Чтение онлайн

Но он не знал хорошего образца для этого металла. Вернее, Сэм не знал

ТОТ САМЫЙ

образец. Чтобы что-то действительно имело значение, нельзя было просто лениво это предоставить. Реальность имела естественное преимущество, заключающееся в том, что любое совпадение могло быть предоставлено экземпляру, потому что это совпадение было правдой.

Детали в истории нужно добавлять гораздо более экономно.

Возможно, парадоксально, но Сэм позволил своему вниманию распространиться`

Он не колебался, но и не слишком заботился о том, куда именно бьет молотом. Вместо этого Сэм прислушивался к отчетливому звуку своего тяжелого молота, сокрушающего раскаленный металл. Вместо того чтобы заранее придумывать узор, Сэм слушал.

Первобытная часть человеческого мозга отлично умела вычленять закономерности из случайных шумов. А когда человеческий разум, усиленный Системой, слышал и верил, эта вера становилась правдой. Это был образ.

Дзынь.

Иногда звук был именно таким, каким нужно, и Сэм, повинуясь инстинкту, прекращал ковать эту часть. Но иногда возникала фальшивая нота. В этот момент Сэм возвращал частично нагретый металл в печь на несколько минут, а затем продолжал ковать, пока звук не становился чистым. По опыту Сэма, ничто не было важнее чистоты цели. Верность цели создания оружия для убийства огров — вот чего искал молот Сэма.

Именно к этим звукам Сэм прислушивался особенно внимательно. Благодаря рассеянному вниманию цель убийства оставалась вездесущей. Но, конечно, это оружие было предназначено для защиты Земли. Эти две истины медленно переплетались, пока Сэм работал.

Вскоре стало ясно, что формой оружия будет щит. Что-то большое, чтобы отражать, и тонкое, чтобы резать.

Багряный слиток за багряным слитком Сэм вытаскивал все больше и больше металла и добавлял его к растущему целому. Растянутое, чтобы быть тонким и прочным, оружие выросло до размеров обеденного стола. Маневрировать вокруг его растущего размера было несколько сложно, но Сэм старался убедиться, что внутренняя часть совершенно идеальна, прежде чем двигаться наружу. Медленно обходя его по кругу и расширяя оружие, вскоре на рабочем столе перед Сэмом лежал сверкающий багряный щит.

Как только относительно простая часть создания самого оружия была завершена, Сэм потратил почти столько же времени на создание рукояти для него. Хотя рукоять в конечном итоге будет обернута кожей, первой ее итерацией был просто холодный металлический цилиндр. Формируя металл, Сэм увидел свое отражение в рукояти. Его собственное лицо казалось искаженным, словно у демона.

Хмыкнув, Сэм прикрепил рукоять к щиту. Он использовал некоторые навыки, основанные на огне, которые он получил, чтобы нагреть металл вокруг точки крепления и прибил рукоять. Затем он откинулся на пятки и задумался.

Так же быстро, как и начал, Сэм полностью прекратил двигаться. Молот был опущен. Огонь остыл, а Сэм оставался неподвижным, изучая щит. Солнце полностью пересекло небо и теперь садилось. Сэм отправил сообщение, а затем задумался о созданном им творении.

Багряный щит длиной около трех метров и шириной два метра представлял собой впечатляющее творение. Даже у такого, как Бульдозер, возникли бы проблемы с управлением таким огромным оружием. Окончательная форма оказалась шестиугольником с шестью грубыми сторонами, которые не были заточены до состояния бритвенно-тонкого лезвия, но все же были достаточно острыми, чтобы Сэм относился к ним с опаской. Более чем достаточно острыми, чтобы разрезать плоть.

Глаза Сэма засверкали, когда наступила ночь и оставила его наедине со щитом. Он не стал его пока осматривать, потому что он еще не был закончен. Металлу рассказали историю, но это была только половина дела. Вместо того чтобы просто ждать, Сэм заново исследовал каждый дюйм, ища слабое место. Когда он не смог его найти, он начал поиски снова. Когда он трижды искал недостатки и не нашел их, Сэм начал использовать свои чувствительные пальцы, ощупывая каждый дюйм багряной стали.

Был примерно час до рассвета, когда появился человек, который должен был использовать это оружие.

Обирн Майр, бывший Железный Кулак Запада в мире огров, а теперь правитель Святой Земли Огров, которая быстро выросла благодаря перебежчикам из укоренившихся сил Мира Огров, прошел по холму и по узкой тропинке, которая требовала от него осторожно ставить свои большие ноги одну перед другой. Когда он прибыл, он улыбнулся, глядя на большое оружие. Хотя любому человеку было бы трудно владеть им, огромный щит идеально подходил для новоназначенного лидера Доннитонской Рейдовой Группы Огров.

Позади Обирна Майра шел его помощник Дуал, который тащил за собой избитого и связанного пленника. Губы Сэма скривились от отвращения, когда он увидел это, но нельзя сказать, что он был невиновен, именно он рекомендовал такой образ действий.

В конце концов, это был лучший способ убедиться, что оружие получится таким, каким они хотели. История уже была в металле, им просто нужно было заставить оружие пробудиться к своей истинной истории.

— Время? — пророкотал Обирн, поднимая багряный щит. Он перекладывал его из одной руки в другую, затем двигал им в воздухе, поворачивая руку. По его сверкающим глазам было ясно, что ему нравится его вес в руке.

— Прямо когда рассвет появится над хребтом, — ответил Сэм. Затем все четверо повернулись к горизонту и стали ждать. Время медленно ускользало под их бдительными взглядами. Только Обирн продолжал активно действовать, играя со своим новым щитом. Когда наступили сумерки, Обирн приблизился к бессознательному огру с поднятым щитом, но Сэм покачал головой. Затем Сэм показал двум ограм, где расположить тело.

— Резать нужно краем солнца. — Сэм почесал бороду. — Как будто причиной смерти является не щит, а свет солнца, который наносит удар. Конечно, солнечный свет будет течь вниз по линии, но вы будете только краем. Так что вам нужно быть лезвием, скрытым в свете, двигаясь перпендикулярно распространению солнечного света. Понятно?

Обирн почесал свою косматую бороду, которую он отрастил, чтобы подражать человеческому стилю. Плохие бороды внезапно стали причудливо модными для огров из Святой Земли Огров. Сэм вздохнул и беспомощно махнул рукой. Затем он повернулся к Дуалу. — Просто проследи, чтобы он не двигался. Он начнет сопротивляться, как только начнется операция, и эффект будет ослаблен, если разрез отклонится от того места, где свет касается.

Операция которая, по сути, является зверской и мучительной казнью,

— устало подумал Сэм.

Когда солнце наконец взошло, Сэм подал сигнал, и Обирн начал медленно разрезать шею плененному огру. Как и ожидал Сэм, острая перспектива смерти быстро разбудила захваченного огра и заставила его сопротивляться. Но Обирн двигал смертоносным краем щита с такой интенсивной и бесстрастной точностью, которая напомнила Сэму Регину Нортвинд.

Этот огр не отрезал ни волоска больше, чем это было необходимо в данный момент.

На протяжении всего процесса Сэм не отводил взгляда. Он чувствовал, что со щитом что-то меняется. И он не пропустил тот факт, что ни капли крови не упало со щита на сухую землю внизу.

Все здоровые младенцы рождаются жаждущими , —

мрачно подумал Сэм.

И, конечно же, к тому времени, когда кровавое дело закончилось и огр перестал сопротивляться, Обирн спокойно разрезал шею другому огру насквозь. Затем Обирн осмотрел щит, издал громовой смех, а затем поделился подробностями своего творения с Сэмом.