Чтение онлайн

Именно это и собирался сделать Шал.

Рендидли знал, что Шал не будет мягок в своем возмездии. Он редко видел Шала по-настоящему злым, но за глазами его учителя всегда был огонь, в котором, казалось, таилось врожденное насилие. Поэтому копье не стало сюрпризом. Сюрпризом стала атака, которую он использовал, когда взмахнул им.

Когда Шал вонзил копье вперед, весь мир, казалось, исказился. Пригнувшись над черным мрамором зданий, стоял огромный зверь. Его глаза были слепы, но хватающие руки быстро находили опору на здании. Его дыхание вырывалось со свистом из зашитого рта. Протаскивая когти по камню зданий, он издавал резкий вой, который, вероятно, был слышен по всему Хастаму.

Значит, вот какого Призрака ты видишь — с благоговением подумал Рандидли, глядя наверх на это явление. Оно было настолько большим, что, казалось, могло дотянуться и сорвать луну с неба.

Выпад Шала словно застыл в янтаре, равномерно продвигаясь вперед. Само копье было довольно скромным; только инстинкты Рендидли могли почувствовать опасность, скрывающуюся за ним. Когда существо захихикало, Рендидли задрожал, несмотря на его преданность Шалу. Осмотрев структуру, существо небрежно ткнуло лапой в копье Шала.

Когда изображение коснулось реальной атаки, раздался тихий гул. Копье, казалось, пело от силы союза. Оно ударило в двери и с грохотом отбросило их назад. Тонкие трещины разошлись по камню фасада от разрушенного входа.

Несмотря на то, что последний месяц Рендидли уделял внимание изображениям, он не смог воспроизвести изображение такого масштаба. Означает ли это силу, было сложнее судить, но судя по тому, как дверь была сорвана с петель

— Хм. Похоже, одного стука было недостаточно, — заметил Шал. Он снова поднял копье.

Хотя это было физически невозможно увидеть из-за угла, у Рендидли сложилось сильное впечатление, что Призрак пригнулся над ними, а здание смотрит в небо и открывает рот настолько широко, насколько это возможно. Тонкие полоски ткани, стягивающие его, натянулись; при таком напряжении оставалось достаточно места, чтобы тонкий вздох вырвался из его рта.

Просто всасывая воздух, фигура Призрака, казалось, раздувалась. Вместо того чтобы рассеивать свою субстанцию, он становился только более твердым и плотным, а его размер рос до нелепых размеров. Вскоре он стал таким большим, что Рендидли должен был представить себе, что весь Хастам может быть раздавлен под его ногой.

Затем он выдохнул, и то, что вышло, было тьмой и туманом, которые затопили воздух. Это была знакомая Рендидли тьма, тьма изоляции и нужды. Тьма отделения и непонимания, почему это произошло.

Что-то щелкнуло в голове Рандидли.

Мое заключение Шал понял. Больше, чем я думал, это напомнило ему о том, что он предпочел бы забыть — подумал Рандидли. Его взгляд был мрачным, когда он следил за сгорбленным и скрюченным Призраком, который снова ударил своим странным когтем.

Все это время копье Шала скользило вперед.

Рендидли потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что произошло. В воздухе повсюду была пыль и обломки. Честно говоря, первое, что стало ясно Рандидли, это то, что лицо Шала исказилось в гримасе.

— Ба, они уже сбежали, — пробормотал Шал. Подул ветерок, унося с собой большое количество облаков. То, что открылось, было покрытыми шрамами развалинами, которые когда-то были штаб-квартирой Гильдии Гравировки, а также большинством зданий в окрестностях. — Возможно, они умнее, чем я предполагал.

— Они связаны с Врайтами, — медленно сказал Рандидли, осматривая разбитый камень и золотую отделку. Но кроме впечатляющего фасада, ядро было несколько разочаровывающим. — Но это был бизнес, верно. Обычно здесь так пусто?

— Нет, — мрачно сказал Шал. — Я сам приходил сюда несколько раз. Здесь работают сотни людей. И что, теперь ничего нет? Возможно, ты прав. Шпионы среди нас. Но от кого?

Нахмурившись, Рендидли повернулся к Шалу.

— Шал, что ты знаешь? Что это за война? Почему мастера так долго молчат?

— Это — начал Шал, но его прервал другой голос.

— Не ему это говорить. А мне. Но поскольку я вас не знаю боюсь, вам придется довольствоваться тем, что вы сможете собрать воедино.

Рендидли медленно повернулся к говорившему. Спокойно стояла среди обломков хрупкая женщина с темными волосами, заплетенными в сложную косу. Копье за ее спиной было простым, но глаза Рендидли легко заметили высокий уровень обработки основного металла. Хотя это была не сложная вещь, это копье не было слабым. Там даже была пульсирующая гравировка, которая шла по нему спиралью. Пока Рендидли смотрел на него, оно переходило из одной формы в другую.

Его глаза сузились. Ну разве это не интересная способность для гравировки?

Через долю секунды за женщиной появился мужчина. Он был огромным, с выпирающими руками, которые напрягались под рубашкой. Его острые желтые глаза скользнули по женщине, обломкам, Рандидли, прежде чем, наконец, остановились на Шале.

— Хорошее копье, — просто сказал мужчина, и его горящие глаза говорили о многом большем. — Немного грубовато для моего города, не так ли?

Шал просто проворчал, встретившись взглядом с мужчиной.

Женщина нахмурилась.

— Эйлвинд, забудь об этом. Я окажу тебе услугу в будущем. В конце концов, Шал здесь просто мстил за несправедливость, совершенную против его ученика. Разве не так?

— Ба, конечно. Кроме того, если бы Эджиант знал, что мальчик здесь хех, это взбесило бы его. Только за это я готов позволить ему жить хотя он — Эйлвинд, который, как понял Рандидли, вероятно, был Эйлвиндом Скаем, сосредоточил свой взгляд на Рандидли. — сильный. Хм. Парень, если ты выживешь, я возьму тебя в почетные ученики.

— Нет необходимости, — прорычал Шал.

Эйлвинд пожал плечами, хитро улыбаясь.

— Грядет катаклизм; я, без сомнения, выживу, но выживешь ли ты? Имейте это в виду.

Затем Эйлвинд исчез, оставив после себя шипящую лужу расплавленной породы. Вздохнув, женщина покачала головой, а затем многозначительно посмотрела на Шала. Выражение лица Шала стало напряженным.

Затем женщина повернулась к Рендидли с теплой улыбкой.

— Рада познакомиться, мистер Призрачный Гончий. Я Офелия Вейд, лидер Школы Сердца. Должна сказать, я бы с удовольствием услышала вашу историю снова, лично. В первый раз было так трудно расслышать.