Чтение онлайн

Рендидли имел достаточно рычага, чтобы врезать Велио по лицу, когда они оба падали вниз.

Глава 2436

Вокруг тела Рендидли притяжение значимости усиливалось по мере того, как они падали всё глубже из паутины Нексуса в Бездну. Созданная реальность Сансары была почти впечатляюще подлинной. Велио крепче сжал меч, пронзивший Рэндидли, и вырвал из него ещё один стон. Образ Велио использовал рану, чтобы проникнуть в тело Рэндидли, но Иггдрасиль развился достаточно быстро, чтобы подавить и поглотить всех этих чужаков.

Однако, несмотря на физические трудности, основное внимание Рендидли было сосредоточено на приближающихся штопорах.

Его изумрудные глаза вспыхнули. В некотором роде это была гонка — его чувства двигались гораздо быстрее, чем атака памяти, растягиваясь и охватывая более широкую структуру Сансары сквозь разрыв. Даже за несколько секунд он начал видеть, как Вечность использует реплицирующиеся волны, чтобы удерживать его здесь. И хотя края, показанные ему в воспоминании, были устойчивы к его атакам, эти внутренние механизмы таковыми не являлись.

Он видел слабости отсюда, и Рендидли наконец почувствовал немного первобытной жажды крови, думая, что сможет сделать со своей новообретённой Великой Судьбой, если впился бы в самое нутро.

Поздравляем! Ваша Великая Судьба: Временная Тауматургия Исцеляет Вечность выросла до Уровня 392!

— Я всё ещё не могу поверить в то, что вижу.

Лаплас, может быть, и уродливый монстр, но эти внутренние узоры Это за пределами всего, что я когда-либо видел. Даже потоки значимости, используемые Деганавидой, — детская игра по сравнению с этим.

Рендидли вздохнул, чтобы унять нарастающее беспокойство.

— Я вообще не вижу несущих функций.

Приближалась точка первого штопора, стремящаяся проникнуть в подсознание Рендидли и разрушить его чувство собственного я . Он наблюдал за ними, постоянно справляясь с волнами образов, пытавшихся разорвать его Пространство Души пополам, и с более слабыми отголосками, исходящими от клинка Велио. Он смотрел, чувствовал, как его Великая Судьба развивается, и они падали.

Всё двигалось слишком быстро, чтобы он чувствовал себя комфортно. Рендидли Призрачный Пёс имел большой опыт разрешения кризисов, но эти начинали его выматывать.

Один факт, который он не упустил, был ответ Сансары на ситуацию между ним и Велио. Снова она колебалась. Частично она хотела приятно жужжать, как и раньше, когда они пронзали позвоночник, но также она продолжала плеваться. Рендидли отступал от Велио, что было технически верно. Но поскольку оружие Велио было засунуто в внутренности Рэндидли, он тащил ублюдка за собой так же быстро.

Велио ещё немного дёргался и боролся, снова привлекая внимание Рендидли к физической стычке. Очевидно, ублюдок заметил, что его одного образа будет недостаточно, поэтому он ослабил хватку на сабле одной рукой и потянулся к горлу Рэндидли. Рендидли даже не отреагировал, когда рука сомкнулась на его трахее и начала сжимать; это было не очень достойно, но такая атака была совершенно бесполезна как способ убить его.

Пока глаза Рендидли слегка выпучивались от удушья, они неслись вниз, во тьму. Содержание Небытия в воздухе увеличивалось, что позволяло Рендидли искажать всё больше и больше значимости через свою форму и начинать очищать её бушующими Истинами.

Они держались чуть впереди атак памяти. Рендидли подготовился как мог.

— Ты, мерзкая мразь! — проклял Велио и попытался ударить Рендидли головой. Акрий стал гибким, свернувшись пружиной, чтобы поймать лоб мужчины и отбросить его назад. — Ты не можешь выиграть в честном бою, поэтому намереваешься утащить меня за собой в ад?!?

— Ты напал на меня из засады, пока я тренировался, — Рендидли не мог не закатить глаза на такое представление о честности. Затем он проигнорировал Велио, даже когда тот начал использовать свои тяжёлые кулаки, чтобы колотить его тело. Потому что над ним уже появились те штопоры.

Сансара скрипела и бурлила. Но воспоминания плавно опускались вниз, стремясь просверлить его тело. По мере приближения Рендидли мог

их. Ужас и тупость, которые они содержали, чтобы уничтожить его чувство сознания и полностью потерять его в этих воспоминаниях. Чтобы бороться с ними, Рендидли сплёл воедино своё Небытие и свой Эфир, сосредоточенные вокруг Иггдрасиля.

Эти смертоносные точки вращались к нему, но Рендидли следовал своим инстинктам. Он переместил семя Иггдрасиля, из которого ветви распространялись вверх, а корни — вниз. Круглый источник возможностей снова сгустился в сферу. Источник потенциала осел в центре Мирового Древа, в точке перехода между корнями и ветвями. Всё слабое и мягкое Небытие, которое ему удалось преобразовать, потекло в эту точку, распространяясь по корням, пока дерево не стало зеркальным отражением самого себя: золотое и изумрудное сверху и серые шипы теней снизу.

Рендидли сотворил Ритуал Небытия и направил образ и значимость навстречу воспоминаниям. Велио кричал и выл, когда они падали всё глубже и глубже по позвоночнику. Полностью игнорируя мужчину, Рендидли сосредоточил всё своё внимание на ритуале.

Он почти не мог поверить, когда Ритуал разбился на куски при контакте. Эти воспоминания спирально устремились вперёд и проникли в его тело, ничуть не замедляясь. Эфир и Небытие двинулись, чтобы остановить воспоминания от проникновения в его психику, но этого было недостаточно; настоящая сила Сансары заключалась в том, как она опустошила Сосуд Рэндидли, когда привела его сюда.

Всё, что ему досталось, были его буйные Истины. Ничто другое не могло сравниться с мощью этих выкованных шипов памяти.

Очевидно, первым инстинктом Рендидли было выставить эти нарастающие Истины перед вторжением. И в редком проявлении осторожности и интеллекта, Рендидли этого не сделал. Его инстинкты уверяли его, что этот выбор приведёт только к одному исходу. Всё его существо будет разорвано пополам высвободившимся давлением.

Что оставило —

— Прости, таинственный благодетель. Ты используешь инструменты, которые у тебя есть, а не те, которые ты хочешь.

Рендидли подумал, перемещая Асимптоту Паньгу с её места в своей груди. Без полностью развитого Ядра Небытия для поддержки он всё равно мало что мог сделать с этим Аспектом. Он наклонил зеркало и встретил первый штопор напрямую. Раздался ужасный визг, от которого в его костном мозге забурлила пена, но Рендидли отклонил первую атаку. Он сместился и отбросил вторую, третью, и —

Рендидли вздрогнул, когда четвёртый удар вызвал небольшое несовершенство, появившееся на зеркале. Велио нанёс мощный удар по его носу, который он почти не заметил. Вместо этого, он собрался и продолжал отбивать последние несколько штопоров Асимптотой Паньгу. Каждый удар создавал несколько безмолвных изъянов, которые распространялись наружу. Он был как ребёнок, вышедший на тонкий лёд замёрзшего озера. Когда всё больше штопоров памяти вращалось к нему, Рендидли задался вопросом, может ли Аспект быть сломлен.