Чтение онлайн

Ещё утром, когда Роб обронил фразу "…он ищет магов", мальчику пришла в голову мысль: в шатре гадалки они с Мишель видели колдовство. До сих пор Сайлос как-то не думал о случившемся в таком ключе, он воспринимал всё произошедшее как факт, разбираться в котором не требуется. Внимания изначально заслуживали лишь пророчества и видения. Но что, если не магия, породило картины в рубине? Они выглядели такими живыми, Сайлос до сих пор чувствовал их на своей коже. Такого эффекта благовониями не добиться, но его могла дать магия. Из этого следовало, что имена Манорок и Роталлеб тоже принадлежат ей, магии. А это уже ставило под угрозу тех, кто их носил, и тех, кто знал их носителей. Гадалка уже наверняка скрылась, сменила наряд, сожгла шатёр, спрятала рубин – одним словом, замела все следы. Но вот он и Мишель всё ещё жили в Башне, под самым носом у Медведя и его псов.

– С другой стороны, не мы ведь эти Манорок и Роталлеб, – заметила Браво.

– Но мы их знаем. Мы их пособники. Невольные, но кто станет вникать?

Магия – это зло. Магия – это опасность. Магия – это смерть. Три простые истины, которые Сайлос хорошо усвоил. В приюте, где рос мальчик, работала нянечка, занимавшаяся младенцами. Её звали Фанни. Внешность девушки Сайлос запомнил, в памяти остался лишь образ – красивое белое пятно. Именно такой её все и знали – невероятно доброй, светлой и красивой, с мягкими кудряшками. Даже странно, что Фанни выбрала работу в приюте за чертой города, самом бедном и мрачном из всех. Каждое утро девушка молилась Фриде, а на выходных пекла клубничные вафли. Фанни казалась воплощением добра. Но однажды в приют вломились псы Медведя и обвинили её в сокрытии беглого колдуна, после чего посадили в тюрьму. С тех пор её никто не видел. Как-то раз Сайлос слышал, что её сожгли, но никто в приюте не стал отвечать на вопросы вездесущего пятилетки. Только местный геро, тот, кто слушал исповеди всей округи, рассказал мальчику правду о казни Фанни, оказавшейся колдуньей, и велел зарубить себе на носу: магия – это зло, магия – это опасность, магия – это смерть.

Элмас умирать не хотел. Да и Браво он никогда бы не пожелал такого. Пусть уж лучше Медведь допрашивает Бена и Оскара, обыскивает комнаты слуг, злится, бесится, но не имеет никаких причин подозревать Сайлоса или Мишель. Только он хотел поделиться этим с Мишель, как дверь в зал открылась. Вошли двое парней.

– Кого я вижу?! – протянул один из них.

– Флориан! – Мишель подскочила и кинулась в объятья парня.

Дракон обнял её и похлопал по спине. Медленно встав, Сайлос подошёл к ним. За последние дни Элмас успел разузнать об этом парне всё, что можно, и пришёл к выводу, что Флориан ему нравится. Вот оно – воплощение драконьего идеала. Превосходный воин: за последние двадцать лет Грин стал единственным наречённым рыцарем из Серой Башни. Этот вид рыцарства являлся наиболее почитаемым среди драконов, ведь его получали всего два человека из каждого драконьего поколения. Интересный собеседник: его слова распространяли если не книжную, то, по крайне мере, житейскую мудрость. Любимец дам, отдавший своё сердце одной единственной: половина девушек Башни мечтали о нём, но сам Флориан обращал внимание лишь на Лютецию, дракона, с которой они летали в одной декаде. Одним словом, Флориан обладал всеми качествами настоящего героя легенд. Элмас чувствовал зависть и злость, ему хотелось стать таким же, но голос внутри шептал, что это недостижимая для него высота.

После обмена приветствиями, Грин указал на стоящего рядом парня:

– Познакомьтесь, это Эмин Хёрд. А это Сайлос и Мишель, я тебе рассказывал.

Внешне Эмин больше напоминал землепашца. Высокий и крепкий русоволосый кудряш с красивыми голубыми глазами в обрамление пышных чёрных ресниц. Скрытые длинной чёлкой, они искрились лунным светом на бледном лице юноши.

– А это наш будущий Генерал! – Эмин усмехнулся и отдал честь.

Флориан нахмурился, а Мишель, слегка покраснев, закатила глаза, всё-таки, зря она сказала.

– Да ладно! – махнул рукой парень, – Хотите с нами посидеть?

Грин очевидно опешил, но тут же закивал:

– Мы идём к огню. Будем рассказывать страшные истории! Бу!.. – он засмеялся.

Уговаривать Мишель дважды не пришлось, да и Сайлос не стал отказываться. Когда ещё он пообщается с выпускниками? Вместе с Флорианом и Эмином они дошли до двери, ведущей в главную Башню, в честь которой назвали крепость. Вход никто не охранял. Флориан взял один из факелов, стоявших в подставке рядом с дверью, поджёг его и первым вошёл внутрь.

Свет проникал в башню через небольшие бойницы, тянувшиеся вдоль лестницы. Может, днём его и хватало, но ночью внутри царила темнота. Если бы не факел Флориана, пробираться пришлось бы практически на ощупь. И Сайлосу казалось, что поднялись бы они не все.

Внутри башня оказалась полой. Не очень широкая лестница вилась по стенам, точно змея. Она состояла из каменных брусьев, держащихся на древней магии и честном слове. От падения защищал небольшой заборчик, который в иной ситуации скорее бы сыграл роль подножки, лишив человека последнего шанса на выживание. Сколько смертей видело это место? Драконы ещё могли обернуться и выжить, но слуги и стражи? Перешагивая со ступени на ступень, Мишель в красках представляла себе, как оступается и падает вниз. Сайлос же размышлял, сколько времени займёт полёт, если кого-нибудь скинуть вниз. Он думал, как это посчитать, и успокаивался.

Серая башня являлась самой высокой точкой крепости. Башня возвышалась над землёй, словно гигантское древо. И сияла в темноте подобно маяку. Её вершина представляла собой правильный шестиугольник, увенчанный острой крышей.

В центре шестиугольной площадки располагался очаг из тёмно-серого мрамора, в котором беспрестанно полыхало пламя. Крыша закрывала огонь от дождя и снега. Для усиления яркости внутри её обложили зеркальными пластинками. Они также присутствовали на самом очаге. Этот огонь являлся гарантом безопасности. Пока горит пламя Серой Башни, Каннингем и близлежащие деревни могут спать спокойно. Им ничего не угрожает, а если что-то случится, в крепости любой найдёт защиту. Именно на этот свет устремлялись люди прошлого, когда начинались войны с магами, когда в Дрейк вторгались княжества Пустоши или армия Таиркерина, ближайшего соседа с этой стороны границ. Сейчас на огонь ориентировались драконы, отправляющиеся в ночные полёты.

Когда компания поднялась, Флориан опустил факел в специальную подставку и огляделся по сторонам, вдыхая свежий воздух. Уставшие после долгого подъёма, Сайлос и Мишель громко дышали, пытаясь прийти в себя.

Их уже ждала светловолосая, одетая в серую мантию, Летиция Ауг. Она подошла к Флориану, и они поцеловались. Мишель скривилась. Около огня сидела Ванда Винтер. Она что-то пила из бурдюка 8 . Хоть наверху и дул холодный ветер, она всё равно вырядилась в любимый чёрно-серый костюм, предназначенный для занятий в зале: высокие сапоги, обтягивающие штаны и кожаная майка с лямкой на одно плечо. На открытой коже цвёл розовый куст, переходящий на шею и на абсолютно лысую голову. Мишель залюбовалась необычным рисунком. Заметив первогодок, Ванда насмешливо протянула:

– Не знала, что ты решил обзавестись младшими!

Не обращая внимания на шпильку, Флориан вместе с Ауг сел около огня и протянул руку за бурдюком. Ванда усмехнулась и отдала.

– Будете? – Грин посмотрел на Браво и Элмаса.

– Флориан! – возмутилась Лютеция, – Там же вино!

Тот лишь отмахнулся. Сайлос поразмыслил и взял в руки бурдюк. Вино оказалось горьким и терпким, оно обожгло горло и грудь. Пришлось зажать рот рукой, чтобы не начать отплёвываться. Мишель, выпившая вслед за ним, закашлялась. Ванда усмехнулась, забирая бурдюк.

Резкий порыв ветра ворвался на открытую площадку и принялся трепать волосы сидящих. Из люка, ведущего внутрь башни, послышался вой.

– А вы знаете историю об Элизе? – замогильным голосом спросил Эмин.

– Нет, – покачала головой Браво.

Лютеция и Флориан переглянулись и синхронно ухмыльнулись. Девушка опустила голову ему на плечо и прикрыла глаза.

– Давным-давно… – заговорил Хёрд.

И вместе с его словами в голове Мишель начала разыгрываться история, словно бы она стояла перед помостом бродячего театра.

– Элиза жила в Каннингеме. В центральном приюте, что находится над Золотой улицей, что идёт параллельно главному рынку. Как и все дети, она мечтала попасть в Серую Башню. И вот однажды мечта сбылась. Элиза плохо ладила с остальными детьми. Но тем лучше. Ведь она могла посвятить всю себя тренировкам. Она тренировалась день и ночь, чтобы стать лучшей. И вот настало время пройти обряд, чтобы стать драконом. Все его знают. Нужно всего лишь выпить огненной воды с драконовым цветком. Элиза вместе с остальными детьми стояла и ждала своей очереди. Но когда она выпила отвар – ничего не произошло. Все забеспокоились, никто не понимал, что случилось. Решение нашёл тогдашний глава сыска. Его звали Барт. У него хранился древний амулет, ныне утраченный. Он казался безобидным. В руках драконов это было простое украшение. Но в руках магов он начинал сиять и греться. Элиза взяла амулет, и он… Тут же вспыхнул! Ярким, кровавым огнём! И тогда все поняли, Элиза – маг. Она не знала об этом. И никто не знал. Она была не виновата. Но разве можно магу стать драконом? Ей обещали, что она сможет вернуться в город. Девочка долго плакала. В последний день комендант предложил ей подняться наверх Башни и попрощаться с крепостью. Она стояла прямо за тобой, Сайлос. И смотрела в сторону леса. Её белое платье развевалось на ветру. А потом её схватили и отвели к палачу. Это было против решения суда, но разве с магами стоит церемониться? Её пытали, пытали, и пытали. Она кричала, и стены содрогались от этого крика. И когда она была готова умереть, то её скинули с этой самой башни. До сих пор можно найти красное пятно на брусчатке. За сотни лет его так и не удалось оттереть. А призрак Элизы до сих пор скитается по закоулкам цитадели. Она всё в том же платье. Белом, с пятнами алой крови. Единственное, что отличается от её прежнего наряда – это перчатки. Говорят, накануне страшных войн она приходит в красных. А накануне великой радости – в голубых. А уж если на горизонте стоят великие перемены, она приходит без перчаток. И тогда люди могут увидеть её белые руки, все в ожогах, синяках и шрамах. Но есть один день в году, когда она точно появляется. День её смерти. Элиза ищет того, кто не спит. Элиза хватает их и кричит так, что из ушей и глаз идёт кровь. А если она никого не находит, то плачет. И вой её слышат все в замке. А в особенности драконы. И там, где она была, находят бриллианты и рубины, следы её слёз и крови. Говорят, её дух будет вечно скитаться в этих стенах. Элиза не уйдёт никогда. Ибо она проклята драконами и забыта магами. Ей никогда не будет покоя.