А потом стер память. Это бы многое объяснило.

В результате с Джинни Рон, конечно же, не пошел, но совсем не по той причине, которая предполагалась. Вернувшись в гостиную пятнадцатого вечером, всего за три дня до каникул, они с Гермионой застали довольно странную картину. Все четверо Уизли собрались кучкой. У близнецов вид был явно виноватый, в центре сидел мрачный как туча Рон, а Джинни, судя по выражению лица, пыталась убедить его, что жизнь не настолько плоха, чтобы расставаться с ней в столь юном возрасте.