Легенда о Короле и Воине: Пробуждение тьмы
Шрифт:
– Тогда… – хмуро протянула девочка, – Тогда я буду биться с теми, кто хочет устроить войну. Потому что война – это зло. И все, кто хотят её – злодеи. Я буду против них. Кто бы они ни были!
– И против драконов? – снова хохотнул парень.
– Что? – окончательно запуталась Мишель, – Что ты хочешь этим сказать?
– Если королева решит устроить войну… Скажем, с магами. За кого ты будешь? – Грин положил руку на комод и задумчиво посмотрел на собеседницу.
– Я не знаю! Мне двенадцать лет!
– Война не спрашивает возраст, – неожиданно жёстко даже для самого себя сказал парень, – Она просто приходит и заставляет делать выбор.
– А как… – девочка отвернулась от окна и вновь посмотрела на Флориана, – Как делать выбор? Если, например, твой командир говорит делать то, что ты считаешь неправильным?
– Командиры редко ошибаются, – пожал плечами парень, – Солдаты видят частное, а они – целое. Разница в высоте.
– Но если такой выбор стоит? – упрямо повторила Мишель, – Я ведь сразу не стану Генералом. Или рыцарем. Сначала я буду солдатом. Простым солдатом, который не будет видеть всё.
– Генерал… Высоко метишь, – его глаза сузились, полыхнув каким-то недобрым пламенем, – Таким, как мы, этого не видать.
– Это только частные случаи, а не всё целое, – усмехнулась Мишель, на её губах снова заиграла улыбка, – Разница в высоте. Высоте мыслей.
– Если выбор будет стоять, делай, что должна, – сказал Флориан, в его голосе снова зазвучал металл, но теперь сдобренный мечтой.
– Это не ответ! – всплеснула руками Браво.
– Правда? – недобро усмехнулся Грин.
– Правда, – обречённо вздохнула Мишель, рухнув на кровать, – Я должна поступать справедливо, но и должна слушать командира. Так что мне делать?
– Ты бы помогла магам? Или некромантам? Или ходячим трупам?
Каждое слово Грин растягивал, превращая в патоку. Он увидел такой приём в Одинокой башне. Так высокородные произносили его имя… Прежде, чем он заставил их прикусить язык.
– Я не знаю… – девочка отвернулась к окну, – Я никогда не думала об этом. На меня напала колдунья. Но она была одна. Но заклятье было смертельным. И говорят, что у неё имеются сообщники. Значит ли это, что все маги плохие? Конечно, о них всех говорят, как о злодеях… Но ведь первым драконам помогал маг. Не могут же все быть такими ужасными…
– Я не дам тебе ответ.
– Почему?
– Потому что я его не знаю, – сказал Грин.
– Ты об этом не думал? – поразилась Мишель, – Я видела одну казнь. Вообще-то, их было много. Но я на них не смотрела. Я закрывала глаза. Но в первый раз не стала. Все так радовались. И мои друзья тоже. И мне казалось, что и я должна. Но тот человек был так напуган. Разве злодеи боятся?
– Боятся все.
– Все? – ещё больше удивилась Мишель, – И злодеи? И герои?
– Все.
– И ты?
– Да, – пожал плечами Флориан, – И довольно часто.
– Что? – девочка приподнялась на локтях и посмотрела на юношу широко распахнутыми глазами, в них без труда читалось неверие, – Но ты ведь рыцарь? Ты был в Одинокой башне! Ты дрался с Генералом! И ты дракон! Ты летал!
– А ты оттолкнула человека, которого знаешь от силы месяц, от заклятья, силы которого не знала, – всё так же спокойно ответил Грин.
– Но Сайлос мой друг, – возразила девочка и задумчиво добавила, – Да и я не думала о заклятии.
– Значит ты не смелая, как я думал.
– Почему?
– Потому что трусость и храбрость – результат мысли, – объяснил Флориан, – А ты не думала. Когда мне бывает страшно, я нахожу причину не уходить. Я думаю об этом. Быстро или медленно, неважно. Я думаю. А ты не думала.
– И это делает меня трусихой? – отчасти возмутилась, отчасти огорчилась Мишель.
– Это не делает тебя храброй.
– Это как? – на этот раз Браво выглядела скорее заинтересованной, чем удивлённой или сбитой с толку, – Если я не храбрая, то я трусиха. Я не могу не быть обеими.
– Как я и говорил, – уверенно сказал юноша, – Ты ещё слишком юна.
– Ты просто сам ничего не знаешь, – надменно ответила Браво. Грин начинал её раздражать, и ей жутко хотелось задеть его хотя бы словами, если уж она не могла встать и стукнуть его.
Однако на лице Флориана не дрогнул ни один мускул.
– Ты так в этом уверена? – спокойно спросил он.
– А как иначе? – девочка отвернулась от парня, пряча лицо, – Если бы ты знал, то сказал бы. Ты выглядишь очень надменным и важным, но именно так выглядят взрослые, когда чего-то не знают.
– Поверь мне, я знаю.
– С чего ты взял? – скучающе хмыкнула девочка, продолжая смотреть на небо.
На самом деле, она действительно ждала ответ. Но она не хотела показывать, что заинтересована больше него, пусть игра и возмущала всё её нутро.
– Как ты сказала, я был в Одинокой башне, – Грин поднялся со своего места и встал рядом с окном.
– Это ничего не доказывает! – не выдержала девочка.
– А пару минут назад доказывало, – протянул парень.
Он приоткрыл створку окна и, опершись на подоконник, посмотрел вдаль.
– Пару минут назад я не знала, какой ты высокомерный придурок, – фыркнула Мишель.
– Я могу разрубить тебя одним взмахом меча! – шутя, рыкнул парень и для большей убедительности коснулся клинка на поясе.
– Наверно, – согласилась девочка, – Но ты по-прежнему будешь высокомерным придурком.
Флориан рассмеялся. Он смеялся так долго и заразительно, что Мишель и сама невольно улыбнулась и расхохоталась. Вдоволь посмеявшись, парень обернулся и посмотрел на девочку:
– Скоро будет завтрак. Тебе нужно встать и одеться.
Вздохнув девочка стащила со спинки кровати тёмно-синюю рубашку и штаны цвета мокрого песка и принялась одеваться. На улице что-то громыхнуло, послышались треск и крики. Грин вытянул шею и прищурился, его ожидало разочарование: тент, натянутый над двором, надёжно скрывал всё, что происходило под ним.
– Что там? – Браво подскочила к окну, попутно завязывая пояс на штанах.
– Ничего не видно, – разочарованно протянул юноша.
Обернувшись, он удивлённо посмотрел на девочку.