Чтение онлайн

Но эта передышка исчезла так же быстро, как и появилась.

Молниеносно Копейщик отпустил копьё левой рукой и нанёс режущий удар, чтобы отразить атаку копья Шала, приближавшуюся к его руке. Но Шал это предвидел; лёгким движением запястья относительно тонкое и изношенное копьё Шала согнулось и изогнулось под внезапным крутящим моментом. Блок Копейщика промахнулся.

Шал нанёс рваный удар по руке Копейщика. Кровь быстро выступила и начала стекать к его руке, покрытой шрамами.

Линии на лице Копейщика углубились. Шал сделал несколько шагов назад и раскрутил своё копьё. Всё это время его (Изолирующий страх) продолжал давить на Копейщика.

— И это все твои детские трюки? — спросил Копейщик, звуча крайне устало.

Шал слегка улыбнулся. Но на самом деле он смотрел не на Копейщика, он был потерян в воспоминаниях.

Десятилетний Пронто поднял длинную палку, с которой они играли, и покачивал ею, пока она не стала больше похожа на лапшу, чем на деревянный стержень. Затем он остановился и показал её Шалу для осмотра.

Шал посмотрел на неё с сомнением.

— Зачем ты это делаешь? Это не так используют копьё.

— Почему нет? — спросил Пронто, с обычной широкой улыбкой на лице.

— Потому что это не так. Использовать копьё — это не игра. Отец говорит — начал Шал, но Пронто печально покачал головой.

— Шал, мы не сможем быть героями, как отец, если будем поступать как все! Нам нужно что-то особенное! Так что копьё-червяк. Круто, да?

— Мы могли бы поступать как отец, — кисло сказал Шал.

Пронто взмахнул руками в воздухе.

— Подумай об этом! Представь себе! Разве не было бы круто иметь копьё, которое было бы змеёй? Оно могло бы кусать людей вместо того, чтобы колоть их. Об этом герое люди говорили бы. Верно?

Копейщик, прорычав в ответ на отсутствие реакции у Шала, снова бросился вперёд. На этот раз, когда он двинулся, послышались отдалённые звуки сражений и криков, которые следовали за его шагами. Мгновенно глаза Шала обострились. Значит, он наконец-то собирается использовать свои образы? Идеально. Не было бы смысла, если бы он этого не сделал.

Мир, казалось, согласился с этим утверждением. На этот раз, когда Копейщик атаковал, энергии начали вращаться вокруг их конфликта. Мир наблюдал, ожидая образ, который позволит Теллусу вознестись.

Копейщик обрушился вниз своим копьём, обращаясь с ним скорее как с молотом, чем с настоящим копьём. Земля треснула и прогнулась, когда Шал отступил в сторону и с дороги. Зарычав, Копейщик смело двинулся вперёд за Шалом.

Всё это время Шал продолжал тратить свою ману на (Изолирующий страх). Как долго ты сможешь продержаться, Копейщик? Ты бушуешь из-за судьбы, но ты сам привёл себя сюда. И теперь, когда проигрыш дарует тебе желание твоего сердца сможешь ли ты сохранить ту остроту, которая сделала тебя Копейщиком?

На этот раз выпад Копейщика был настолько быстрым, что воздух, казалось, содрогнулся от его прохождения. Сжав зубы, Шал станцевал вбок и сделал ложный выпад в сторону колена Копейщика. Вместо того чтобы отреагировать на ложный выпад обычным образом, Копейщик двинулся навстречу предполагаемому удару Шала жестоким ударом колена. Это была реакция уверенного агрессора.

Сморщившись, Шал согнул своё копьё, а затем позволил ему прогнуться под жестоким контрударом колена, чтобы рассеять большую часть силы. Затем Шал вывернул копьё и ударил Копейщика в живот. Мужчина глухо хрюкнул, но, похоже, ему не стало хуже.

И пока Шал наносил удар в живот, у Копейщика было время опустить своё огромное копьё вниз, как гильотину.

Глаза Шала вспыхнули. Уверенность Копейщика сделала его предсказуемым в некотором смысле. Удар в стиле сенокос был бы медленным, но эффективным. Тем не менее, в сознании Копейщика Шал потратил всю силу, которую мог собрать. Все его варианты теперь, казалось, сводились либо к продолжению кружения, либо к попытке блокировать мощный удар.

Жаль, (Автоматический Рах). Теперь давайте потанцуем. (Накапливающийся импульс: Удар).

Время, казалось, замедлилось до предела, когда Шал взорвался в движении. (Накапливающийся импульс) был навыком, который пассивно отнимал немного скорости от каждого движения Шала. Мизерное количество, настолько малое, что никто, кроме него, не заметил бы. Медленно эта скорость накапливалась. Подобно гадюке, ожидающей удара, Шал мог использовать этот импульс для короткого взрыва скорости. Но такова была высокая цена накопления достаточной скорости, что Шал использовал этот навык только однажды.

Это было на прослушивании на должность лейтенанта Офелии, чтобы произвести на неё достаточное впечатление, чтобы она приняла его. С тех пор он терпел небольшое сопротивление в своих движениях почти год. На данный момент он даже не замечал этого. Это было просто частью его сущности.

Поэтому, когда время расширилось вокруг него на огромные доли секунды, Шал почти не был уверен, что делать. Вернее, он не был уверен, как контролировать своё тело, переполненное подавляющим чувством возможностей. Когда он активировал навык, его сердце заколотилось с такой силой, что сотрясало собственную грудную клетку Шала. Удары были редкими в усиленном режиме, но обладали силой, которую невозможно описать.

Шал поднял своё копьё или попытался. Его рука взметнулась вверх, и копьё, которое только что ударило Копейщика в живот, прорвалось сквозь нос Копейщика, разорвав одну из его ноздрей и обнажив хрящ на воздухе. Кровь брызнула вверх дугой в замедленной съёмке.

Голова Копейщика медленно откинулась назад, когда сработали удивительные рефлексы Копейщика, немного запоздало. Шал широко открытыми глазами наблюдал за отдельными каплями крови, затем контролировал своё копьё, опуская его. Или, по крайней мере, пытался.

Вместо этого он опустил своё копьё и пробил дыру в бедре Копейщика. Скорость была настолько велика, что копьё согнулось, когда он опустил его полумесяцем. Затем, когда кончик лезвия вонзился в плоть Копейщика, согнутое копьё выпрямилось, разорвав рану гораздо шире, чем она была бы в противном случае.

Копьё глубоко вонзилось в ногу Копейщика. Чтобы быстро вытащить его, Шал вывернул копьё и прорвался через значительную часть мышц и плоти в окружающей области. Это принесло Шалу вспышку радости; Копейщик не сможет полагаться на эту ногу какое-то время.