Чтение онлайн

Но, самое главное, Сайлос разобрался со странными именами, которые назвала прорицательница – "Роталлеб" и “Манорок". Удивительно, но тогда в шатре Элмас не ошибся, так действительно назывались звёзды. Конечно, мысленно мальчик поаплодировал самому себе, всё-таки, не зря он считал себя умным, даже после встряски от рубина разум его не подвёл.

Согласно астрономическому атласу, звезда Манорок являлась самой яркой в созвездии “Корона”. Она венчала его, подобно роскошному бриллианту. По легенде, эту корону носила мать всех богов и богинь, Первородная богиня Судьбы – Фрида. Однако после того, как её дети свергли своего отца, Первородного бога хаоса и времени Хроноса, и заняли Небесный престол, она выбросила свою корону, и та превратилась в созвездие. В практическом смысле Манорок тоже считали одной из важнейших звёзд, а именно навигационной. Она служила ориентиром для путников и моряков. Находясь точно на востоке, Манорок светила ярко, словно маяк безлунной ночью. Впервые на это обратила внимание Аврора Ланс, тётушка тогдашнего короля Артура Великолепного. В атласе приводилась цитата из её дневника: "Как только отплыли от Острова Свободы, нас ослепила Манорок. Капитан и команда несколько мгновений заворожённо наблюдали за ярким светилом, подаренным нам Фридой. Звезда горела точно за её собором, что нами было воспринято, как добрый знак. Удивительно, что, сколько я не наблюдаю за звездой, она всегда горит точно на востоке." Правда, подтвердили это только спустя триста лет, но зато теперь звезду знали все путешественники и картографы.

Вторая звезда – Роталлеб – украшала рукоять созвездия “Меч”. Оно находилось на западной половине неба. Говорили, что звезда зажглась в тот момент, когда Генрих Арвойтус закончил ковать мечи для первых драконов, и, тем самым, завершила ещё один меч – небесный. По другим легендам, меч остался после войны Верховного Бога Правосудия и Военного дела Ректуе с его отцом Хроносом. Он воткнул его посреди небосвода, пообещав, что, если понадобится, он воспользуется им снова, неважно, против кого. В том числе из-за этого Роталлеб связывали с войной, а точнее, с её окончанием. Звезда всегда загоралась незадолго до конца сражений. Как понял Сайлос, астрономы уже давно пришли к выводу, что это совпадение, которое в народном творчестве обросло большим количеством суеверий. На небосводе звезда Роталлеб находилась точно на западе и ярче всего горела именно перед рассветом. А так как крупные сражения часто заканчивались с первыми лучами солнца, Роталлеб, получается, предвосхищала это событие.

С чего гадалка назвала именно эти звёзды, Сайлос пока что не понял. Единственное объяснение – звёзды намекают на корону и меч, а точнее, на короля и воина, ему решительно не нравилось. Такая трактовка больше походила на какую-то нелепую насмешку. Кто в здравом уме поверит, что человек, которого оставили на пороге приюта сразу же после рождения, может стать прославленным воином? Особенно теперь, когда в мире не осталось ничего интересного. Возможно, под этим подразумевался просто очень известный воин. Например, Генерал или член Золотого легиона, отряда привилегированных рыцарей драконов, которые выполняли самые опасные и секретные миссии и охраняли королевскую семью. Это уже звучало чуть реалистичнее, но Сайлосу всё ещё не верилось. Среди нынешнего Золотого легиона Элмас не помнил никого, кто стал драконом в Каннингеме или Огнеграде, единственных городах, где на обучение принимали сирот.

Беда заключалась ещё и в том, что Сайлос совершенно не представлял, кто является Манороком и Роталлебом. Гадалка сказала, что Элмас и Браво знают и того, и другого и притом очень хорошо. Определить подозреваемого через Мишель не представлялось возможным. Она общалась со всей декадой, поэтому героем мог оказаться любой из них. В случае Сайлоса дело обстояло гораздо проще, по крайней мере, так ему казалось в начале. Гадалка прямо сказала, что кого-то – или короля, или воина – он уже знал, скорее всего, она имела в виду не случайного человека, а хорошего знакомого. Круг его общения, хорошего общения, как выразилась гадалка, состоял из трёх людей: Эрик, Бен и Мишель. Из них троих больше всего привлекала кандидатура Мишель. Она присутствовала в шатре, и гадалка явно хотела этого. С другой стороны, Мишель должна была найти второго человека, так что по логике она не должна была быть одной из них.

Эрик или Бен? Выбор сложный. Размышляя о них, Элмас так и не определился, с кем он общается больше всего. Однако… Если говорить откровенно, то именно Гримо напоминал возможного короля. Такой же горделивый и себялюбивый, как истинный монарх. Бену же больше подошла роль воина, выполнить приказ он бы сумел великолепно, а вот отдать его…

Хотя, конечно, существовал другой вариант. Гадалка вполне могла пойти на небольшую хитрость, чтобы звучать таинственно. Быть может, дунклеровка имела в виду самих Браво и Элмаса. Хотя, говоря откровенно, сам Сайлос не считал себя способным стать великим воином, да и подобные честолюбивые мечты никогда не задерживались в его голове надолго. Конечно, как любой ребёнок, он представлял себя великим героем, но старался не заигрываться в это.

Ярмо сироты весело на нём тяжким бременем, хоть Элмас всеми силами убеждал себя, что это не проклятье, а дар небес. Когда у тебя есть родные, а за плечами древний род, на тебя давят обязательства: сохранить значимость и величие фамилии, служить чести семьи, продолжать династию, заниматься делом предков. Конечно, тебя поддерживают сотни рук, но, если ты упадёшь, эти же руки тебя и погубят.

* * *

Этой ночью Мишель не спалось. Она сидела на кровати и смотрела в ночное небо. За ужином они обсуждали созвездия, и Сайлос рассказал о Манороке. Оказалось, что это звезда из короны Фриды. Буквально главный камень в звёздном венце. Расположился Манорок ровно на востоке, поэтому эта звезда считалась очень важной для моряков и путешественников. Девочка не знала этого раньше. Она слышала о звезде Востока, но не более. Название “Манорок” Мишель впервые услышала от гадалки.

За всю свою жизнь Мишель ни разу не интересовалась ночным небом по-серьёзному. Ей нравилось смотреть на звёзды, нравилось рассматривать созвездия и слушать истории о них, но её никогда не заботила научная сторона вопроса, однако после предсказания дунклеровки стало интересно. Почему-то это показалось ей очень важным. Подобное Мишель чувствовала в ночь перед Желумом и в свой шестой День Рождения, когда пришло время выбирать фамилию. Но об этом Мишель сильно долго не переживала, идеальный вариант пришёл ей на ум практически сразу. Теперь Браво была уже в два раза старше, и вопрос, который ей задала гадалка, волновал её гораздо больше положенного.

Из тех пророчеств Мишель ничего не поняла. Да и порой ей казалось, что она не хочет понимать. В своей жизни Браво читала мало книг, зато слышала великое множество историй. И во всех них, если человек узнавал своё будущее, он всеми силами старался не допустит его, и, тем самым, притягивал именно то, чего боялся. Мишель не знала, что означали её видения в рубине, но те чувства, которые она испытала, глядя в его кровавые глубины, повторять не хотелось. Все те люди испытывали настоящую боль. Но что с ними произошло? Или произойдёт?

Все праздники Мишель старалась выкинуть из головы слова гадалки. Но те засели там намертво, словно кто-то прибил их гвоздями. Наверное, из-за этого девочка старалась смеяться ещё громче, шутить ещё чаще, участвовать во всём, в чём только удавалось. И, наверное, именно поэтому почти не препятствовала Сайлосу, когда он уходил в библиотеку.

Ирония заключалась в том, что по-настоящему общаться хотелось именно с ним. Но, во-первых, Мишель испытывала тревогу от того, что они теоретически начали бы обсуждать, а во-вторых, Сайлос сам стал ещё необщительнее, чем когда-либо раньше. Конечно, Элмас ходил вместе со всеми, но большую часть времени двигался, как сонный пёс. После того как он чуть не снёс ведро с водой, которое стояло на бочке рядом с каким-то шатром, Браво убедилась в том, что повеселиться с ним не получится, вдруг ещё убьётся.

Мишель предполагала, что такое состояние вызвано попытками разобраться с предсказаниями. Сперва Браво даже захотелось обсудить с ним это. Но затем девочка остановила себя, рассудив, что если хочешь о чём-то забыть, лучше всего не говорить об этом.

С другой стороны, возможно, в этом и стоило разобраться. Этот флёр тайны и загадки… Настоящее приключение. Если бы Мишель только поняла, кого она видела в рубине. Или догадалась, что это за время. И что за горгульи появились в конце? Загадки… Слишком много загадок. Это всё осложняло. Возможно, поэтому Браво гораздо охотнее размышляла о стихе, который рассказал Сандр и который, как выяснилось, рассказали всем, кроме Сайлоса и Мишель.

Незамысловатые строчки крутились в её голове, перемешивались, пытаясь принять новую форму. Это пророчество звучало информативнее. Тем более, там что-то говорилось о великом зле, которое нужно остановить. "Вот это звучит по-геройски”, – думала Мишель.

– Снова это, – Браво провела ладонью по лицу, – Я не должна об этом думать. Просто не должна.

Всю ночь девочка просидела у окна и только под утро смогла немного подремать. Тем не менее, она не чувствовала себя усталой, напротив, Мишель обрадовалась бы, если бы тренировка началась прямо сейчас. Единственное, что её смущало – это сегодняшние уроки. Что бы там ни говорили люди, но драконы, независимо от личных предпочтений, получали очень хорошее образование. С тех пор, как возраст новобранцев понизили до двенадцати лет, Лидер драконов решил, что ученикам жизненно необходимо получать дополнительные уроки. Драконы считались элитой дрейкской армии, потому они должны были превосходить остальных солдат не только физической силой, но и образованностью. В конце концов, драконы чаще других попадали в высшее общество, именно они несли службу при дворе и охраняли королевскую семью. В связи с этим, первые два года обучения сопровождались долгими и занудными уроками.