Чтение онлайн

Беспомощно пожав плечами, Динеш поднял руку к небу. Остальные кивнули, даже Тайкс. Гончий Пес был неумолим и напорист, но иногда он был странно причудлив и зацикливался на странных идеях. Обратной стороной этого была его трудовая этика и широкий спектр навыков, которые позволяли ему, как правило, преуспевать в этих странных прихотях.

Они выбрали свой путь, когда последовали за ним из Доннитона. Последние 6 месяцев были жестокой серией конфликтов, когда они переходили к самым крупным группам монстров, которых могли найти, и сражались с ними. Благодаря этому они быстро освоились на реконфигурированной Земле. Конечно, только Динеш и Тайкс могли сражаться с монстрами здесь в одиночку, и даже тогда это было лишь до ничьей, но они могли постоять за себя.

Динеш не возражал бы, если бы они сделали здесь перерыв на некоторое время.

Когда Хэнк подошел к Иезекиилю, тот сидел, попивая стакан воды, который жена повара оставила рядом с его кроватью. К его удивлению, на его лице не было и следа его обычного хвастовства, только глубокая горечь.

— Хорошо выспался, вижу, — протянул Хэнк, присаживаясь рядом с мужчиной. Они были довольно далеко от колючего дома, и все люди из Зоны 32 вошли в него, что дало Хэнку уверенность в том, что их не подслушают. Хотя человеческие возможности теперь определялись в основном характеристиками, а не врожденными физическими данными, все еще существовали некоторые предсказуемые меры, которые можно было использовать для защиты секретности их разговора.

Иезекииль усмехнулся. — Достаточно хорошо.

Затем другой мужчина замолчал, глядя на Хэнка очень странными глазами. Хэнк ничего не сказал, глядя в ответ. Конечно, в нем была часть, которая хотела разозлиться, которая хотела кричать и жаловаться, и другая, большая часть, которая хотела ответов. Но было ясно, что это было странное событие, которое повлияло на настроение Иезекииля, человека, который за период их короткого общения казался совершенно невозмутимым.

Как и ожидал Хэнк, Иезекииль первым прервал зрительный контакт, откинувшись назад и глядя в небо.

— Я никогда не видел такого голубого неба, — тихо сказал Иезекииль. — Моя бывшая жена любила бы его. Она всегда была очарована небом. Как будто будущее было над нами, медленно опускалось и оседало на нас всех

— У тебя есть семья? — Хэнк позволит ему небольшое отступление, но в конечном итоге он не оставит без объяснения этот безумный приступ.

Иезекииль поморщился. — Была. Ну по чертовой случайности мой тесть оказался в Зоне 1, когда появилась Система. Эта хитрая змея будет последним человеком в этом мире, кто сделает свой последний вдох. Я понятия не имею, как моя бывшая жена могла пережить Систему, но мой сын

Иезекииль замолчал. Он закрыл глаза. — Мы почти не разговаривали. Ему был 21 год, а я даже не угостил его выпивкой. Он был на другом конце страны, учился в Роуландсе.

— Умный парень, — коротко сказал Хэнк, немного смягчившись.

— Да, но он был немного потерян. Просто не мог найти в себе силы, чтобы посвятить себя чему-либо, иначе он был бы чем-то действительно великим. Может быть может быть, это моя вина. — Иезекииль замолчал. Затем он снова сел и посмотрел на Хэнка. — Я эгоистичный человек, я всегда это знал. И поэтому поэтому я такой, какой есть.

— Мой Класс, — продолжил он, — очень особенный, Именованный Класс. Это означает, что он немного более мощный, но мне также были привиты инстинкты, связанные с Классом. Мой Класс — Вельзевул, Похититель. Олицетворение Чревоугодия. И раньше я был голоден. Я давно не ел.

Хэнк нахмурился. — Но мы же обедали всего час назад. Как

— Не еда, — покачав головой, Иезекииль казался крайне опечаленным. — Жизни. Когда я убиваю я забираю один Навык у людей, которых я Поглощаю, их самый высокий Навык. Вот почему Навыки, которые я могу использовать, так разнообразны. И пока я голоден я теряю одно очко характеристики в день, поскольку я истощаюсь. Какая-то внутренняя часть меня увядает, если я постоянно не питаюсь.

Это было больше, чем ожидал Хэнк. Он откинулся назад на пятки. — Почему ты мне это рассказываешь?

Конечно, это была информация, которую искал Хэнк, хотя он совсем не предполагал, что она будет такой. Но в этом объяснении было много информации, которая не совсем уместна. Ему рассказывали это по какой-то причине.

Усмехнувшись, Иезекииль сказал: — Чтобы ты понял, почему мне необходимо убивать, как бы я этого ни хотел. Просто так уж все устроено.

— Ты что, чертов идиот?

Иезекииль моргнул, глядя на Хэнка.

Хэнк продолжил: — Мне все равно, если ты дерьмовый человек, но хотя бы признай это. Почему вина других людей в том, что твой эгоизм привел тебя сюда? Не наказывай невинных за то, куда тебя привели твои решения.

Глаза Иезекииля вспыхнули, он выпрямился и уставился на Хэнка. — Откуда мне было знать, что это произойдет?

— Ты не должен был, что ты должен был сделать, так это нести свое бремя, — сказал Хэнк, чувствуя себя крайне странно, когда говорил это. Не потому, что он не верил в то, что говорил, а потому, что, когда он говорил, он отчетливо слышал голос своего отца, говорящего те же самые слова. — Ценность человека определяется не количеством груза, который он несет, а процентом своего собственного бремени, которое он перекладывает на других людей. Вы, сэр, не эгоист; вы трус.

Иезекииль оскалил зубы. Его руки сжались в кулаки.

Хэнк просто посмотрел на худощавого мужчину.

— Ах, пошел ты, — сказал Иезекииль, резко плюхнувшись обратно.

Глава 499

Воздух здесь был горячим и тяжелым. Хэнк очень отчетливо ощущал форму своего языка во рту, когда пытался подобрать слова.

— Я не буду отрицать, что убийство может. стать необходимым, — медленно произнес Хэнк. Это была миссия для его страны, и он должен был ее выполнить, несмотря на то, какие уродливые инструменты ему дали. Это было его бремя. — Но если я узнаю, что ты убил кого-то просто чтобы накормить свой Класс. следующим, кто умрет, будешь ты.

— Это было бы облегчением, — выдохнул Иезекииль. Прежде чем Хэнк успел сформулировать ответ, громкий крик пронесся по каменистой местности с такой силой, что земля, казалось, задрожала в знак сочувствия. Это было выражение такой мощи, что это была скорее сила природы, чем что-либо еще. И когда Хэнк услышал слова, его глаза расширились.

— ДА ЧТОБ ТЕБЯ!

— ДА ЧТОБ ТЕБЯ! — заорал Рэндидли, его глаза горели. Он ударил ногой о землю, и все задрожало. Это только разозлило Рендидли еще больше; даже земля здесь, в пограничье, была раздражающе живучей. — ДА ЧТОБ ЭТОГО ГРЕБАННОГО ОГРА!

— Хромоножка, хромоножка, — мягким голосом напевала Невея, подпрыгивая рядом с ним, имитируя Огра после того, как он понял, что Рэндидли, даже используя (Вдохновение), может убить только одну из его трех голов за раз. Эта чертова тварь была в восторге. Каждая голова боялась, что именно ее устранят, но проигравшая регенерировала в течение 12 часов, что было меньше, чем время восстановления (Вдохновения). Это было особенно неприятное завершение после почти 20-часовой борьбы с армиями мелких огров, только для того, чтобы обнаружить, что, несмотря на все дары Рэндидли, у него не хватает мощи, чтобы пробить защиту Огра, как связанную с Навыками, так и чисто физическую.