Чтение онлайн

— Ядро? — Рендидли почесал подбородок.

Илеот кивнул. — Обычно оно проявляется как индивид рядом с субъектом. Кто-то безобидный. По моим исследованиям, один из подчиненных Вуаллы был тем ядром, которое я создал. Я подозреваю, поскольку ты сопровождал их в их путешествии в базу Привратника Нижнего Мира, что ты видел, как один из подчиненных Вуаллы проявил силу, которая была несовместима с его положением. Этот индивид и был ядром.

Рендидли удивленно моргнул. Хотя он был очень занят, изо всех сил стараясь выжить, находясь в окружении плотного Нижнего мира в то время, он действительно вспомнил, как один из подчиненных Вуаллы вспыхнул силой, достаточной, чтобы отразить атаки Привратника Нижнего Мира несколько раз и выиграть Рендидли и Вуалле несколько драгоценных секунд, чтобы сбежать оттуда. Кроме того, это был тот самый подчиненный, который постоянно надоедал Вуалле по поводу ее выбора.

настоящий отпрыск старого пня,

— с кислой миной подумал Рандидли, когда в его взгляде, обращенном к Илеоту, забрезжило понимание.

Вот почему у подчиненного были такие сильные чувства по поводу действий Вуаллы, потому что он пытался направить ее по тем же рельсам, по которым она шла в своей прошлой жизни. И это также причина, по которой Илеоту пришлось появиться в качестве Кайла позже, чтобы попытаться исправить ошибку

но да, готов поспорить, прямое взаимодействие с людьми, которых ты дублировал, не очень-то помогало тебе в прошлом.

Илеот издал преувеличенный вздох, пнул маленький камешек с края хребта и посмотрел, как тот падает в глубокие трещины в оранжевой земле. — Ядро действовало как сосуд, если хочешь. Тот, который а защищал Вуаллу от слишком большой потери ее Эфира из-за трения с текущим Эфиром этого времени. Без него у нее скоро начнется кровотечение Эфиром. Это резко увеличивает стоимость поддержания ее в существенной форме. Как только оставшиеся кусочки сосуда отпадут мой Эфир нужно будет постоянно тратить на исцеление ущерба от трения.

Морозная рукавица начала сжимать сердце Рандидли. Ощущение холодной тесноты было удушающим. Он крепко зажмурился. Это было именно то, что он больше всего боялся услышать.

Не то чтобы Вуалле нужен был Эфир, потому что Рандидли, очевидно, мог это обеспечить. Нет, больше всего Рендидли испугало в словах Илеота то, что будет трение с текущим Эфиром. То, что Рендидли не знал, как решить. Дело не только в том, чтобы подпитывать саму Вуаллу, но и в том, чтобы подпитывать конструкцию Эфира, которая могла бы служить ей защитой от современного мира.

Потому что, если Эфир современного мира был опасен для нее, вполне возможно, что Эфир Рендидли был бы столь же опасен. Поспешное установление эфирной связи может ускорить процесс до опасной степени.

Все это может быть ложью ,

— прошептала какая-то часть Рандидли. Но даже несмотря на то, что эта часть Рендидли указала на это, она не хотела быть той, кто предложит проверить теорию. Не тогда, когда жизнь Вуаллы была поставлена на карту.

— Конечно, она — мое творение. Вся моя работа имеет чрезвычайно высокое качество. Скорее всего, пройдет несколько месяцев, прежде чем появятся признаки напряжения. — Когда слова Илеота дошли до Рандидли, тот открыл глаза и уставился на Илеота. Безволосый мужчина одарил его ухмылкой. — Я не хочу, чтобы ты думал, что я пытаюсь оказывать на тебя давление; есть время подумать над этим вопросом. Возможно, в течение этого времени мы сможем встретиться как друзья и обсудить менее серьезные вопросы. Например, твое детство. Просто темы, которые не так эмоционально заряжены.

Рендидли облизал губы. Затем он нарочно проигнорировал последнюю часть вопроса Илеота, как потому, что это было смешно, так и потому, что небрежный тон, с которым Илеот задал его, заставил Мрачную Химеру мысленно оскалить зубы. — Значит, есть время. Прежде чем с Вуаллой случится что-то плохое.

— Да, конечно. — Илеот отвернулся от хребта и наклонился к Рандидли. — И чтобы все было ясно Я скажу это прямо; у меня все еще есть значительная часть Эфира, данного мне лордом Милном. В конце концов, я планировал поддерживать эту дубликацию в течение довольно долгого времени, как только она раскроет свой потенциал с манипулированием энергией. Это было бы весьма удобным способом превратить Эфир в более ценную форму но теперь я не решаюсь вкладывать больше Эфира в этот проект. Остается неясным, будет ли он успешным.

От взгляда Рендидли не ускользнуло, что Вуалла внезапно стала этим .

Невзирая на растущую бурю в мыслях Рандидли, Илеот продолжал говорить. — Поэтому, в обмен на то, что я игнорирую свое лучшее суждение и предоставляю больше Эфира этому проекту, чтобы Вуалла могла прожить свою естественную жизнь, ты поможешь мне в ритуале, который позволит мне дублировать тебя в будущем. Мы поняли друг друга?

Как только Рендидли открыл рот, чтобы заговорить, Илеот поднял руку. — Ах Я понимаю, что это может звучать запутанно. Мне не нужен никакой ответ прямо сейчас. Фактически, пожалуйста, не давай его. Мы же друзья, не так ли? У нас будет много взаимодействий в будущем, ха-ха-ха.

— Кроме того — Глаза Илеота начали светиться, и он дернул большим пальцем в сторону нависшего над ними Великого Разлома. — Все еще есть проблема войны. Хех, с таким количеством врагов, устремляющихся к нам возможно, ты тоже пожалеешь, что эта дубликат Вуаллы не обладает никакой ненавистью оригинала. В конце концов, это единственное место, где такая женщина, как она, может сиять.

Задыхаясь, Вуалла резко села и дико пнула ногой. Все ее тело было липким и дергалось. Она яростно выругалась, когда ее босая нога врезалась в одну из ее рукавиц, которые она небрежно бросила рядом со своим спальным местом. Когда ее подергивания и спазмы медленно утихли, Вуалла стала успокаивать свою ногу.

Затем наступила тишина темной палатки вокруг нее и ощущение охлаждающего пота на лбу и спине. Ее стучащее сердце вяло опускалось к нормальному числу ударов в минуту.

Даже когда воспоминания об огромной тьме, которая раз за разом пыталась утопить ее, отступали, как леденящий прилив, Вуалла не могла избавиться от чувства беспомощности, которое было самой мучительной частью сна. Оно задержалось на задней части ее языка, как горький и острый зеленый чай.

Пытаться заснуть — плохая идея

Но даже если полчища бабаек, которые появились в результате того, что Вуалла узнала правду о своем существовании, ждали в темноте под ее веками, у Вуаллы не было другого выбора, кроме как неохотно пойти им навстречу. Только во сне Вуалла замечала какое-либо улучшение раны на своей Судьбе, сколь малым бы оно ни было. Возможно, за шесть часов сна вырастал всего лишь волос кристаллов, но эти изменения убеждали ее в том, что она может улучшиться.

Она может измениться. Ее действия имели смысл. То, что она сделала

Вуалла потянулась и в отчаянии дернула себя за волосы, когда рухнула обратно на свою спальную циновку. Затем она покаталась взад и вперед, позволяя своему одеялу неуклюже спутать ее конечности.

— Га Не могу поверить, что ты сказала что-то такое мелодраматичное, как Я ненастоящая, да? а потом ты позволила ему поцеловать себя !

Перестав кататься, Вуалла посмотрела на крышу палатки.

Мы оба такие идиоты

Но большая часть ее отчитываний себя не имела под собой оснований, и нельзя было избежать широкой улыбки, которая растянулась на ее лице, пока она думала об этом. Даже сейчас ее губы и грудь чувствовали тепло от сохранившейся близости Рендидли Гончей. И от того, что это значило, что он стоял перед ней со своими изумрудными глазами и не отводил взгляд и не колебался.