Чтение онлайн

Но в этом было что-то другое. Он был чист и сосредоточен и, казалось, не получал никакого удовольствия от атрибутов силы. Он даже казался глубоко потрясенным, когда они попросили быть его копейщицами. С тех пор он, по сути, ничего от них не требовал, кроме как разобраться с потным торговцем.

Он также мало говорил, что Хелен нравилось.

Она сделала еще один шаг вперед и почувствовала капли дождя на своей коже. Она подняла глаза, нахмурившись, но, поскольку дождь продолжал падать на нее, ее хмурый вид постепенно исчез. Это было приятно. Естественно и свободно, этот дождь, так, как она не чувствовала с детства. Как будто все, о чем нужно было беспокоиться в мире, это играть в лужах и бросать горсти грязи.

— Твою мать — вздохнула она, но тут же была вырвана из своих грез смехом. Ее глаза сузились, когда она повернулась, чтобы посмотреть на (Призрачного Гончего), а через долю секунды заставила свое выражение лица стать осторожно нейтральным. Если этот ублюдок смеется над ней !

Но (Призрачный Гончий), казалось, даже не заметил ее присутствия, он улыбался, глядя на наруч в своих руках. Несколько секунд он просто смотрел на него, его зеленые глаза горели ярким и свирепым огнем, когда он смотрел на наруч. Затем он поднял глаза и моргнул, удивленный, увидев Хелен.

Убедившись, что он не издевается над ней (при всех странных дарах (Призрачного Гончего), утонченность не была одним из них), она мило улыбнулась ему в ответ. Она была удивлена тем, насколько искренним это казалось, и еще больше удивлена маленькому уколу удовольствия в ее сердце, когда он поманил ее к себе.

— Подойди, посмотри на это, — взволнованно сказал он. — Я понятия не имел, что эффективность так резко возрастет Что ты думаешь?

Хелен подошла и взяла наруч, а затем осмотрела его. Ее брови очень быстро поползли вверх.

— Святое копье-трахающее дерьмо.

— что? — спросил (Призрачный Гончий), выглядя смущенным. Хелен быстро покраснела и улыбнулась как можно милее, внутренне обливаясь потом.

— Мои извинения, я-я чихнула. Это впечатляет. — И это действительно было так. Не для доспехов, а для (Гравировки).

(Кожаный Наруч Подмастерья) Ур. 25: Кожаные доспехи, изготовленные Подмастерьем, но из плохих материалов. Выносливость +2, Здоровье +25. (Дождевая Гравировка) I.

(Гравировка Стрекозы) 61% (Необычная): Кажется, что ветер движется вместе с носителем, помогая в скорости атаки и защиты. Носитель получает (Аспект Стрекозы) II.

(Аспект Стрекозы) II: Реакция +2, Ловкость +5

(Дождевая Гравировка) I: Гравер разрабатывает свой собственный процесс гравировки, и преимущества начинают накапливаться внутри доспехов. Мана +5, Фокус +1.

Больше всего реакция Хелен на доспехи была одной из страха. Гильдии граверов, вероятно, не возражали бы против чрезвычайно дешевых подделок, где пользователь получал всего 1 или 2 дополнительных очка от гравировки. Это раздражало бы их, и они бы приняли меры, но это было бы неспешное дело.

Но это снаряжение его гравировка добавляла 2 к реакции, 5 к ловкости, 1 к фокусу и 5 к мане. Человек может не заметить, когда у снаряжения есть дополнительное одно или два очка чего-то, но когда оно приближается к 10? Любой заинтересуется этим, даже если это не в тех атрибутах, на которые они полагаются чаще всего. В конце концов, все атрибуты связаны друг с другом, и, если только обстоятельства не были чрезвычайно надуманными, все были полезны в бою.

Тем не менее, (Призрачный Гончий) стоял перед ней, с детской улыбкой на лице, глядя на нее. Казалось, он ждал большего ответа, поэтому она сказала:

— это довольно впечатляет но вас не беспокоят гильдии граверов? Они не любят, когда другие оказывают их услуги.

(Призрачный Гончий), сверкнув зелеными глазами, просто засмеялся и отвернулся.

— Мой путь всегда вперед. Я не буду беспокоиться об этом, пока препятствие не будет передо мной. У меня и так дел хватает. Хорошо, впечатляет, хорошо.

Он ушел, напевая себе под нос, а Хелен некоторое время сидела неподвижно. Затем она подняла глаза и улыбнулась, наслаждаясь ощущением мягкого дождя. Это действительно заставило ее почувствовать себя расслабленной, впервые за долгое время. Возможно, это хорошо, что она оказалась здесь.

Глава 147

Дни для Рендидли слились в один, за исключением одного периода – послеобеденного времени, когда он читал дневник человека, которому суждено было стать Призрачным Копьём. Дело продвигалось медленно, потому что слова, казалось, мерцали и горели. До столкновения с Диан Рендидли был бы весьма озадачен этим, но теперь ему было ясно, что вся книга пропитана чрезвычайно мощным Боевым Намерением. И это было намерение, полное смерти. Первая страница подробно описывала Призрачный Удар, и Рендидли похолодел от прочитанного.

Ты – инструмент, и удар – это естественное продолжение чего-то гораздо большего, чем ты. Ты – не послание смерти, но ты – последнее напоминание. Знай это, ты несёшь копьё, но в глазах Смерти жертва уже мертва. Ты должен нанести удар и напомнить им об их окончательной и величайшей неудаче.

Когда Рендидли был вдали от книги, хотя этот первый отрывок был чрезвычайно странным, думать об этом было не так уж и плохо. Но с книгой в руках казалось, воздух выл от ярости и обиды умерших душ. Холодная рука смерти опускалась на его плечи, когда он читал.

К концу чтения этого первого отрывка у Рендидли всегда ужасно болела голова, и Шал забирал книгу.

— Ты слишком слаб, чтобы продолжать дальше. Но теперь ты видишь, каким нужно быть, чтобы стать сильным.

В голосе Шала всегда звучала какая-то напряжённость, и Рендидли почти спросил, какие у него отношения с отцом и что с ним случилось. Но слова так и не сорвались с его губ. Он не был уверен, то ли дело в напряжённых плечах Шала, то ли в собственной привычке держать всё в себе , но он так и не спросил. Вместо этого он просто кивнул и потёр голову.

И всё же это было правдой, тот факт, что образ был таким сильным, даже сейчас, был свидетельством его огромной силы. Дело было не только в том, что образ был чётким или сфокусированным, но и в том, что всё было наполнено невероятным количеством деталей. Текстура, звук, видения всё это отпечаталось на сетчатке глаз Рендидли и висело в воздухе после того, как книгу забирали, казалось, задерживаясь. Это был уровень электростанции, даже в этом мире, ориентированном на силу.

Именно этого уровня образа ему нужно было достичь. В каком-то смысле для Рендидли было естественно строить свой образ на основе этого. Но в то время как отец Шала выбрал Смерть, Рендидли выбрал Время в качестве главного источника образа. Что, казалось, значительно усложняло поиск конкретного образа, но Рендидли надеялся, что ему удастся справиться.